Он не просил получить еще один шанс, зная, что этот шанс уже есть.
Робин тихонько засопела. Если Мэйс умышленно решил ее растрогать, то ему это прекрасно удалось. Переполненные эмоциями глаза следили за ним, а он с легкой непринужденностью направился к стенному шкафу, чтобы вытащить оттуда рубашку.
– Я выйду на час. – Он говорил и надевал рубашку. – Надеюсь, тебе хватит времени принять ванну.
– Спасибо, – мягко сказала она, а голос был на удивление холоден. – Я попытаюсь не занять больше времени.
Он вышел, даже не взглянув напоследок.
Робин расслабилась. Тепло и пульсирующая сила воды были для нее бальзамом, придававшим легкость телу, измученному после нескольких минут, проведенных наедине с Мэйсом.
«Эта ночь будет очень долгой и беспокойной». Она выключила воду и ступила на плюшевый коврик.
Звук закрывающейся входной двери заставил женщину быстро схватить полотенце и обернуть им мокрое тело. Она оцепенела и не-, подвижным взглядом смотрела на ручку двери ванной.
– У тебя все в порядке? – голос Мэйса донесся немного раньше, чем она услышала резкий, нетерпеливый стук в дверь.
– Час еще не прошел, – отозвалась Робин. Можно было догадаться, что он говорит ей, что, купаясь, она всегда теряет счет времени.
Мэйс был прав. Робин смотрела на дверь и вспоминала старые времена. Если она задерживалась в ванной слишком долго, он приходил «помочь».
Такой помощи ей не надо. Не теряя времени, она быстро вытерлась насухо, а потом потянулась за халатом. Но там, где она – как предполагала – его оставила, ничего не было.
Мэйс?
Нет. Она, вероятно, забыла захватить халат. Что можно сделать, чтобы не звать Мэйса? Ей не хотелось надевать грязную одежду даже для того, чтобы добраться до импровизированной спальни. Робин расправила плечи и пошла к двери.
– Мэйс?
Ответа не последовало. Она подумала, что он, возможно, спит. В отличие от нее Мэйс засыпал с завидной легкостью.
Улыбаясь, женщина взяла другое полотенце и обернула его вокруг стройного тела. Получилось нечто вроде сари. Очень осторожно открыв дверь, она изо всех сил всматривалась в темноту, чтобы понять, лежит ли в постели Мэйс.
– Можешь не стараться. Я все равно не сплю, – тоже едва сдерживаясь от смеха, произнес Мэйс где-то сзади.
Крадучись, как кошка, он пересек всю комнату и теперь спокойно стоял перед Робин, отрезав все пути к бегству.
– Что ты будешь делать завтра? Вопрос застал ее врасплох. А когда она ощутила прикосновение к своей щеке его руки, ее охватила дрожь. Робин дернулась. Скорее прочь от его рук!
– У меня свидание с Кэл… – сказала она сдержанно, пытаясь обойти его.
Он легко переместился и опять встал на ее пути.
– Я тебя чуть не поймал, – проговорил он, мягко посмеиваясь. – Но не надо ощетиниваться, моя киска. Единственное, что заставляет меня интересоваться твоим завтрашним маршрутом, это приглашение от Хуперов. Обед будет в семь.
А ведь она и не поблагодарила Мэйса за то, что он передал ей приглашение Хуперов на обед.
– Я вернусь к шести, – успокоила она его и опять попыталась обойти. Мэйс снова встал на пути.
– Это не смешно, Мэйс, – Робин старалась скрыть дрожь в голосе. Что-то колдовское и притягательное было в нем, поэтому про должать попытки сломить ее сопротивление было нечестно.
– А я и не пытаюсь выглядеть смешным, – мягко возразил Мэйс.
Когда он склонился над ней, Робин почувствовала, что по ее телу пробежал панический холодок.
– О нет.
– Да, Робби, – он легко опустил руки ей на плечи и притянул к себе.
Робин напряглась. Когда Мэйс заводил свои любовные игры, она не могла устоять.
Он прижал свои губы к ее губам.
Но этого не должно быть! Робин почувствовала, как по нижней части ее живота пробежала дрожь, а его долгий поцелуй становился все крепче. Она хотела преодолеть его настойчивость, но он жадно раздвинул ее губы, и она ощутила движения его языка.
– Крошка моя, – вымолвил он, отрывая свои губы от ее рта, чтобы продолжать ласкать подбородок, щеки, опущенные веки, брови. Потом он спустился ниже, чтобы насладиться мягкостью шеи. Мягко покусывая мочку ее уха, он шептал:
– Я всегда любил тебя, – а потом нежно зажал мочку губами.
– Ты всегда так говорил, – прошептала она, выскальзывая из его объятий. – Но я родом из Миссури, поэтому тебе придется это доказать, – Буду рад, – проговорил он, вновь обнимая ее.
– Пусти мена, Мэйс.
С неохотой подчиняясь просьбе, Мэйс сложил руки на своей широкой груди.
– Только так я смогу заставить тебя поверить? – по его голосу можно было понять, что он ее дразнит. – Я попросил прислать тебе одеяло и подушку. Ты найдешь их на диване.
Робин остановилась у двери.
– Думаю, что не смогла бы уговорить тебя отдать мне одну из твоих подушек.
– Твои предположения верны.
– Но ведь ты и одной подушкой не пользуешься, не говоря уже о двух.
– В этом не было необходимости. Робин криво улыбнулась, как бы соглашаясь. Она вспомнила, почему ему не нужна была подушка. Он всегда спад, свернувшись возле нее, положив голову на уголок ее подушки.
– Ты специально хочешь меня рассердить.
– Я не хотел. – Тон его голоса откровенно показывал неискренность.
– Нет, хотел, – сказала Робин и пошла с улыбкой к дивану. Сбросив на пол полотенце, она устроилась на импровизированной кровати. Женщина собиралась добиваться для себя независимой жизни.
Она любила Мэйса. Оставалось только узнать, сможет ли он любить такую Робин Нордстром – Чэндлер, которую увидит завтра.
Глава 7
Мэйс не сразу смог понять, что заставило его проснуться, но уже через секунду вспомнил, что Робин спит на его диване. Мягко посмеиваясь, он обернулся простыней, схватил обе свои подушки и крадучись пошел в соседнюю комнату.
Сумочка Робин лежала на стуле, оставленная там накануне вечером. По мере того как он на цыпочках приближался к дивану, его глаза все ярче светились от радости.
– Разве ты мне вчера не говорила, что тебе нужна еще подушка? – Выронив одну подушку, другую, как баскетбольный мяч, он швырнул прямо на середину дивана. Но не получив ответа, почувствовал легкое разочарование.
Робин на месте не оказалось.
– Трусишка! – Он никак не мог решить, смеяться ему или проклинать ее за то, что она сбежала.
Вероятно, она взяла с собой другую сумочку, но проходя мимо той, что лежала на стуле, все же проверил ее содержимое. Там были только разные мелочи. И ничто не подсказывало ему, куда же все-таки она могла отправиться сегодня утром.
Мэйс грубо рассмеялся.
– Оказывается, вопреки ожиданиям, мои уроки пошли «на пользу».
В течение дня Мэйс и Робин несколько раз заходили в номер, но ни разу не встретились.
