на руках ряд спешных дел. Я мог бы сделать это по приезде в Кембридж, т.<о> е.<сть> после 20го августа, что будет не поздно, т.<ак> к.<ак> мы собираем материал к 1‑му сентября. Кроме того, я не совсем уверен, что мы вообще сможем напечатать отрывок в ближайшей книжке, для к<ото>рой, кажется, уже имеется достаточно статей (правда, большей частью еще не написанных, но твердо обещанных). Во всяком случае, свой выбор я могу сделать по русскому тексту «Воспоминаний», а уж Вы потом перешлете английский текст Мореншильду. Думаю, что так будет проще.
Нелады между Лунцем и Мореншильдом меня очень огорчают. Я надеялся, что удастся ввести Г.<ригория> М.<аксимовича> <Лунца> в это дело, где, как мне казалось, он мог бы быть очень полезен. К сожалению, он и Мореншильд «не сошлись характерами». Я понимаю, что Г.<ригорию> М.<аксимови>чу не хочется оставаться на «периферии» дела и хотелось бы быть членом редакции. Лично я это только бы приветствовал. Но Мореншильд этого, по-видимому, не хочет.
Шлю Вам и Татьяне Марковне сердечный привет от себя и Татьяны Николаевны.
Искренне Ваш, М. Карпович
P. S. Будет очень хорошо, если в следующей книжке журнала появится большой отрывок из «Истоков». Лично я буду ждать его появления с нетерпением.
О том, какие статьи и каких авторов нам надо поместить в этой книжке, я еще вплотную не думал. Подумаю в ближайшем же будущем.
Автограф. Подлинник. Перечеркнутый бланк. BAR. Aldanov. March 1943 – Apr. 1944.
№ 45. М. М. Карпович – М. О. Цетлину
West Wardsboro, VT
21–VII–43
Дорогой Михаил Осипович,
Спасибо за Ваше письмо от 17го.
1) С воспоминанием Гольштейн[1] вышло недоразумение. Ушакова задержала пересылку Вам рукописи, ожидая от меня даты смерти Драгоманова[2], к<ото>рая в тексте была пропущена, а я собирался эту дату потом послать прямо Вам. Теперь дата вставлена, и Вы должны рукопись скоро получить, если еще не получили.
2) Политехнический Гагарин[3] был человек почтенный и своеобразный. Все зависит от того, интересно ли написана биография.
3) Я ничего не имею против напечатания мемуаров Либермана. Если то, что он вспоминает о советских деятелях, интересно, то я бы не боялся его оценок[4].
4) Я согласен написать Вишняку. Я как раз получил от него письмо и должен ему отвечать.
5) Тимашеву я написал. «Плановое хозяйство и демократия» более злободневно, но я написал ему, что если ему очень хочется написать о борьбе с безграмотностью в России – то пусть пишет[5]. В конце концов, в этом тоже есть некоторая «злободневность». (Я указал, однако, что мы предпочли бы первую тему.)
6) Я не писал Николаевскому так категорически о русско-польских отношениях, но действительно писал, что мне эта заметка кажется интересной и я хотел бы видеть ее напечатанной (это было уже давно). В крайнем случае придется напечатать две его статьи, но только тогда вещь «основная» должна быть покороче.
7) Сил нет, чтобы попросить Денике[6], а не Далина[7] написать о Коминтерне. Не сделаете ли Вы это?
8) Войтинскому[8] пишу.
9) Чернов[9], Гурвич, Яссер[10], Коварская[11] – согласен.
10) Ростовцев. Попробую ему написать. Боюсь, что ничего не выйдет.
11) Федотов-Уайт[12]. Я не думал о его статьях для ближайшей книжки. Он и сам писал, что сейчас очень занят. Но мне надо ему ответить «в принципе» и надо указать наше предпочтение. Лично я предпочитаю либо одну из его «морских» тем (здесь он особо компетентен; кроме того, мы можем заинтересовать моряков, к<ото>рых здесь очень много, и получить новых подписчиков), либо статью об «американских дипломатах и России» (хотя это я мог бы у него попросить и для Russ.<ian> Review). Напишите мне Ваше и М. А. окончательное мнение – «в принципе» и насчет «предпочтения».
