вылечить?
— Вот, видишь этих четырех девушек? — сказал я. — Раны на их неразвитых душах постараемся исцелить мы с Елизаветой Дмитриевной, а синяки, ссадины и шрамы от порки — это твоя работа. К сожалению, тот, кто все это сделал, уже покинул этот бренный мир, не попрощавшись, поэтому мы можем только устранять последствия совершенных им злодеяний. Глядя на эту разоренную землю, я начал задумываться, каким образом можно было бы насмерть замучить демона.
— Для этого его следует посадить в энергетическую ловушку, устроенную по принципу бутылки Клейна, чтобы снаружи не проникало ни эрга, — авторитетно заявила мелкая божественность. — В таком случае первосортные муки неутолимого голода будут продолжаться целую вечность. Но для этого его сначала требуется поймать и не упустить, а это отдельная, причём сложнейшая задача… Прибить насмерть, как это сделал ты, гораздо проще.
— Понятно, — сказал я, — значит, в любом случае пришлось бы обойтись без ужасной мсти. А сейчас идите уже и дайте нам с Елизаветой Дмитриевной остаться наедине.
— Да, девочки, идемте, — сказала Лилия. — Лет-с гоу, раз-два.
И когда они вереницей вышли за дверь, мы с дражайшей супругой, тихо и скромно, при задернутых занавесках, наконец занялись тем, ради чего создаются семьи. Любовь не терпит не только суеты, но и посторонних глаз.
Восемьсот девяносто седьмой день в мире Содома, поздний вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Терпения, Госпиталь, ванна с живой водой
Роберт Энсон Хайнлайн
Очень многое мне нужно было обдумать сегодня… А лучше всего мне думалось во время так называемых «процедур». Здесь, под сводами огромной пещеры, в уютном полумраке, под тихую расслабляющую музыку, в ванне с магической водой моему телу возвращали молодость… Девять раз я уже погружался в эту ванну, и проклятая хворь, которая мучила меня уже несколько лет, за это время бесследно ушла. Морщины мои стали разглаживаться, возвращалась бодрость. И как же это было чертовски здорово… Это ни с чем не сравнимо, когда ты, страдая серьёзными болячками и уже смирившись с тем, что жизнь твоя медленно угасает, вдруг получаешь возможность отмотать свой возраст назад. Что могла дать мне вторая молодость? Конечно же, возможность творить. Не творить я не мог.
Привычно я погрузился в ванну, и в воде забегали разноцветные огоньки. Это было блаженством — лежать вот так в какой-то странной полудреме и слушать свой разум…
Я знал, что где-то здесь, в такой же ванной, на женской половине омолаживается моя супруга, которой для лучшего эффекта назначили длительный десятидневный целебный сон.
Все началось с того, что на третий день своего пребывания здесь я обратился к правой руке мистера Серегина мисс Кобре с просьбой переправить сюда мою Вирджинию, чтобы ей тоже вернуть молодость и здоровье. А то неправильно будет, если я после пребывания в Тридесятом царстве стану снова молодым и красивым, а моя любимая супруга при этом останется старушкой.
Мисс Кобра посмотрела на меня с ироническим прищуром, и ответила:
— Никаких проблем, мистер Хайнлайн! Вы только назовите адрес, и я устрою вам встречу через портал, чтобы вы сами смогли позвать к нам её. Силой мы тащим к себе на допрос только разных негодяев, а хорошие люди должны приходить добровольно.
Мисс Кобра — чрезвычайно сурова и даже безжалостна с разными мерзавцами, и я слышал рассказ, как она в мире восемнадцатого года однажды в четыре взмаха меча разделась с тремя вооруженными бандитами. С добрыми же людьми она покладиста и доброжелательна. А я у неё числюсь на хорошем счету как «свой парень», и творчество моё она премного уважает, в том числе и книги, которые я ещё не написал. Да и уже не напишу… Ведь парадигма моего творчества теперь, безусловно, изменится.
Я назвал адрес. Мы с Вирджинией проживали в частном доме в обособленной местности Бонни-Дун, что в четырнадцати километрах на норд-вест от города Санта-Круз, штат Калифорния. Мы переехали в тот глухой угол после Карибского кризиса, опасаясь, что в случае ядерной войны советские ракеты в первые же минуты уничтожат все американские города.
Мисс Кобра взмахнула рукой, и перед нами обрисовался круг диаметром метра полтора, Будто в иллюминаторе космического корабля, в нём было видно почти все тихоокеанское побережье Соединенных Штатов Америки. С востока за горными цепями Кордильер на землю наползала ночная тьма, а над Калифорнией ещё светило низкое вечернее солнце. Величественная картина настолько захватила меня, что я забыл обо всём на свете.
— Сейчас я свяжусь с сетью сканирующих сателлитов, и они подскажут точный адрес, — сказала мисс Кобра.
Я едва успел задаться мысленным вопросом, как она это сделает, если у неё в руках нет никаких приборов, как вдруг изображение в просмотровом окне стало стремительно укрупняться, будто мы находились на баллистической боеголовке, рушащейся прямо на штат Калифорния. Впрочем, эти стремительный полет продолжался всего несколько секунд, и вот «окно» уже неподвижно зависло над знакомыми мне местами.
— Вот он, ваш Бонни-Дун, — сказала мисс Кобра, — какой из этих домов ваш?
— Вон тот… — Я показал пальцем.
В мгновение ока мы снизились и, пролетев прямо через крышу нашего дома, очутились… у нас в гостиной.
Джинни сидела в кресле и читала какую-то книгу… Видимо, в этот момент окно «открылось», перестав быть просто просмотровым, и в наш дом проникли сладковатые ароматы мирры и ладана. Моя жена, с подозрением втянула носом воздух и, подняв голову, увидела меня. Несколько секунд он вглядывалась, и на лице её испуг сменялся удивлением. И вот она всплеснула руками и воскликнула:
— Роберт? Это ты?
— Да это я, Джинни, — ответил я, зачем-то помахав рукой, — собственной персоной.
Она вскочила. Книга упала с её колен, но она даже не потрудилась её поднять.
— А где находишься, Роберт? Что это за чудеса?
— Я в так называемом Тридесятом царстве, в гостях у мистера Сергия из рода Сергиев, Божьего Посланца, Защитника России и Бича Творца, предназначенного разить всяческих негодяев, изучаю такой неуловимо тонкий предмет, как загадочная русская душа, — ответил я довольно бодро и с улыбкой.
Мне очень не хотелось пугать супругу, но упоминание о России заставило её сделать шаг назад.
В лице её появилась настороженность.
— Но в газетах писали… — начала она.
— Всякую чушь, Джинни! — с жаром сказал я. — Пойми, у мистера Сергия есть приказ прямо с горних высей, от его Небесного Патрона, сделать наш мир лучше, чище и добрее. Большинство людей только говорят, что послушны Богу, а на самом деле творят что хотят. И один лишь мистер Сергий получает приказы прямо от Бога-Отца, претворяя их в жизнь с неумолимостью Немезиды. Улучшить жизнь в
