Ненадолго — Кайоши перерубает ему шею, отрывает уже мёртвое тело от себя и бросает вниз, под радостные визги других джанку — у них там внизу, в темноте, сегодня пир.
— Ну давай же. Ныряй! — Нетерпеливо тороплю его я.
И он ныряет… Просто и исчезает в темноте норы.
Дальше я уже ничего не вижу, лишь слышу. Вой джанку, треск лопающихся под ударами меча костей, звон рассыпающегося на осколки воздуха… я бы посмотрел на то, что там внизу творится.
Когда я вспоминаю о светлячке и запускаю его, вижу брата залитого кровью, с мечом в руках, лезвие которого поменяло цвет на багровый и груду мёртвых тел вокруг.
— Плохо видно было, — извиняется Кайоши поднимая голову на меня. — Пару раз эти гады зацепили меня.
Он показывает мне плечо, на котором косая рана с вывернутой кожей.
— Но, для первого раза неплохо, да? — он сейчас — весь, с ног до головы, вымазанный в крови — выглядит совсем не похожим на себя, на того Кайоши которого я знал.
— Да, — мне становится смешно. — Для первого раза очень даже неплохо. Страшно даже подумать, что будет дальше.
* * *
К утру поднимается такой сильный ветер, что как бы не старался Орлан, удержать курс он не может и нас всё сильнее сносит к югу. Я, наконец, сдаюсь бороться ос стихией и сажу корабль на один из пиков, целая гряда которых отрезает наши земли от незнакомых, южных.
Тем временем появляются два вестника. Первый из Падающей ночи, они уведомляют о том, что сто тысяч лунным золотом вылетела в сторону Небесного Утёса, а второй от Союза Драконов. Те, получив мою просьбу о встрече, предлагают собраться на территории клана Сата — одного из трех кланов, входящих в союз. Против Сато, и уж тем более против их строгой, но очень привлекательной госпожи я ничего не имею. Но вот дорога… Клан Сато расположен дальше всех от Небесного Утёса, на берегу залива и совсем близко от Проклятых.
Лететь и лететь…
Пока я размышляю о потерянном времени и о скоростной виверне, о которой попросил Тринити, внезапно поднимается попутный ветер. И такой сильный, что пугает даже нашего Орлана.
И тот, поскрипывая деревом, устремляется на север, да так лихо, что я едва успеваю выкручивать его на нужный курс.
И часа не проходит как на горизонте появляются очертания верфи — с огромными птицами деревянных кранов… а это значит — мы на верном пути, ведь верфь в этих местах может принадлежать только Сато.
Судя по солнцу мы опаздываем, но не настолько, чтобы заслужить проклятия, да и те кто нас ждут, уверен, учтут ветер, который дул против курса.
Дом госпожи Сато находим легко — он, огромный и очень светлый, выстроен прямо на островке посреди залива. Отделённый от волн молом, он кажется крохотным раем, утонувшим в цветущей сакуре.
Нас уже ждут — на открытой просторной террасе, на край которой лишь изредка накатывает мелкая волна, распугивая любопытных чаек.
Приковываем Орлана к причалу — здесь им служит высокий укреплённый столб — и, вдвоём с Кайоши, опускаемся на доски террасы.
Первым делом смотрю на лица — от того, что написано на них, сейчас будет зависеть многое. Как относятся к нашему союзу, не пожалели ли, не передумали ли. Передумать они, кстати, могут запросто — я ведь еще не внёс миллион лунным золотом в казну союза.
Золото, впрочем, сейчас со мной — перед отлётом я приказал Джуну переложить из императорской казны некоторое количество золотых слитков.
Лица… они у тех, кто нас встречает — разные.
Госпожа Сато, сегодня почему-то еще более красивая чем прошлый раз, поглядывает на меня со строгостью, через которую, впрочем, пробивается явный интерес. Ко мне ли этот интерес или к Кайоши, которого она видит первый раз, не знаю и уточнять не буду.
Взгляд старого Ясуда хмурый, но без неприязни, что тоже скорее хороший признак, ну а юный Яно… он, вроде бы, даже рад мне. Мне или морю, которое совсем близко.
— Хорошие ли вести принёс наш дорогой друг? — неожиданно приветствует меня госпожа Сато.
