«Черт, они же говорили обо мне!», – дошло до Стюарта. Девушка тем временем вышла из-за его спины и теперь стояла рядом, облокотившись о стойку. Дэниел сделал знак бармену и повернулся к ней:
– Что вы сегодня пьете?
– Мартини с водкой, – бросила она в сторону бармена.
Дэниел хотел сказать что-то еще, но прикусил язык: перед ним стояла Кэтти. Он поднес стакан с бурбоном к губам, будто делает глоток. На самом же деле он старался скрыть свое лицо. Кэтти как бы невзначай скользнула оценивающим взглядом по его одежде, на какое-то мгновенье задержавшись на запястье левой руки с «Ролексом». По ее очаровательной улыбке, которой она одарила Дэниела, было видно, что первый критерий отбора благополучно пройден. Бармен поставил на стойку бокал с коктейлем. Кэтти не глядя взяла его в руку.
– Извините, – сказала она, садясь на табурет перед стойкой, – я обычно не пристаю к незнакомым мужчинам в барах, но сегодня чертовски неудачный день, и я вынуждена сделать исключение из правил.
Она печально вздохнула.
– Поссорились со своим парнем? – спросил Дэниел, отдав про себя должное ее актерским данным.
Она еще раз вздохнула, на этот раз закатив глаза.
– Меня затащили сюда подруги, – сказала она, прилично отглотнув из бокала и сделав невинные глаза. Затем продолжила:
– Я не слишком люблю такие места. Знаете, громкая музыка, какие-то новомодные диджеи, странные люди вокруг. Я предпочитаю более интеллектуально проводить свое время. Но сегодня – особый случай: у моей лучшей подруги день рождения, и она решила отметить его здесь.
Слушая ее, Дэниел был рад, что выбрал именно эту сторону бара, где царил полумрак. Под его прикрытием было трудно разглядеть чье-либо лицо. Но через какое-то время стало ясно, что опасения Стюарта напрасны: Кэтти его не узнала. То ли алкоголь, то ли недостаточное освещение сыграли свою роль. Но, скорее всего, ни то и ни другое. Для нее он существовал лишь в офисе как бесплатное дополнение к декорациям или, правильнее было бы сказать, к массовке офисного планктона. Свита, играющая короля. Вернее, королеву, которой, безусловно, была она.
Сейчас же Дэниел оказался втянутым в игру, не доставляющую ему удовольствия, но он решил доиграть свою партию до конца.
– Кажется, я догадываюсь, что произошло, – с пониманием сказал он. – Вас бросили подруги на произвол судьбы?
– Вы очень проницательны, – заметила Кэтти, – да, они очень увлечены своими парнями, а я, видите ли…
Она допила свой коктейль, поставила пустой бокал на стойку и вопросительно посмотрела на Дэниела. Тот сделал знак бармену.
– А я не вписываюсь в их компанию, потому что какое-то время тому назад имела счастье наконец-то расстаться со своим парнем.
При этом она как-то особенно взглянула на своего собеседника. В этом взгляде не было откровенного призыва к действию, но проскальзывало определенное ожидание. Во всяком случае, Дэниел решил промолчать.
– Вы, наверно, не представляете, что такое чувствовать себя лишней, – продолжила она, вложив в свои слова как можно больше грусти.
– Как раз напротив, – ответил Стюарт, – это ощущение мне очень знакомо.
– Неужели? – тихо спросила Кэтти, изобразив удивление, и Дэниелу показалось, что ее глаза блеснули. Она поднялась и теперь стояла совсем близко, касаясь его руки. – Похоже, мы с вами сегодня товарищи по несчастью…
Она продолжала что-то тихо говорить, но слова пролетали мимо. Краем глаза Стюарт заметил ее подруг. Он не знал их в лицо, но мог с уверенностью сказать, что не ошибся: девушки стояли поодаль, внимательно наблюдали за ним с Кэтти, и перешептывались. Когда одна из них слишком громко хихикнула, Кэтти показала той средний палец. Жест был еле уловим, но все же не ускользнул от внимания молодого человека. Он поднялся:
– Кажется, ваши подруги все же скучают без вас. Извините, но мне пора. Хорошего вечера.
Девушка бросила на тех испепеляющий взгляд, но быстро совладала с собой.
– Позвони мне, – быстро сказала Кэтти, держа его за руку и пытаясь заглянуть в глаза.
Стюарт очень осторожно высвободил руку.
– Непременно, – мягко сказал он.
Затем повернулся и направился в сторону выхода. По пути до него донесся раздраженный голос Кэтти:
– Какого черта вы приперлись?! Он уже почти был мой!
Стюарт покачал головой и вышел на улицу. В лицо ударил свежий ночной воздух. Дэниелу стало легко. Служащий подогнал «кадиллак». Поблагодарив того и оставив ему хорошие чаевые, Стюарт сел за руль и медленно покатил в сторону дома. Он понял, что все это время мешало ему сказать Кэтти о своих чувствах.
Шампанское в искусстве
(Суббота)
Питера затащила на это светское мероприятие, или, как принято говорить в высших кругах, soirée1, Эллен. Он отказывался как мог, уверяя, что далек от живописи и вообще от искусства, но в конце концов уступил ее железному аргументу, что друзья должны помогать друг другу в трудную минуту. В данной ситуации это было действительно так. Эллен как журналистке, занимающейся культурой, выпало освещать новую выставку очередного модного художника. Судя по именам приглашенных, событие обещало быть громким и значимым для всей светской жизни столицы. В редакции журнала, где работала Эллен, ждали подробного отчета. И, как это часто бывает, в последний момент выяснилось, что гости обязательно должны прийти с кем-то. Рик, муж Эллен, как назло был в отъезде и она, недолго думая, позвала Питера. Эти трое дружили еще со школы. Рик и Питер вдвоем ухаживали за Эллен, но она предпочла веселого и шумного Рика застенчивому Питеру. Это между тем не помешало всем оставаться хорошими друзьями.
– Хорошо, – покорно вздохнул Питер, сдавшись, – но Рик будет мне должен…
– Ты чудо! – прощебетала Эллен, чмокнув его в щеку. – Сейчас беги на Седьмую авеню, я договорилась, тебе подберут смокинг и приличные туфли.
– Смокинг?! – у Питера задергался правый глаз.
До этого ему только один раз – на свадьбе Рика и Эллен – пришлось надеть вечерний костюм, и на протяжении всего праздника Питер чувствовал себя скованным и будто не в своей тарелке. Ему больше по душе были потертые драные джинсы и старые кроссовки.
– Зачем смокинг? А нельзя так…
– Ты в своем уме? – у Эллен округлились глаза. – Неужели ты думаешь, что тебя пустят на soirée в джинсах? Там другой мир, дорогуша, свои законы. Будет много известных личностей. Ты вообще что-нибудь слышал о дресс-коде?
– О, черт. Только этого мне не хватало, – пробормотал Питер.
– У нас мало времени, – поторопила его Эллен, – ты должен вернуться к шести. В половине седьмого за нами заедет редакторский лимузин.
«Рик вовремя смылся, – мрачно подумал Питер, выходя из дверей. – Ох и рассчитаюсь я с ним…»На Седьмой авеню Питера уже
