К девяти тридцати последняя порция выстиранного белья была отправлена в сушилку. Милла наклеила марки на несколько конвертов, которые предпочла отправить по почте, а не оставлять на ночь в своём почтовом ящике. Тем более что в пачке с письмами лежали её выплаты по счетам. Она схватила ключи от машины, затем, в последнюю минуту решила проверить, остался ли номер осведомителя в её мобильном. Иногда телефонные номера пропадали, и она не знала почему. Возможно, случайно нажималась комбинация цифр, которая и удаляла их. Какова бы ни была причина, но такое время от времени случалось. Чтобы проверить, она вошла в меню и нажала на список принятых вызовов и ничего там не нашла. Ничего. Ни одного номера.
Надув щёки, Милла разочарованно выдохнула. Затем быстро взбежала вверх по лестнице и нашла кусок бумаги, на котором ещё прошлой ночью нацарапала номер. Слава богу, она догадалась его записать. Когда пойдёт на работу, чтобы закончить кое-какую бумажную работу, она сможет проверить этот телефонный номер, вбив его в компьютерную базу.
Автостоянка, усыпанная гравием, обычно пустовала по воскресеньям, поскольку склад был закрыт. Тем не менее, сегодня у входа стоял джип Чероки красного цвета, принадлежавший Джоан. Милла припарковала свою машину рядом с ним. Затем поднялась по крутой наружной лестнице ко второй двери. Она попыталась открыть её, но та оказалась запертой. Это хорошо. Значит, Джоан здесь одна. С помощью ключа, Милла всё-таки открыла тяжёлую стальную дверь, вошла внутрь и громко крикнула, чтобы не напугать подругу и дать ей знать, что она здесь больше не одна:
— Джоан?
Зная, что находится в безопасности, она закрыла за собой дверь.
— Я здесь, — ответила Джоан, и вышла из комнаты отдыха. — Я уничтожила целый пакет попкорна, но у меня есть ещё один. Хочешь?
— Нет, спасибо, я позавтракала нормальной едой.
— Попкорн — нормальная еда. И вафли Pop-Tart, которые я съела, кстати тоже.
Джоан обожала нездоровую пищу. Удивительно, как ей удается всегда оставаться в хорошей форме. Сорок лет, разведена. Восемнадцатилетний сын неделю назад отправился догуливать оставшуюся часть летних каникул к отцу, перед тем как пойдёт в колледж. Тем не менее, Джоан не дашь больше тридцати. Блондинка с яркими голубыми глазами, она носила мальчишескую стрижку. Когда у всех в офисе сдавали нервы, а это случалось достаточно часто, Джоан была голосом разума и спокойствия. Их работа была настолько напряжённой и изматывающей, что нервные срывы были скорее правилом, чем исключением.
— Зачем ты сегодня приехала? — Спросила Милла.
— Бумажная волокита, что же ещё. А ты?
Милла тяжко вздохнула:
— Бумажная волокита. И ещё хотела пробить один телефонный номер по нашей компьютерной базе.
— Что за номер?
— Тот, по которому мне позвонили на мобильный в пятницу днём, с информацией о Диасе. Он был из Эль-Пасо, вот что любопытно.
— Ты по нему звонила?
— Ещё нет. Хотела позвонить вчера ночью, но было слишком поздно — или слишком рано — и я решила немного подождать. К тому же, будет лучше, если я заранее буду знать, кому звоню.
Милла пошла в свой кабинет и включила компьютер. Пока машина загружалась, она повернулась к рабочему столу, просмотрела кучу бумаг и выбрала те, с которыми сможет управиться сегодня в тот небольшой промежуток времени, что пробудет здесь. Прислушиваясь к гудению и жужжанию машины за спиной, Милла подумала, что не плохо было бы обновить их компьютерную систему. Это была ещё одна требующая затрат вещь, которую она постоянно откладывала, потому как всегда находилось что-то более важное, что-то более срочное, на что нужны были деньги. А пока их текущая система находилась ещё в рабочем состоянии, она не могла позволить себе потратить тысячи на обновление.
Когда загрузка завершилась, Милла повернулась к монитору, вышла в сеть, нашла поисковую систему Google и напечатала телефонный номер. Через две секунды на экране высветилось название станции обслуживания автомобилей, откуда был сделан звонок и его точный адрес. Милла услышала позади шаги Джоан, вошедшей в кабинет.
— Нашла что-нибудь?
— Это автозаправка.
Джоан села на край стола и ждала, пока Милла наберёт номер. Ей ответили на пятый по счёту гудок.
— Автозаправка.
Исчерпывающий ответ, подумала Милла.
— Здравствуйте, это Милла из «Искателей». Нам поступил звонок от вас в пятницу около шести вечера. Не могли бы вы сказать…
— Извините, — мужчина резко оборвал её. — Это таксофон. У меня нет времени следить за каждым, кто его использует. Вы получили криминальный звонок?
— Нет, звонок был вполне легальный. Просто я пытаюсь связаться с тем человеком, что звонил.
— Ничем не могу помочь. Простите. — Он повесил трубку и она тоже, затем расстроено выдохнула.
— Ну, что он сказал? — Взволнованно спросила. Джоан.
— Да, — позади них раздался низкий холодный голос. — Что он сказал?
Джоан подпрыгнула на месте и, обернувшись, испуганно вскрикнула. Милла встала так резко, что стул с силой откатился назад и стукнулся о рабочий стол. Каким-то образом она оказалась рядом с Джоан и застыла на месте, уставившись на мужчину в дверном проёме. Холод прошёл вдоль её позвоночника, а сердце гулко застучало в груди. Они были одни в кабинете. Дверь была заперта. Как он вошёл? И что ему нужно?
У мужчины не было оружия, по крайней мере, насколько могла видеть Милла. То, что в его руках не было оружия, ещё ничего не значило, потому что уставившиеся на них глаза были самыми бездушными, самыми холодными, которые она когда-либо видела. Она смотрела в глаза убийцы. И хотя Милла дрожала от страха, в его глазах было что-то завораживающее, и она поняла, что не может отвести от них свой взгляд. Как кобра, он гипнотизирует жертву перед тем, как укусить, подумала она.
Мужчина вёл себя неестественно спокойно, как будто вовсе не был человеком.
Рядом с ней Джоан резко и часто дышала. Немигающими, широко распахнутыми глазами она уставилась на незваного гостя. Милла дотронулась до руки Джоан, чтобы успокоиться, и Джоан немедленно вцепилась в неё мертвой хваткой.
Мужчина мельком посмотрел на их сцепленные руки, затем опять на лица.
— Не заставляйте меня спрашивать дважды, — сказал он всё тем же, абсолютно ничего не выражающим голосом.
Голос. Она узнала его. Но панический ужас всё ещё сковывал её тело, и она не могла твёрдо мыслить. Мила сглотнула и попыталась произнести хоть слово, но горло так стянуло, что голос прозвучал хрипло:
— Это был таксофон. Мужчина сказал, что не знает, кто им пользовался, и что он слишком занят, чтобы обращать на это внимание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