Дорогой друг?
Прошлый раз она не была столь любезна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Интересно, они знают о том, что случилось на турнире? Эти земли находится так далеко, что случайная весть или слух будут добираться слишком долго. Если только в самом турнире не участвовали воины Союза Трёх Драконов.
Впрочем, многие не смогли выбраться из пылающего города, в который зашёл Горо.
— Раз видеть вас, — я присаживаюсь на свой диван, а Кайоши замирает рядом. Но совсем ненадолго — по приказу госпожи Сато ловкие слуги приносят еще один диван для нежданного гостя.
— Господин Эное, — представляю я брата, когда он усаживается и вижу в ответ удивлённые взгляды — ведь все здесь пока знают что господин Эное — это я.
— Я объясню всё чуть позже. — успокаиваю я их, наблюдая как слуги разливают всем чай. — Я прилетел чтобы сказать вам многое, но сначала самое важное — Император мёртв, предательски убит наёмницей нанятой Хинун, а сам Горо занял столицу.
Я вижу на их лицах смятение — они ничего еще не знали.
— И еще, прежде чем мы продолжим, мне нужно кое-что объяснить.
Наклоняюсь, беру чашку с чаем, делаю крохотный — не хочу обжечься — глоток и, показывая на Кайоши говорю:
— Новый глава семьи Эное перед вами. Уверен, никогда еще Небесный Утёс не оказывался в более надёжных руках чем сейчас.
Я вижу как Кайоши вздрагивает и поднимает голову.
— Но вы?! — на лице госпожи Сато недоумение. — Разве не вы…
— Многое изменилось, госпожа. Как выяснилось…, — я делаю паузу и еще один глоток, — я не принадлежу семье Эное.
Они переглядываются между собой, переглядываются растерянно. Ну еще бы — если я не Эное, то кто? Никто? И они вели переговоры с безродным?
— Но есть и хорошие новости, — продолжаю, не давая времени им совсем расстроиться. — Как установили императорские Ищейки кровь Императора — это и моя кровь… как и трон.
Я улыбаюсь:
— А теперь самое время поговорить об интересном… о вашем будущем.
* * *
Глава 10
* * *
Молчание воцаряется так надолго, что даже чайки начинают удивлённо поглядывать на застывших людей.
— Неожиданные вести, — Ясуда прерывает тишину первым. — Невозможно было представить что вот так, в один день, всё может перевернуться.
Он смотрит на госпожу Сато, словно ожидая поддержки, но та молчит, покусывая губы и поглядывая на меня.
— Хорошие вести для тех, кто на стороне истинного Императора, — говорю я.
Если они сейчас струсят и разорвут наш союз — то будут просто идиотами.
— Императорские Ищейки уверены в своих выводах? — осторожно интересуется юный Яно. — Ошибки быть не может?
Так, а этот боится что я самозванец.
— Нет, — качаю головой я. — Нир — он сам сказал мне об этом… а вы знаете какое положение он занимал при дворе. Можете послать вестника к нему — ответ будет совсем скоро.
Они кивают, все трое — довод убедил. Не мог не убедить, Нир никогда бы не стал стал утверждать то, в чём не уверен.
— Я уверен, — продолжаю, — сейчас все, кто сможет смотреть за горизонт, выберут правильную сторону. И эта сторона — не Горо.
— Горо не имеет права на трон, — кивает Яно.
— Но он сможет удержаться на нём, — Ясуда трёт мочку уха, раздумывая. — И тысячу лет сможет удержаться — он бессмертен.
Нет, я не осуждаю их за нерешительность. Это и не не решительность даже — на кону их кланы, и защищать их — первая из обязанностей.
— Что скажете вы, госпожа? — я поворачиваюсь к Сато.
Спрашивать у неё рискованно — во время прошлой нашей встречи она колебалась дольше всех. прежде чем согласилась на союз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— У вас уже есть идеи о том, как вернуть трон, Асано-сан? — её вопрос звучит благожелательно, почти тепло. Хорошо если она окажется разумной и примет мою сторону.
Асано?!
Это фамилия императорской семьи.
Я теперь Асано, но пока не Император, поэтому госпожа Сато выбрала это нейтрально уважительное «Асано-сан».
