До ближайшей деревни десять километров. Это наш запас для отступления. Дальше — начнут гибнуть мирные. Никто этого не хочет!
Я посмотрел на лица людей — никто не спорил. Даже самые упрямые слушали его молча.
Максим выдержал паузу и резко скомандовал:
— Всем надеть передатчики! Проверка связи!
Щёлкнули замки гарнитур, в эфир пошли короткие доклады:
— Группа один — на связи.
— Группа два — на связи.
— Группа три — на связи.
— Группа четыре — на связи.
Я невольно усмехнулся: никаких тебе «Альф», «Боровов» или «Сёмг». Просто группа один, два, три, четыре. По-своему даже удобно — не надо ломать голову над позывными.
— Минута готовности! — рявкнул Максим. — По шеренгам: Девятые — вперед, за ними восьмые, затем седьмые. Равняйтесь. Не бежим насмерть — идём делать своё дело. Маги в конце — бьем по области.
— ЕСТЬ, — рявкнул хор голосов.
Я видел решимость в их глазах. Не страх, а боевой счёт. У кого-то на губах всплыли зубастые улыбки — не от радости, а от охоты. Мы шли не торопясь. Мы шли спокойно, потому что торопиться было некому — вернуться должны все, кто может, а остальным — уже не помочь.
— Защищаем край, — бросил Максим тихо, чтобы услышали только свои. — За дом, за семьи, за тех, кто остаётся позади.
Каждый понял, что вернутся могут не все. Но шаг не остановился. Колонна вошла в тень разлома, и мир словно задержал дыхание.
Я вдохнул крепко — и шагнул с ними.
Глава 9
Колонна шагнула в зону разлома. Воздух сгустился и стал вязким, я двинулся вместе со всеми.
Максим обернулся — проверял строй. Его взгляд скользнул по бойцам и остановился на мне.
— Ваше благородие, — произнёс он с лёгкой иронией. Не насмешка, не издёвка — скорее напоминание: радуйтесь, что вас вообще взяли, а не оставили в поместье. — А вы-то куда направились?
Я не остановился.
— Куда и все. Я седьмого ранга, как те, что идут впереди. И ещё маг третьего. Я могу пригодиться. Да, я не главный боец, но и стоять за спинами не собираюсь. Хватит меня охранять. Если однажды рядом не окажется тебя — что тогда? Так и подохну, ничего не умея? Мне нужно расти. Развивать силу. Поэтому спорить мы не будем. Я иду с вами. Держусь в конце, вместе с магами.
Максим уже раскрыл рот, чтобы возразить, но я пресёк:
— И ещё, Максим. Не вздумай крутиться возле меня. Ты прекрасно знаешь: основная боевая единица здесь — ты. Весь прорыв из разлома будет держаться на тебе. Так что будь там, где положено. Но и не рискуй зря. У нас пятнадцать километров для отступления. Используем их, если придётся.
Я повысил голос, чтобы услышали остальные:
— И запомните: я запрещаю вам сегодня погибать. Кто погибнет — будет считаться предателем рода.
По рядам прокатилась короткая усмешка. Напряжение спало, кто-то даже ухмыльнулся шире.
Я отметил это про себя. Пафосные речи звучат красиво, но редко работают. А вот простая шутка — разряжает воздух, даёт уверенность и напоминает: их ценят живыми, а не мёртвыми. Иногда это мотивирует куда сильнее любых лозунгов.
Максим задержался на миг. Его взгляд встретился с моим — и в нём мелькнуло всё сразу: злость и тревога, понимание и мрачное согласие. Он видел, что я не сверну. Да и сам знал: ему не суждено вечно стоять рядом.
Последний раз метнул глазами — и включил боевой режим.
Я едва не зажмурился. Максим вспыхнул, как прожектор. Взгляд Эхо пришлось приглушить — иначе бы ослеп напрочь. Я уже видел одиннадцатый ранг в полном разгоне, и того хватило, чтобы ослепить меня. А сейчас — двенадцатый. Пусть и не на пике, но силы в нём было столько, что воздух звенел.
И вот — он исчез. Только что стоял рядом, и вот его уже нет. Скорость превзошла всё, что я мог отследить. По ощущениям — на уровне моего «сверхрежима», только для него это теперь обычный шаг.
Я продолжал идти в строю, держась рядом с магами. Мы двигались вглубь, и я думал: Максим не зря согласился отпустить меня. Он понимает, что мне нужно подниматься. Через пять месяцев Академия, и там не будет никого, кто станет прикрывать каждый мой шаг. Там — дуэли, там вызовы. Большинство приходят туда первым - вторым рангом. А я уже третий по магии и седьмой по силе. Я слишком выделяюсь. Меня будут проверять. Давить.
Максим это знает. Поэтому и отпустил: я должен расти.
Мы углубились дальше. И тогда я почувствовал — не отдельные всполохи, а сплошное море. Эхо дрожало впереди стеной. Сотни, тысячи, а может, и десятки тысяч существ двигались на нас.
Дружина растянулась в длинную шеренгу: сто пятьдесят бойцов, плечо к плечу, и ещё четверо магов — цепью, с шагом десять метров между ними. Я стал с ними же, по центру, сохраняя такое же расстояние.
Впереди сгущался мрак, в котором копошились силуэты. А за спиной у нас оставались деревни.
Я прищурился: Максим не задержался на первых рядах. Пятёрки, шестёрки, семёрки — мелочь. Он даже не притормозил, прошил их на ходу и ушёл дальше, туда, где начинались восьмые и девятые.
Я невольно пересчитал в голове правила, о которых он меня учил. Человек — не зверь. Мы учимся убивать и себе подобных, и монстров; разум, тактика, артефакты и нормальное оружие сглаживают разницу. Потому шесть–седьмой ранги для подготовленного дружинника — это по сути «один к одному»: не подарок, но и не пропасть. А вот выше начинается другой счёт.
У магов к монстрам — шаг в два ранга: восьмого держит маг десятого, девятого — двенадцатый. По Пути Силы — жёстче: минус четыре ранга к зверю. И всё равно эта математика не догма: опыт, броня, связка и голова на плечах нередко сводят теорию к нулю. Именно этим мы и берём.
Значит, при двенадцатом Максим должен забирать девяток — тяжело, но уверенно. А вот десятки… даже всей толпой будет больно. Я вслушался в Эхо ещё раз — десяток пока не видел. Восьмые были: две явные точки глубже по фронту. И один мощный всполох в самом конце — крупный. Девятый? Или всё-таки десятка? Слишком далеко, картинка пляшет.
Спереди один за другим гасли огни Эхо — Максим работал походя, не вяз в мелочи.
