— Что это за идущие путем Ненависти? Насколько это опасно для нас? Для седьмого королевства?
Улыбка демона стала чуть шире.
— Не опасно, — догадалась Василена.
Эллохар кивнул.
— Почему же тогда я почувствовала? — на последнем слове ее голос дрогнул.
— Ты ведьма, — протянул магистр Смерти, — ты ощущаешь изменения в силовом поле, а идущие сейчас разворачивают спираль силы, начиная подготовку к ритуалу пробуждения Тьмы.
Верховная удивленно посмотрела на него, но отвечать подробно Эллохар не стал, лишь пояснил:
— Ни шанса, Василена. Они затронули личные интересы Тьера, и, Соответственно, мои.
— Да, вы своих учеников не бросаете, — улыбнулась ведьма.
Темный лорд кивнул.
Он казался мудрым, спокойным, уверенным в себе и совершенно расслабленным. Лгать и притворяться Эллохар умел виртуозно и ведьма совершенно успокоилась, потому что была человеком. А люди не способны ощутить ярость высших демонов, как не способны почувствовать ее те, кто был рожден вне Хаоса.
И потому многие преподаватели в школе Смерти были крайне удивлены тем, что в этот миг вдруг тихо зарычали адепты двух младших групп боевого факультета, пропустили удар шайгены из средней, замерли низшие демоны, оскалили клыки оборотни, уронила пересчитываемые деньги адептка Ликаси. И возможно, Василену насторожил бы звук разбившейся посуды, выпавшей из вмиг ослабевших пальцев Айшарин, но Тараг среагировал мгновенно, и подхватил поднос.
Так что когда спустя мгновение улыбающаяся сумеречная дриада вошла в кабинет директора, Эллохар лишь весело подмигнул секретарю, вынуждая бледную Айшарин улыбаться.
Не более пятнадцати минут магистр потратил на обсуждение проекта постройки филиала Ведической школы, после чего, сославшись на дела, проводил Василену. И лишь когда Верховная покинула территорию школы Смерти, запах крови наполнил кабинет магистра и вдаль понеслись слова:
«Дело дрянь, Риан».
Магистр Темного Искусства отозвался спустя несколько секунд: «Откуда информация?».
«У меня только что была Василена».
«Бездна! — взбешенный рык поколебал связь. — В прошлый раз ведьмы изменений не ощущали».
«О чем и речь, — глухо отозвался Эллохар. — Мы что-то упустили. Что-то значимое».
В кабинет осторожно постучали.
Прервав связь магистр Смерти приказал войти и едва высокая худощавая магианна Соер шагнула в кабинет, рывком снял иллюзию со скованного заклятием архимага. Целительница замерла, потрясенно глядя на посеревшего от ужаса Габора.
Но не закричала, не выронила папку, которую сжимали пальцы с коротко обрезанными ногтями, не стала задавать вопросы. Решительно подойдя к сидящему за столом директору школы Искусства Смерти, протянула ему папку с надписью «Полекционный план».
И более ни единого взгляда на мага.
— Знаете, — задумчиво подперев подбородок соединенными пальцами, произнес Эллохар, — я все больше вами восхищаюсь, магианна Соер.
Женщина удивленно вскинула бровь.
— Шикарная выдержка, — улыбнулся демон.
Леди невольно ответила грустной улыбкой, затем подавила порыв задать вопрос и… вновь выжидающе посмотрела на магистра.
— Вы ведь его знаете, не так ли? — прямо спросил Эллохар.
Соер кивнула. Затем глухо произнесла:
— Когда ваш возрожденный дух сказал, что нас убивали задолго до появления темных лордов в королевстве, мои смутные подозрения в отношении архимага Габора утвердились. Выводы… неутешительны. Если отдадите старшему курсу на опыты — с удовольствием поприсутствую.
Темный лорд перевел задумчивый взгляд на мага и протянул:
— Архимаг Габор… Хм. Значит Третье королевство?
Магианна, удивленная тем, что темный не знал имени плененного, кивнула, затем добавила:
— Заместитель ректора магической академии. Куратор выездных практик.
Пауза и затем с трудом Соер произнесла:
— За неделю до вторжения Темных я, декан Охан, и профессор Дакастар написали докладную на имя ректора, выразив
обеспокоенность тем, что два выпускных курса в течение полугола находились на практике, в то время как в учебном плане на данный вид обучения выделено всего две недели.
Медленно, очень медленно лорд Элпохар повернул голову в сторону скованного мага. И Ислан Габор неожиданно осознал — сейчас его будут убивать. Максимально жестоко. Осознала это и Соер, но вместо сочувствия, ощутила искренне восхищение демоном, которого взбесил факт возможной гибели адептов.
— Вы свободны, — глухо произнес Эллохар. — Полекционные планы я просмотрю позднее, уже утром Тараг вернет их вам.
Леди, чуть склонив голову, торопливо вышла из директорского кабинета.
Почему-то Соер казалось, что в светлом помещении неожиданно пахнет кровью.
Слов магистра «Тьер, ко мне немедленно», она уже не услышала.
Как и полного ужаса воя архимага. Впрочем, этот крик не услышал никто — Тараг позаботился.
* * *
Магистры сидели молча в полумраке кабинета директора школы Искусства Смерти. Эллохар пил излюбленное белое вино прямо из бутылки, Тьер медленно потягивал глоток за глотком терпкого красного из высокого бокала. Говорить не хотелось ни одному.
На полу, скорчившись от невыносимой боли, умирал архимаг Ислан Габор, время от времени сотрясаясь в судорогах и выхаркивая сгустки крови — Рука Смерти, примененная в полной мере, оставляет мало шансов на выживание. Темные спокойно рзирали на предсмертные муки. С убийственным спокойствием.
— Столько детей, — с яростью прорычал Даррэн, вновь запрокидывая бутылку.
— Они не дети, — лорд Тьер тоже сделал глоток.
— Дети, Риан, просто дети, — магистр Смерти разжал пальцы, и пустая бутылка упала на пол. — Двадцать-двадцать пять, даже не выпускники, наивные, свято доверяющие своим преподавателям… Да дети они, Риан, по всем параметрам — дети!
Магистр Темного Искусства спорить не стал — не видел смысла. За прошедшие четыре часа перед их глазами развернулись события, жестокость которых поражала.
— Гнилое королевство, — тихо произнес Тьер.
Кивнув, Эллохар крикнул:
— Айшарин!
Дверь открылась почти мгновенно и сумеречная дриада вплыла в кабинет, держа в руках поднос с вином. Не глядя на гибнущего архимага, поднесла новую бутылку директору, долила в бокал магистра Темного Искусства, и так же беззвучно вышла.
Тараг, решив, что уже можно, высунул светящуюся призрачную голову синего змея из пола, и прошипел:
— Господинсссс, вы собиралисссс…
Большего возрожденный дух говорить не стал, и Тьер мгновенно осознал, что от него что-то скрывают. Искоса взглянул на Эллохара, магистр Смерти хранил самое невозмутимое выражение.
