И никогда ей ещё не было так хорошо.
— Нравится? — с привычной уже доброй и мягкой улыбкой спросил Деймос. — Тогда перейдём к главному.
И он снова потянулся к шкафчику над кроватью.
И то, что он достал почти привело Настю в ужас.
А со своим что, проблемы?
Он же не собирается…
— Специально выбирал. Цвет, конечно, немного не натуральный, зато посмотри, какая текстура! — легко провёл по её щеке. — Как настоящая кожа. И размер — как раз для тебя, должен подойти.
Увы, Настя не могла сказать ничего, что она думает по этому поводу. В глазах и голосе Деймоса засело ехидное выражение, и он явно подсмеивался над ней.
Вот только этот… предмет в его руке — вряд ли шутка.
— Тебе понравится.
Что самое ужасное — наверняка понравится. Как и всё, что он делал до этого.
И сделать она ничего не может.
8 сентября
Проснулась Настя уже развязанной, от звука будильника. И ничего не затекло. Что означает — освободил её Деймос вскоре после того, как она заснула.
Скотина. Где он сам?
К сожалению, воспоминания о прошедшем вечере не раздражали так, как хотелось бы. Почему-то настроение было хорошим. Но — войди сюда Деймос, оно бы несомненно испортилось.
Настя посмотрела время. Ага. Эта сволочь поставила будильник так, чтобы его подчинённая не проспала. Директор, мать его. А лучше его самого.
Осмотрелась. Если он сейчас войдёт…
Рядом с будильником на тумбочке лежал завтрак в стазис-контейнере и… та самая игрушка.
Воспоминание о которой огненной волной прокатились по телу.
И от этого сразу стало стыдно. Как она могла допустить такое? О чём вообще думала, когда шла к нему домой?
Просто… в глубине себя она хотела этого.
Но не так же!
Но вышло… очень даже… интересно.
Нет, ну и что он с ней сделал? Никогда Настя не делала ничего недозволенного. Леонид просто не просил! И не позволял ей, если она и имела смелость предложить. Никаких извращений, унижений, ничего такого, что творит этот…
Поискала взглядом одежду, потом вспомнила. Но — одежда как-то нашлась. Правда не её. Вернее, не то, чтобы её… Но вряд ли Деймос купил платье для себя.
Хотя… почему бы и нет? Мало ли…
Она вскрыла упаковку. Хорошая ткань, модный фасон, хоть и очень простой. Более закрытое, чем Настя могла ожидать. До колен, с рукавами, приталенное, но свободное — очень деловой стиль.
И, если учесть, что она никак не успевает домой переодеться, это очень кстати.
Рядом свёрнуто её бельё. К счастью, целое… и, Настя присмотрелась, чистое.
Вот зараза! Как он посмел?!
Почистить её бельё, к которому не должен был даже прикасаться?
Хотя бы вернул. А то мало ли, как он развлекается на досуге.
Внезапно она вспомнила про шкафчик над кроватью.
А правда…
Настя встала на колени и открыла дверцу.
Лучше бы не делала этого. Ведь говорят — меньше знаешь, крепче спишь!
Полочки были забиты предметами, о назначении которых она даже не догадывалась… и предметами, о которых очень даже догадывалась.
Это что, для неё?
Нет.
Он не может всерьёз планировать…
Вот это, например — кожаная плеть. Новенькая, в упаковке. Ещё несколько игрушек подобно той, которая вспоминалась до сих пор со стыдом и горячим удовольствием. Ошейник…
Настя резко захлопнула дверцу. Вот она какая, Комната Синей Бороды. Нет, надо убираться отсюда. Впрочем, это проблем не составит. А вот не попадаться больше…
Есть прекрасная возможность. Просто написать заявление в полицию. Деймос поплатится за всё. Жестоко поплатится. С такими шкафчиками доказать его вину не составит труда.
Пусть сидит, а Настя и весь «Эфир» вздохнут свободно!
В обязанности директора не входило слежение за входами на предприятие, разумеется. Просто очень хотелось увидеть Настю.
Несомненно, она сердится. На него, само собой. И на себя — за всю ту страсть, которую позволила себе показать. За стоны и крики удовольствия вечером и ночью. За то, что не скрывала, насколько ей нравится то, что он делал.
