Олимпия Эббот закрыла ладонью рот, чтобы не заплакать вслух, но справилась с собой и прошептала.
— Я так счастлива, что ты любишь Сирену, как родную сестру!
По ее щекам струились слезы радости.
— Ну-ну, дорогая, — вмешался лорд Морган, осторожно вытирая прозрачную влагу. — Разумеется, Аллегра любит Сирену, и потом, разве ты не заменила мать моему единственному ребенку? Мать, которой у нее не было?
— О-о-о, Септимиус, — всхлипывая, пробормотала добрая женщина.
— Мы с герцогом решили поехать за город и встретить восход солнца, — сообщила Аллегра, гадая, слышат ли они ее, но ответа так и не дождалась, поэтому потихоньку выскользнула за дверь. Пусть побудут вдвоем. Легкого толчка будет достаточно, чтобы отец женился на тетке. Они заслуживают счастья.
Черная карета герцога с прекрасными рессорами оказалась достаточно удобной. В нее была впряжена четверка гнедых с белыми гривами и хвостами. Кучер погнал лошадей по дороге, и вскоре город остался позади. Небо над ними постепенно становилось из черного темно-серым и продолжало светлеть. Скоро на нем показалась первая голубая полоска, становившаяся все ярче. Экипаж остановился на вершине холма, и седоки спустились вниз.
— Подождите здесь, — велел герцог и, взяв Аллегру за руку, повел вперед. На горизонте расцветали розовые, желтые и лиловые ленты, предвестники появления солнца. Наконец им на смену выплыл огромный оранжевый шар, повисший над синеющим вдалеке морем.
Аллегра с наслаждением вдохнула чистый воздух.
— Ах, как хорошо пахнет! Кажется, мы слишком долго пробыли в городе, и я почти забыла, до чего же свеж деревенский воздух. Скорее бы вернуться домой! После свадьбы Сирены сразу же и поедем!
— Тебе не нравится Лондон?
— Почему же, всегда неплохо погостить в столице, но мне совсем не хочется жить здесь постоянно, не говоря уже о том, чтобы воспитывать детей. Детям нужны природа, место, где можно резвиться, майским утром бегать босиком по росистой траве и скакать верхом по лугам.
Она раскинула руки и закружилась в причудливом танце.
— Подумать только, еще несколько недель — и я буду дома!
— Скоро твоим домом станет Хантерз-Лейр, — напомнил Куинтон.
— Он красив?
— Для меня — да.
— В таком случае и я полюблю его, — пообещала Аллегра.
— Пожалуй, я лучше отвезу вас домой, мисс Морган, — с притворной строгостью объявил он. — Солнце уже высоко, а вы проплясали ночь напролет. Кстати, ты прекрасно держалась с Принни. Настоящая герцогиня. Я горжусь твоими манерами.
— Правда? — скучающе обронила она. — Принц довольно красив, но, по-моему, чересчур толст. Видели, с какой жадностью он ест? Удивительно, как это его жилет не лопнул от всех тех устриц, которые он так жадно заглатывал.
— Надеюсь, ты не будешь столь же откровенной с посторонними? — вздохнул герцог.
— Я не так глупа, Куинтон, чтобы публично оскорблять принца, но думаю, что с тобой могу быть честна.
— Всегда, — кивнул он, помогая ей сесть в карету.
На обратном пути она уснула, положив голову ему на плечо.
Что за необыкновенная девушка! Может, его брак окажется не таким уж несчастным? Пусть у нее не блестящее происхождение, но она хорошо воспитана, и манеры у нее как у настоящей леди. И несмотря на ребяческое чистосердечие, вовсе не легкомысленна. Просто говорит что думает. Ее отец сказал, что Аллегра привыкла сама распоряжаться своими деньгами, а это, видит Бог, доступно далеко не каждой женщине.
Куинтон Хантер вспомнил слова своей давно почившей дряхлой тетки. Она всегда твердила, что он должен жениться на девушке из семейства, менее знатного, чем его собственное.
— Самое время влить свежую кровь в жилы Хантеров, мальчик, — ворчала она. — Привычка заключать браки между благородными семьями ведет к вырождению. Здоровая, крепкая девушка принесет тебе больше сыновей, чем какая-нибудь знатная худосочная мисс. Помни мои слова, мальчик!
Странно, что они пришли ему на ум именно сейчас, когда он уже помолвлен с Аллегрой Морган.
Куинтон повернул голову, чтобы взглянуть на невесту. Ее темные локоны растрепались. Он осторожно навил на свой палец непокорную прядь и вдохнул нежное благоухание. Аромат сирени, его любимого цветка. Какое удивительное совпадение, что она пользуется этими духами!
За окнами кареты оживал город. Экипаж свернул на Беркли-сквер и остановился перед домом лорда Моргана. Герцог, не в силах удержаться, нагнул голову и поцеловал гладкий лоб Аллегры.
— Ты дома, дорогая. Просыпайся, — шепнул он.
— М-м-м…
Фиалковые глаза медленно открылись и непонимающе уставились на него. Потом взгляд стал осмысленным.
— Я всю дорогу проспала? — ахнула девушка.
Из двери выбежал лакей, чтобы открыть дверцу кареты и помочь молодой хозяйке спуститься. Герцог пошел следом и, проводив Аллегру до вестибюля, поцеловал в лоб.
— Я приеду завтра в три, и мы отправимся на прогулку в моем ландо. Теперь, после официального объявления о помолвке, мы должны ежедневно выезжать вместе.
— Завтра у меня примерка платья подружки невесты, — объяснила Аллегра.
— В три?
— Сама не знаю. Сегодня будет известно.
— В таком случае пришли ко мне лакея с запиской, — попросил он, перед тем как откланяться.
Аллегра побрела вверх по лестнице. В бальной зале все еще трудились горничные и лакеи, снимая украшения. Она поднялась к себе и увидела, что Онор мирно дремлет в кресле перед затухающим огнем.
— Я вернулась, Онор, — окликнула девушка.
Служанка вздрогнула и поспешно вскочила.
— Ой, мисс Аллегра, который же час?
— Почти семь, — ответила та, глянув на часы на каминной полке.
— Утра?! — охнула Онор. — Ужас-то какой! Мисс Аллегра, неужели вы всю ночь протанцевали? Все никак не могу привыкнуть, что вы ночи напролет на ногах. Правда, в городе так принято, но все же…
— Мы ездили за город встречать рассвет, — пояснила Аллегра.
— Кто? Кто был с вами? А ваш отец знает? — засыпала ее вопросами горничная. Онор была на семь лет старше Аллегры и считала себя ее первой защитницей. Как и Аллегра, она родилась и воспитывалась в Морган-Корте и считала молодую хозяйку едва ли не родственницей.
— Ах, Онор, ты ведь не знаешь, а я обещала тебе сказать!
Мы с герцогом Седжуиком обручились! Свадьба осенью. Будем жить в Херефорде. Это всего день езды от дома!
— Тот высокородный джентльмен, который испортил вам первый бал? И за него вы собираетесь выйти замуж? Но вы не можете его любить, мисс! Вы едва знакомы! — негодующе выпалила Онор.
— Поэтому и назначила свадьбу на октябрь, а не на июнь, как Сирена. Погостим дома и поедем в Хантерз-Лейр присмотреть за ремонтом и выбрать необходимую отделку. Уверяю тебя, герцог — человек благородный, но он беден. Этот брак сулит нам обоим выгоду. Я стану герцогиней, он получит мои деньги — по-моему, идеальное соглашение. А летом у нас будет возможность познакомиться поближе. Так что после свадьбы сюрпризов у нас не будет.