12) Елисеев[13], Леонтьев[14] (сознательно ли Вы опустили Сорокина?) – переговорю с ними, когда вернусь в Кембридж.
К какому сроку надо просить авторов присылать материал, чтобы он попал в ближайшую книжку?
Как долго Вы будете «в деревне»?
Я буду отсутствовать в Вермонте между 3 и 10 августа (буду читать лекции в Columbus, Ohio). С 20го я буду в Кембридже (61, Brattle St.)
Жду Ваших отрывков!
Сердечный привет Вам и Марии Самойловне.
Ваш М. Карпович
Автограф. Подлинник. Перечеркнутый бланк. BAR. Aldanov. To Mikhail Osipovich Tsetlin.
№ 46. М. А. Алданов – М. М. Карповичу
22 июля 1943
Дорогой Михаил Михайлович,
Михаил Осипович переслал мне Ваше письмо к нему от 9 июля. Я со всем, что Вы пишете, согласен. Одно только: боюсь, что вышло недоразумение со статьей Николаевского[1] о поляках[2]. Когда он предложил ее, я сказал, что мне она кажется подходящей (я действительно думаю, что полякам мы должны сделать «оммаж»: так их теперь все травят[3]; а это все же маленький дружественный акт), но, добавил я, надо запросить Михаила Михайловича (мнение Михаила Осиповича мне было известно). На это Борис Иванович мне ответил, что Вы очень лестно отозвались об этой его статье и стоите за ее помещение (по крайней мере, я так понял ответ Б. И-ча). Я сказал, что в таком случае всё в порядке. Николаевский вправе считать, что мы его статью взяли для ближайшей книги (он ее уже и выправил). Теперь из Вашего письма от 9 июля я вижу, что Вы как будто против помещения двух его статей. Может быть, он Вас неверно понял? Я посоветовал бы, чтобы он вторую статью (польскую) подписал псевдонимом, что он иногда делает. Боюсь, что иначе он очень обидится: он ведь не предлагал польской статьи вместо другой, а именно в дополнение к ней.
Теперь другое. Как вы знаете, у Карнеги (все забываю: К.<арнеги> или Рокфеллера[4]) находилась последняя работа Павла Николаевича <Милюкова> «От Николая II до Сталина. 50 лет внешней политики России». Они не склонны ее напечатать и прямо заявили, что им теперь неудобно печатать книгу «белого», хотя бы и большого человека, каким был Милюков! Но они добавили, что безвозмездно, т.<о> е.<сть> не требуя возвращения уплаченного П.<авлу> Н.<иколаеви>чу аванса, уступят права другому издателю. Мы узнали, что Yale University Press в принципе не прочь было бы выпустить эту книгу. По нашему указанию, Карнегги (?) Фаундэшен (так у автора, включая знак вопроса. – С. П.) позавчера переслал рукопись (400 страниц) этому издательству, по адресу Дэвидсона[5], которого Вы, верно, знаете. Переговоры здесь от нас вел Гольденвейзер[6] по просьбе Элькина[7], который был душеприказчиком П.<авла> Н<иколаеви>ча, а со стороны организации – заместитель Шотвелла. Теперь Гольденвейзер и я очень просим Вас написать либо лично Дэвидсону, если Вы его знаете, либо в Йель Юниверсити Пресс и поддержать дело, т.<о> е.<сть> напомнить им, кто такой был Милюков. Очень, очень хотелось бы, чтобы последняя книга Павла Николаевича была издана, даже если в обстановке конца его жизни он ее и недостаточно документировал[8]. Иначе его труд пропадет. Что до условий, то Элькин, думаю, согласится на любые, тем более что и перевести деньги родным автора невозможно. Адрес Алексея Александровича Goldenweiser’а: 523 West 112 Str., N. Y. C.
Как Вы мне указали, воспоминания Гессена Вам будут посланы его сыном по-русски после 20 августа. Но Вы не ответили, какой именно том Вам
