нежностью смотрели в карие омуты глаз жениха.
— Объявляю вас мужем и женой, — прозвучала торжественная речь.
Он обнял её, и теперь уже Исуповы, счастливые, вышли из зала. На правых пальцах обоих блестели обручальные кольца, символизируя их обещание быть вместе и в горе и в радости.
Иван организовал небольшой фуршет в честь свадьбы. Своих родителей он приглашать не стал, брат с женой были в свадебном путешествии, зато приехали мама Марины и подруга Фаина.
— Это как-то странно, — обеспокоилась Зоя Павловна. — Как будто он сирота. Двое друзей и все. Что это за люди такие, если они не радуются счастью своего сына? Ведь видно, что наши дети любят друг друга, — жаловалась она нам с Наташей.
— Не переживайте, Зоя Павловна. Главное, что Марина очень счастлива. Это самое важное, — сказала Наташа, и я полностью с ней согласилась.
— Мамочка, переезжай в мою квартиру, — уговаривала Марина мать.
— Но здесь же нет огорода, да и где я найду работу? Кто примет колхозницу?
— Будешь работать в нашей с Иваном фирме, нам как раз нужен бухгалтер. Да и с Дашенькой поможешь. Последний аргумент оказался самым убедительным. Похоронив свою мать, Зоя Павловна всё больше тосковала от одиночества.
Иван нашёл помещение под офис в бизнес-центре, и теперь над дверью золотыми буквами красовалась вывеска: "Юридическая фирма Исуповых". Многие клиенты конторы “Исупов и сыновья” перешли к нему. Марина взяла на юридическое сопровождение бюро Савельева. Поговорив с некоторыми из своих однокурсниц, она нашла помощницу юриста. Мама взялась за бухгалтерию, осваиваясь в должности главного бухгалтера. Штат был укомплектован, и Ивану больше не нужно было задерживаться в офисе — ему хотелось проводить больше времени с семьёй. Первым шаг навстречу к сыну сделал отец:
— Иван, нам надо поговорить.
— Слушаю вас, Аристарх Семёнович, — нарочито по-деловому ответил Иван.
— Не ерничай, ты мне нужен, вернись, пожалуйста, в контору, — грустно усмехнулся отец, заметив обручальное кольцо на пальце сына.
— У меня своя фирма, зачем мне возвращаться к вам? К тому же, ваши условия мне не подходят. Я женился на Марине и удочерил Дашеньку. Теперь они моя семья.
— Это уже не важно.
— Важно, папа. Или вы думали, что будете шантажировать меня, и я это проглочу?
— Иван, прости, я не хотел. Это всё твоя мать. Она договорилась с Филатовым за моей спиной. Она хотела, чтобы я передал фирму Лёшке. И ладно бы, если б этот балбес решил заняться юриспруденцией. Но ты ведь и сам видел, что у него душа к этому делу не лежит. Мне кажется, она решила разорить меня, чтобы отомстить за то, что я развёлся с ней.
— А я думал, что это она развелась с тобой, потому что ты гулял.
— Да, она подала на развод, но я не остановил её, и вместо того, чтобы сказать, что люблю её и она будет для меня единственной, я просто согласился на развод. Филатов пообещал ей заплатить, если фирма достанется зятю.
— Я знаю.
— Но откуда? Я сам только что узнал.
— Я нанял детектива следить за ней и установил прослушку у брата, и слышал все разговоры Филатова с его дочкой.
— Полина в этом тоже замешана? — вспыхнул отец.
— Да.
— Почему ты мне не сказал?
— Вы сами с мамой от меня отреклись. Я принял ваши условия игры и сделал свой выбор.
— Помоги мне, Иван, ты ведь даже название фирмы придумал в честь нашей семьи.
— Нет, это в честь нашей с Мариной семьи. Моей семьи.
— Я ничего против твоей семьи не имею.
— С каких это пор?
— Иван, я умею признавать свои ошибки. Я не против твоего брака, не против Марины и не против Дашеньки. Я вижу, что ты счастлив, и это главное. Но сейчас мне и вправду нужна твоя помощь.
— Мой друг ищет работу юриста. У него были проблемы на прошлом месте, его подставило бывшее руководство, сам он честный парень, можешь взять его на должность юриста смело. Ему можно доверять. Помощника он приведет своего. Вдвоем вы справитесь с вашим объемом. Тем более, что мои клиенты от тебя перешли ко мне на сопровождение. И, пап, приходи в выходные к нам на ужин. Я жену предупрежу, что у нас будут гости. Надеюсь, адрес моей квартиры ещё помнишь. Только маму с собой не бери. Я не готов с ней общаться, по крайней мере, пока она публично не извинится перед моей женой.
* * *
Аристарх Семёнович вышел из дверей офиса "Юридическая фирма Исуповых" в некотором смятении. Он никогда не рассматривал женщин как серьёзную угрозу. И вот теперь получил удар в спину от бывшей жены и новоявленной снохи. Женские интриги он никак не мог воспринимать всерьёз. Но за всем этим "женским бунтом" стоял его давний партнёр Филатов, который теперь стал ещё и его свояком.
— Да, никому нельзя верить, — подумывал он, — стар стал, расслабился, раскис, — ругал он сам себя. — Ну ничего, мы с Иваном справимся с ними. Ванька — это сила, он не бросит меня. Не предаст. Вот я дурак, баб послушал, чуть сына не потерял.
Глава 8 Не поле перейти
— Здравствуй, Оксаночка, — впустила в квартиру сноху Клавдия Сергеевна.
— Здравствуйте, мама, — обращение снохи "мама" внушало надежду на примирение. "Может, еще всё наладится," — подумала свекровь.
— Я вчера Толику звонила, он не отвечает. Что-то случилось? — забеспокоилась Оксана.
— В больницу Толик попал, давление подскочило, еще и сердце прихватило. А что одна приехала, мальчиков не привезла? — задала встречный вопрос свекровь.
— Они напросились с моим отцом на рыбалку, за город уехали на дачу. Мама грядки поливает, а отец с внуками на речку пошли.
— Хорошо, рыбалка — это очень хорошо. Я вот к сыну в больницу собралась, может, со мной сходишь?
— Конечно, пойдемте, — согласилась Оксана.
Автоинформатор объявил остановку “Больница”. Оксана со свекровью вышли на остановке и направились к желтому трехэтажному корпусу.
— Ему не разрешают спускаться в холл для посетителей. Нам на третий этаж, — позвала свекровь. Накинув белые одноразовые халаты, они поднялись в отделение кардиологии.
Передав фрукты сыну, Клавдия Сергеевна поспешила выйти из палаты.
— Ну, поговорите здесь, не буду вам мешать, — сказала она.
«Как будто другие пациенты в палате не услышат наш разговор», — подумала Оксана, оглядывая помещение.
— Что случилось? — спросила она.
— Давление подскочило. Сердце болит. Прости меня, — ответил Анатолий.
— И всё? Хм… «Прости» и всё?
— У меня нет машины времени, чтобы вернуться в прошлое и исправить свои ошибки.
— На что ты надеешься, Толя?
— На твое прощение. Я скучаю по
