Он даже не поинтересовался заранее, что это за спектакль, полагая, что в оперных театрах действительно дают оперу. И был сильно разочарован, когда женщина начала читать поэму. Ли По уже собирался потихоньку выскользнуть на улицу, когда его взгляд случайно упал на одну из девушек неподалеку. Светловолосая фея в розовом платье была очень привлекательна. Приоткрытые плечи были словно выточены из мрамора. Почувствовав на себе внимательный взгляд, она обернулась в его сторону, и он увидел ее лицо с необыкновенно большими глазами и тонкими чертами. Ли По почувствовал неодолимое влечение. И вместо того чтобы уйти, он остался, не спуская глаз с прелестной юной особы, словно пытаясь навечно запечатлеть ее лицо в памяти.
Очень немногие из его приближенных знали об увлечении Ли По красивыми белыми женщинами. Он получал необычайное удовольствие, забавляясь с ними, иногда даже мучая, пока они полностью не покорялись его воле. Он знал себя достаточно хорошо и понимал, что удовольствие ему частично приносит их унижение. Это была месть белым за их отношение к китайцам. Проблема, куда девать женщину, когда она ему надоест, его не беспокоила – одним из его тщательно скрываемых занятий была торговля белыми рабами.
Ли По сидел и любовался девушкой, абсолютно не обращая внимания на сцену. И только перед самым концом представления он махнул рукой двум телохранителям, все это время стоявшим у него за спиной, и бесшумно, как призраки, они выскользнули из театра.
Представление закончилось под шумные аплодисменты и свист. Даррел пригласил Серену поужинать и выпить шампанского в ресторанчике на Си-стрит. Ужин был отменным. Девушка впервые пробовала шампанское, и оно ей понравилось. Правда, ее одолевал беспричинный смех.
Серена весело размышляла о том, как быстро меняется мир вокруг. Всего лишь несколько дней назад она не могла такого представить даже в мечтах. Прошлым вечером она ужинала со Спенсером Хардом и Мадлен Дюбуа. Сегодня в новом роскошном платье, которое ни за что не одобрили бы ее родители, она была в театре с привлекательным молодым человеком, а теперь впервые в жизни пьет шампанское.
Разговор зашел о сегодняшней постановке. Даррел, как оказалось, был заядлый театрал. Он рассказал ей, что уже видел этот спектакль в других театрах, иногда даже с музыкальным сопровождением. Смотрел он его и на сценах плавучих театров на Миссисипи.
– Ты хорошо знаешь Миссисипи? – спросила Серена.
– Еще бы, – сухо ответил он. – Я родился в Луизиане. И большую часть жизни проработал там на речных судах, пока не стал профессионалом.
– Профессиональным игроком, ты имеешь в виду?
– Да, игроком, Серена. Я зарабатывал на жизнь игрой в карты на пароходах.
– Почему же ты уехал оттуда?
– Из-за войны, из-за чего же еще? – пожал он плечами. – Она изменила всю мою жизнь. Если не навсегда, то надолго. Суда теперь возят солдат и припасы. Мне там нечего делать. – Казалось, ему тяжело было об этом вспоминать. Он резко сменил тему разговора: – Уже поздно, Серена. Нам пора идти.
Когда они вышли из ресторана, было уже действительно очень поздно. Серена чувствовала, что у нее кружится голова. От шампанского, от возбуждающего вечера—в общем, от счастья. За все свои девятнадцать лет она даже в мечтах не могла представить себе такого потрясающего вечера.
Даррел предложил взять экипаж.
– Нет, давай прогуляемся, – возразила девушка. – Тут недалеко, а у меня кружится голова.
– Я рад, что тебе понравился вечер, Серена, – сказал он, растягивая слова.
– Это было просто изумительно, – отозвалась она и крепко сжала его руку.
Некоторое время они шли молча. Ночная прохлада действительно благотворно подействовал на Серену, и она кое-что вспомнила.
– Знаешь, я была немного озадачена, встретив тебя вчера.
– Почему?
– Из-за твоего имени. Мне оно показалось знакомым, будто я его уже слышала.
– Вряд ли. Я здесь меньше недели.
– Нет, я слышала его раньше. И только вчера перед сном вспомнила где. О тебе рассказывал Рори Кленденнинг. Он набрел на наш фургон в пустыне. Он рассказывал, что некий мужчина пришел к его костру и, когда они вместе поужинали, предложил сыграть в карты. Этот человек выиграл у него все его деньги и лошадь и бросил его умирать в пустыне. А звали его Даррел Квик.
– Но ведь он не умер, верно? – спокойно проговорил Даррел.
– Нет, но вовсе не по твоей милости! Как тебе не стыдно, ты же профессиональный игрок. Велика честь – обыграть в карты сына проповедника!
– Он ничего не говорил мне о том, чей он сын.
– А если бы сказал, ты вел бы себя иначе?
– Ты права, – усмехнулся он. – Нет, я поступил бы точно так же. Как я тебе уже говорил за ужином, с шестнадцати лет я занимаюсь только игрой. Зато я знаю, как мне поступить, когда отправлюсь на тот свет. Вот предстану я перед святым Петром и его воротами, и он засомневается, стоит ли меня пускать в рай. Я предложу ему бросить кости, и пусть они решат, достоин ли я этой благодати.
Серене неожиданно стало смешно.
– Тебя что, вообще никогда не мучает совесть? Кленденнинг впервые взял в руки карты, а ты обчистил его до нитки.
– Я не забрал у него все, – резко сказал Даррел. – Я никогда не обманываю. Нет необходимости.
Он засмеялся.
– Просто он путешествовал, а я обыграл и обобрал его. И не колеблясь сделаю это снова. Подумай, Серена... взгляни на это с другой стороны. Он получил хороший урок. Может, он дорого за это заплатил, но это не прошло для него даром. И в будущем он будет умнее. В этих местах либо ты быстро учишься, либо не живешь долго.
– Никогда об этом не думала, – сказала она задумчиво.
– Кленденнинг много для тебя значит?
– Нет, практически ничего, – быстро отозвалась девушка.
– Тогда почему, во имя небес, мы попусту тратим время на разговоры о нем?
Он повернулся к девушке и взял ее за руку. Она ощутила на щеках его горячее дыхание. Сейчас он поцелует ее.
Отступив на шаг, она дружелюбно произнесла:
– Мы уже у пансиона. Я безумно благодарна вам за этот вечер, Даррел. Мне никогда не было так хорошо.
Он слегка нахмурился. Затем улыбнулся:
– Вы очень добры, мисс Фостер. И это все?
– Все? – переспросила она невинно.
– Обычно леди может поблагодарить джентльмена поцелуем, особенно после такого вечера.
– Даже на второй день после знакомства? – К своему изумлению, Серена поняла, что кокетничает.
– Жизнь в этих краях течет стремительно, – серьезно ответил он.
Она шагнула вперед, стараясь не коснуться его, и быстро поцеловала в губы. Прежде чем он успел обнять ее, она уже отступила назад.
– Всё! Долг леди выполнен, – засмеялась она. – Спокойной ночи, Даррел Квик.