Интересно, малышка одела платье, или что-то придумала?
Кажется, на работу она носила только брюки, вроде как юбки подчёркивают женственность, отвлекают от дела. Да и в жизни предпочитала их. Не то, чтобы только их и носила… Но ни одного изображения её в юбке он не видел, даже простого двумерного снимка.
И сейчас хотелось посмотреть. Платье откроет её ножки, очень даже стройные и длинные.
Хотя он видел их уже — целиком. Впрочем, разве может надоесть смотреть на Настю?
Деймос надеялся, что девочка не станет упрямиться и съест завтрак. Не хватало ещё голодать полдня из-за принципов.
А с её принципами он в командировке познакомился.
И когда она стала такой резкой и упрямой?
Отвлёк от мыслей его сигнал. Не то, чтобы за всеми сигналами стоило следить, просто сработала система оповещения. В эти архивы никто не лез без официального запроса. Никакого запрета — просто это не было никому нужно.
Деймос вывел информацию, которую запрашивали извне.
И эта информация спокойствия не добавила.
Кому-то понадобился его генетический код. А так же — код Леонида.
Кому-кому… Он уже догадывался. Проследил линию связи просто для порядка.
И — обнаружил, что ошибается.
Не слабый восстановленный из помех сигнал с окрестностей балджа.
Это был мощный луч с одного из спиральных рукавов галактики.
Не Джейк. Кто тогда?
Не думая долго, он обходил системы шифрования, вскрывал базы данных, считывал защищённые списки. Кто в том районе имеет доступ к рапидонной связи?
Незнакомые имена мелькали и уходили, пока глаз не запнулся о знакомое.
Арслан Вахитов.
То есть — Джейк обратил внимание на имя?
О чём Деймос вообще думал, когда назвался Деймосом, придя на место Леонида?
Ни о чём, вообще-то. Считал, что это будет весело, а?
Ну ничего, ничего. Ни Альшевского, ни Веряева с ними нет, а из оставшихся взломщиков путных нет. А вот он, Деймос, хороший взломщик.
Правда, подменять информацию, которую они уже взяли, поздно. Просто надо позаботиться о том, чтобы Джейк с Арсланом не наткнулись на верное решение, и, самое главное, не собрали фактов.
И тогда пусть подозревают, что хотят.
Время… время! Начало рабочего дня.
Из-за Вахитова он пропустил Настю!
— Настя! Привет! — Митя, один из её инженеров встретил её в дверях лифта. — Ну надо же! Ты в платье! Тебе очень здорово.
— Спасибо, — поблагодарила Настя с интонацией «Отстань». Не могла она нагрубить ни в чём не повинному коллеге, пусть и очень хотелось.
Двери открылись на нужном этаже, и…
— Настя! Какое красивое платье!
Ну всё. Началось.
Как она не подумала о том внимании, которое вызовет, одевшись так.
Ну, Немирский, ты ответишь за это!
Какое счастье — сесть за АРМ и избавиться от необходимости отвечать что-то на разные там «Настя! Ты хорошо выглядишь!»
Но внезапно пришла мысль — словно камень с неба: если такое творится только лишь из-за платья, то что будет, когда она подаст заявление в полицию?
Весь «Эфир» будет обеспечен темой для разговоров надолго.
Стоит ли ожидать, что шептаться будут за её спиной?
Только те, кто не одобрит. Но будет и дружеская поддержка, которая… ни за чем! Вообще. Будут обсуждать, сочувствовать, расспрашивать…
Жуткие перспективы.
Зачем вообще этот новый директор появился?!
Вызов на совещание заставил сердце забиться сильнее. Что, если Николай Сергеевич был прав и Деймос, получив то, что хотел, перестанет обращать на неё внимание?
И пусть только что Настя размышляла о подаче заявления в полицию, но в один момент нахлынула тоска.
Нет, это же хорошо? То, чего она и ждала!
Стоп. Он же не получил, чего хотел. По крайней мере, ничего такого. Почему? Он не может сам? Проблемы?
Ну нет, он неоднократно прижимал её к себе, и Настя помнила, что никаких явных проблем не было. Так в чём дело? И будут ли новые попытки — так сказать, закончить начатое?
