приосанилась, сделала серьёзное, даже где-то официозное лицо и сменила тон. — Кстати, молодые люди, вынуждена задать вопрос, который покажется вам неожиданным… Нет ли в окрестностях прохода к Калинову мосту?
От неожиданности я несколько раз моргнул.
— Судя по вашему виду, — довольная собой Ядвига снова сделалась хитрой, как лиса из сказок, — вопрос неожиданным не показался.
— Погодите, Ядвига Дорофеевна, — я выставил руку как щит. — Каким образом это «кстати»? Мне кажется, Вы просто очень мощно съезжаете с темы.
— Мощно — очень подходящее слово, — Ядвига довольно кивнула. — Но ведь я права, верно? Ваши ошарашенные лица, вы бы видели… Ха-ха… Видите ли, я каждый день изучаю сад, и замечаю, что растения тут растут очень странные. Травы способны очень многое рассказать, например, быть указателем того, что под землёй залежи золота, руины древнего поселения, или, допустим, древний клад. Или взять этот участок, чабрец дикий так и прёт. А такое бывает либо на старых кладбищах, либо там, где фонит Навью.
Мы с Василисой переглянулись.
— Ну, колитесь, чего молчите? — фыркнула ведьма. — Я уже и так всё поняла. Лешего вашего крутила-вертела, а он, дубина стоеросовая, оказывается, ничего про мост и не знает. Живёт по принципу: меньше знаешь — крепче спишь. Кроме леса своего ни в чём не разбирается.
— Он хорошо ориентируется в радиофизике, — заметил я.
— Физика — это хорошо. Значит, интернет мне настроит. Но ты мне зубы не заговаривай, Вадим. Что там по мосту?
Мы ещё раз переглянулись с Василисой. Кажется, отмалчиваться бессмысленно.
— Ну, допустим, есть тут мост, — неохотно подтвердил я.
Лицо Ядвиги осветилось восторгом от верности собственных догадок, она азартно хлопнула себя по коленке.
— Я так и знала! Чувствовала, что неспроста здесь такое место силы. А уж появление мёртвых наводят на догадки. Чего стоил один бывший житель моего дома, которого вы убрали? Кстати, я надеюсь, вы все ритуалы соблюли при его погребении?
— Мы сожгли его дотла, — мрачно ответил я. — Это считается?
— Методика варварская, но действенная, — согласилась Ядвига. — А Горыныч? Горыныч-то мой, старый знакомец, где сейчас? Он же должен быть на мосту?
— «Должен быть» и «находится» — две большие разницы, — философски заметил я.
— Это Вадим хочет сказать, что его там больше нет, и мы серьёзно озабочены этим обстоятельством. Сейчас мы активно работаем над возвращением охраны на мост, — перевела Василиса.
Ведьма нахмурилась:
— Постойте-постойте, молодёжь… Это что же получается? Мать моя шаманка… Мост же должен кто-то охранять! Это ж путепровод для тварей Нави. Они ж сюда полезут, как воры на колхозный склад. Ой-ой-ой. Это совсем нехорошо.
— То есть, Ядвига Дорофеевна, Вы разделяете наши, скажем так, опасения? — осторожно спросил я.
— Опасения? Водяной, я теперь с вами в одной лодке, милок, — огрызнулась она. — Я ж тут живу. Причём, «тутее» некуда. На меже меж полем и садами, на мистическом месте.
Ядвига посмотрела на домик, потом нахмурилась:
— Избушечка моя! И лап нет, не сдвинешь. Конструктивная недоработка. А раз так, то получается, что я кровно заинтересована в том, чтобы всякая нечисть по моему огороду не шастала. Понятно, молодёжь? Вы хотя бы поискали, куда запропастился трёхголовый?
Мы с Василисой кратко пересказали наши сочинские приключения и бесславный финал с Никосом, который предпочёл свой бизнес вековой вахте.
— Мы даже пробовали найти ему замену, уговаривали Золотого Дракона, — закончил я. — Но он отказался.
— Подонок, — протянула Ядвига в интонациях Владимира Вольфовича. — Простите, я это вслух сказала? Так-так-так. А ещё кого-то пробовали зазвать на этот ответственный пост?
— А что, есть варианты? — с надеждой спросила Василиса.
Ведьма хитро улыбнулась. Было видно, что она обожает быть единственным человеком, у которого есть ответы на сложные вопросы.
— А то! У бабушки Ядвиги всегда есть варианты. Например… Аспид.
— Мифический змей? — Василиса нахмурилась. — Он же должен быть заперт в пещере в неизвестно каких горах.
— Во-первых, кому надо, тот знал, что за горы. Во-вторых, как только что Водяной заумно брякнул, — передразнила меня Ядвига, — «должен быть и находится — две большие разницы». Короче, он в Яви, причём давно. Мне даже имя его известно.
— И какое у него имя? — заинтересованно спросила Василиса.
Ядвига выдержала театральную паузу, наслаждаясь моментом:
— Ну, такое… Без ста грамм не запомнишь. Ференц Кишфалуди.
Алкоголя у меня не было, я попросту записал в «Заметках» телефона.
…
По дороге домой мы обсудили разговор с Ядвигой.
— Ядвига говорит убедительно, — подвёл итог я. — Насчёт своей непричастности к падежу скота. Хотя, конечно, может и обманывать. С другой стороны, она дала нам наводку на потенциального стража Калинова моста.
— Да, — согласилась Василиса. — Если имя верное, то я найду его следы. Налоги, недвижимость, штрафы, в списках избирателей.
— Хорошо, должно нам в конце концов повезти.
Темнело. Расстояние от Ботанической станции и до Колдухина не особенно велико, но дороги — только грунтовки, которые в условиях приближающейся весны грозили совсем размякнуть. Вот как тогда к Ядвиге наведываться?
Хороший вопрос.
* * *
Утро началось с привычной рутины: фоновый храп Руслана из подвала и Кузьма, который перемещается бесшумно, как ниндзя. Но такой специфический ниндзя, который безбожно тырит печенье из ящиков. Кофе, сваренный в турке, яичница с картошкой, проверка прогноза погоды, водолазка, куртка, холодные ботинки.
Подъехав к почте, я увидел, что смежное с почтой помещение, которое ранее пустовало, сегодня распахнуло двери в качестве пункта выдачи Wildberries.
Собственно, именно его сдал в аренду Павел Семёнович.
Сегодня там кипела жизнь. Неугомонный Гайк, местный предприниматель, коренастый, активный, эмоциональный — решил ввести Колдухин в лоно цивилизации.
Это именно ему принадлежал, причём довольно давно — сельмаг, он подрабатывал таксистом в райцентре, торговал стройматериалами, а ещё он с переменным успехом выращивал у себя в теплице на продажу помидоры, огурцы и всякого рода зелень.
Баба Маша говорила, что в какой-то момент у него погорел обогреватель, который поддерживал температуру и бизнес вымерз.
Сейчас он решил открыть пункт выдачи и это был отличный ход, потому что дела в Колдухине шли на лад, клиенты будут.
Я подошёл, поздоровался с Гайком и зашёл на почту.
Баба Маша раскладывала по стойке потрёпанные конверты.
— Вот они, конечно, ироды, — ворчала моя начальница.
— Ээээ… Кто?
