кто-то назвал, это лишь вызвало бы мой смех. Этот мир всегда был жесток и без жалости съедал добрых людей. Именно поэтому когда-то я понял, что это не мой путь.
Боль расползалась по моему телу неспешно. Возможно, разум просто был слишком удивлён этому, что отказывался её принимать. Я в этом не уверен, однако вкус собственной крови, которая стала рваться между моих сжатых зубов, был действительно отвратителен.
Я закашлялся и перевёл взгляд на выросший из моей груди клинок. Он был так прекрасен весь покрытый моей кровью.
Избитый и лишённый обеих рук, Данзо лежал у моих ног. Несмотря на своё плачевное состояние умирать он всё ещё не собирался благодаря клеткам Хаширамы.
— Следовало побыстрее убить меня, мальчишка, — насмехаясь надо мной заговорил предводитель Корня.
Сейчас я был с ним полностью согласен, в какой-то степени даже восхищён своей глупостью. Самонадеянность и гордыня никогда не были моими лучшими чертами характера, но, к сожалению, они во мне были сильны.
Карин молчала, хотя сейчас от неё я бы вряд ли смог добиться хоть каких-то объяснений. Я не ругал себя, это было бы глупо. Мне казалось, что глупостей я на сегодня сделал уже достаточно много, чтобы совершать ещё одну.
Благодаря играм со стариком Шимурой, объём моей чакры готов был пробить собой дно. Говоря проще, сил на то, чтобы вызвать хотя бы обычную огненную технику, и добить еле живого врага в моём теле сейчас не было. Хуже было то, что катана, которую вонзила в меня девушка, находясь под воздействием Котоамацуками, нанесла критическую рану и если ей не заняться в ближайшее время, Учиху Саске ждал бесславный конец.
— Глупый мальчишка, ты так и не смог ничего доказать. Итачи следовало убить тебя той ночью.
Он верил, что меня это заденет? Вероятно, да, поскольку попытки зацепить на этом не остановились. Данзо продолжал вспоминать все очевидные ошибки в действиях совершённых Саске и винил Итачи в слабости к такому никчёмному младшему брату.
Карин выдернула из моего тела меч, вызывав очередную волну боли и заставив закашляться от заполнявшей лёгкие крови.
Меня нельзя было назвать хорошим.
Когда-то я был слаб, и эта слабость принесла мне боль. Боль долгое время расползалась и крепла, она охватывала всё больше, и разрушало то, что было хорошим во мне.
Говорят, что время лечит любые раны, но чаще всего этот процесс длится до самой смерти. И пока мы живы, эта боль живёт с нами. Она заставляет нас изворачиваться, вынуждает меняться, дабы избежать её. И вот так выкручиваясь и избегая её, мы и становимся другими.
Оставаясь, я всё тем же, безусловно, проиграл бы и погиб. Вот только время моей смерти ещё не пришло, ведь я действительно видел, кто из нас сегодня умрёт.
Из моей раны в спине вырвалась фиолетовая змея и мгновенно набросилась на не ожидавшую этого девушку. Она скрутилась кольцами вокруг её тела и с силой сжала её, впиваясь в шею своими клыками.
— Я ведь уже говорил тебе, — произнёс я, чувствуя, как в тело хлынула живительная чакра девушки, — Данзо, я вижу твою смерть.
На лице старика наконец-то отразилось то, чего я так долго ждал. Верно, это было отчаяние, ведь козырей больше у него не было.
<center>***</center>
Вот уже неделю отряд Суйгецу занимался тем, что мотался по стране Горячих источников по распоряжениям дайме Звука. Убийства высокопоставленных лиц во власти и во всё ещё сопротивляющихся остатках армии поверженной страны начинали ему уже надоедать, однако это было необходимым злом.
Дабы покорить государство новой власти, сокрушить её армию и убить правителя оказалось недостаточно. Целые города отказывались принимать очевидный факт, из-за чего находящимся в стране шиноби-звука приходили заказы на убийства не желающих признавать новую власть.
Немногочисленные отряды подчинённые Хозуки сейчас действовали везде, пока он большую часть времени проводил в резиденции командующего армией дайме, находящейся в городе Шиен.
Это был первый город, который сдался во власть нового дайме. Он был расположен на границе между двумя странами и располагал внушительными силами по меркам маленьких стран, однако продержался не долго.
В очередной раз Суйгецу покинул здание мэрии, после аудиенции у наместника, роль которого пока исполнял главнокомандующий.
Он шёл в сопровождении двух шиноби, чьи лица закрывали маски с изображениями различных животных. Вся тройка была одета в серые плащи, изрисованные змеиными узорами — отличительная форма высокопоставленных шиноби Звука.
— Что-нибудь слышно о Джуго? — в очередной раз поинтересовался Суйгецу, пока они продвигались по многочисленной улице. Увидев их, люди стремительно уступали дорогу, стараясь, стать незаметнее. Слухи об их кровожадности непрестанно подпитывались агентами Звука, которые заполонили страну стремясь проникнуть во все слои общества.
— О нём до сих пор ничего не известно, — раздался справа шёпот одного из безликих, — мои люди недавно вернулись из деревни Скрытой в источниках… — он не надолго умолк, а затем добавил, — того, что осталось от неё.
— И что, шесть наших отрядов бесследно исчезли? — удивился Хозуки настолько, что даже не выдал своей вечной ухмылки. — Не нашли ни одного из них? Что даже трупов нет?
— Тел в той деревни было предостаточно, — в отличие от шёпота первого, второй безликий говорил ровно и достаточно громко, — но ни одного нашего. Мои люди сейчас обследуют окрестности, если что-нибудь станет известно, тут же доложат нам.
— Да уж пусть постараются, — злобно сказал Суйгецу, подойдя к прилавку, в котором готовили рамен, — Золотце, мне, пожалуйста, со свининой…
Безуспешно пытаясь скрыть свой испуг, молодая девушка кивнула и принялась за приготовление лапши. Хозуки тем временем приземлился на стул, махнув руками своим подчинённым, что было истолковано, как указание тоже сесть, чему они и последовали.
— Нам нужно разобраться с этой проблемой пока о ней не узнал Саске, — между тем продолжил нукенин, любуясь миловидной девушкой, — не хочу потом оправдываться перед ним, к тому же это даст этой дуре — Карин очередной повод назвать меня идиотом.
— Вынужден напомнить, что у нас есть сейчас чем заняться и помимо поисков господина Джуго, — тихо произнёс первый безликий. Честно говоря, его манера говорить шёпотом всегда вызывала у Суйгецу мурашки. А учитывая, что эти двое так же были одними из опаснейших подопытных Орочимару, вероятно способные конкурировать даже с Джуго и возможно с ним, заставляло Хозуки опасаться за своё высокое положение в иерархии…
— Ты прав, Малис, — наконец был вынужден согласиться нукенин Тумана, — что нам известно об этих шиноби о которых нам только что поведал наместник.
— Скорее всего, это группа недобитков из Скрытых источников…
— Спасибо, Рочи, — с сарказмом ответил Хозуки, —
