и шею. — А ты будто хочешь того же, что и я.
Он посмотрел на меня пытливо, словно речь шла не только о башне.
— Я люблю Сол-Гират, — откровенно призналась я. — Дом — единственное, что помогает мне смириться с существующим положением дел. С тобой.
И еще платья, пожалуй. В ателье я не могла сделать выбор, и Эйдан, устав ждать, приказал доставить их все. Я никогда не считала себя модницей и даже не ожидала, что так обрадуюсь. Как бы не пришлось расширять гардеробную. Но если дому станет лучше, то я могу хоть целый этаж себе выделить! А еще устроить библиотеку, небольшой кабинет, террасу, на которой приятно завтракать, и… детскую. Что если я забеременею? Впрочем, залететь от корневого мага не просто, обычно у них мало детей. Два-три, чтобы родовая магия не слабела. Но теперь я его жена. Потенциальная мать маленьких вредных сол Гиров.
— Давай пройдемся по залу, — сказал Эйдан, когда музыка закончилась. — Познакомлю тебя с высшим светом Сол-Гирата.
Бывшая служанка на приеме у мэра. Ох, полетят в меня сейчас колкости…
— Не волнуйся, Малинка, — добавил он. — Не забывай, это ты теперь на самой вершине. Вместе со мной. Как ни беги от судьбы, а она найдет...
— Видимо, ты медленно бежал, — фыркнула я.
Эйдан удивленно приподнял брови и как будто хотел что-то сказать, но к нам уже шел мэр с супругой.
— Как я рада знакомству, — прошелестела жена мэра.
Синтия Гросс, миловидная блондинка с водянисто-голубыми глазами и обильными формами, казалась мягкой как булочка. Но я не обманывалась — весь Сол-Гират знал, что она управляет и мужем, и городом железной рукой.
— Поздравляю, — Карл Гросс был скуп на слова. — Очень рад, очень.
Он пожал руку Эйдану, поцеловал руку мне, едва коснувшись кожи сухими губами. Если Синтия напоминала пышную сдобу, то ее муж был вылитый сухарь: длинный, тощий, с пористой кожей, густо усыпанной родинками и веснушками.
— Как мы рады, что Эйдан сол Гир женился, — продолжила лепетать Синтия. — Вы чудесная пара. Да еще и сплетенный союз. Какая прелесть ваш браслет, Малин! Какое чудо! Истинная любовь!
— И ключик, — заметил мэр мое украшение. — Все по правилам, значит, да? Правила — это хорошо. Это то, что нам нужно.
Эйдан скупо кивнул. Он продемонстрировал брачную вязь татуировки, вызвав новый прилив восторга у Синтии. Поговорил с мэром о внезапном дожде, накрывшем не только башню, но и посевы у города. В итоге они сошлись, что оптимальная периодичность осадков — два раза в неделю.
Я же вежливо улыбалась, держала Эйдана под руку и чувствовала себя захватчицей. На моем месте должна быть другая — одна из блондинок, что сбились в стайку у стола с закусками и пожирали моего мужа взглядами. Если смотреть непредвзято, он и правда хорош. Высокий, красивый, черные волосы забраны в хвост, в глазах изумрудный блеск, а военную выправку подчеркнул китель, с погонами и орденами. А я даже не знаю, за что он их получил.
К нам подошла еще одна гостья, попросила показать ей браслет, и они с Синтией начали восторгаться нашей истинной связью дуэтом. Все же странно это: Эйдан потащил меня в храм, в сплетенную ночь, будто верил, что я до сих пор в него влюблена. Чудовищная самонадеянность, но таков уж сол Гир. Но не мог он не знать своих собственных чувств! А ему на меня плевать с верхних веток Сол-Гирата. Или нет? Или я чего-то не понимаю?
— Чудная брошь! — заметила женщина, представившаяся просто Хелией.
Элегантное сиреневое платье, строгая трость с набалдашником в виде совы, в седых прядях сверкают бриллианты — точно роса вдруг осела на серые букли.
— Ее носила Джиневра, — продолжила Хелия, — я прекрасно помню. О, как нам всем ее не хватает… Она ушла так внезапно: только вчера разложили партию в вист — и вот моей дорогой Джинни нет.
— Вы играли вдвоем? — спросила я, и Хелия покачала головой, не особо удивившись моему вопросу и только радуясь возможности поболтать.
— Вчетвером, — охотно ответила она. — Джиневра была душой компании. Еще я, Присцилла и Лилиан. Теперь мы собираемся куда реже, — скорбный вздох. — Без Джиневры совсем не то. И без башни, разумеется. В Сол-Гирате особая атмосфера. И такой аромат… Словно в дубраве ранней осенью. А вы, Малин, любите вист?
— Я не умею играть, — призналась я.
— О, я научу! — пообещала Хелия, но Эйдан обнял меня за талию, увлекая к другим гостям.
— Думаешь, бабуля жульничала в карты? — спросил он, склонившись к моему уху.
— Так себе мотив, — вынужденно признала я. — Но я не знаю, Эйдан. Не понимаю, кого мы ищем…
— О, Эйдан, — одна из блондинок широко улыбнулась, скаля мелкие зубки. — Ты вернулся!
Он промычал нечто нечленораздельное, вроде «ыгму», и ускорил шаг, уводя меня дальше от хищной блондинистой стаи.
— Это кто? — полюбопытствовала я.
— Честно? Не помню, — сказал он.
Впрочем, бывшие любовницы моего мужа вряд ли имели что-то против Джиневры. Может, когда я установлю связь с ее духом, то окажется, что она просто споткнулась на ступеньках и свернула себе шею?
Нет, такого быть не могло. Башня подхватила бы ее, удержала.
— Знаешь, что мне пришло в голову, — пробормотала я, когда мы взяли по фужеру с прохладительным напитком и отошли к окну. — Дом попытался бы защитить Джиневру. Как бы выяснить, кто пять лет назад получил травму?
— Вроде выколотого веткой глаза? — уточнил Эйдан. — Пять лет — большой срок. Вряд ли мы что узнаем.
— Почему же ты не приехал тогда?
— Меня бросили в самую скверну, — сказал он. — Там вздохнуть было некогда.
— Тебе было всего двадцать.
— Я — корневой маг. На таких, как я, держится мир. И не закатывай глаза, Малинка. Лучше посмотри на меня восхищенно, а то эта блондиночка решит, что у нее есть шанс.
— А разве нет?
— Знаешь, нам давно пора домой, — заявил
