— Погоди. — Я увлек ее обратно в тень. Сознавая, что эта драка придала нашим отношениям долю чувственной близости, я решился задать более личный вопрос. — Ты ведь тоже потеряла кого-то, правда?
— Ну пойдем, пожалуйста, нам надо торопиться, — с нетерпением бросила она, уклоняясь от ответа.
— Я прочел это по твоим глазам, когда тот посланец сообщил мне, что Астиза пропала бесследно. Поначалу меня удивляло, почему у тебя нет мужа или жениха. Ты ведь очень красивая. Но у тебя уже кто-то был, я прав?
Она нерешительно помолчала, но пережитая опасность пробила брешь в ее сдержанности.
— Да, благодаря Иерихону я познакомилась с одним парнем, учеником кузнеца в Назарете. Мы тайно обручились, видя, что брат начал ревновать. Оставшись сиротами, мы с Иерихоном очень сблизились, но мои поклонники причиняли ему боль. Он все узнал и сильно рассердился, но я все равно хотела выйти замуж. Однако судьба развела нас, моего жениха призвали на службу в оттоманскую армию. И в итоге его отправили в Египет, откуда он так и не вернулся. Он погиб в сражении при Пирамидах.
В том сражении я, естественно, участвовал с другой стороны и видел, какую кровавую бойню устроили французские войска. Мамелюки понесли огромные потери.
— Прости, — неловко произнес я.
— Такова война. Война и судьба. А вскоре Бонапарт может прийти даже сюда. — Она передернула плечами. — То тайное сокровище, что ты хочешь отыскать, может помочь нам?
— В чем помочь?
— Остановить все эти убийства и ненависть. Вернуть святость нашему городу.
В общем, хороший вопрос, верно? Астиза и ее сторонники сомневались, вправе ли они воспользоваться магической Книгой Тота в благих целях или должны просто уберечь ее от недостойных людей, способных совершить зло.
— Я знаю только, что будет очень плохо, если стрелявший в нас негодяй найдет его первым.
И в этот момент я решился поцеловать ее.
Воспользовавшись преимуществом нашего волнения и смущения, я сорвал с ее губ этот краденый поцелуй, но все-таки она не сразу оттолкнула меня, хотя я крепко обнял ее, невольно испытывая сильное волнение: опасность и физическая близость этой женщины всколыхнули затаенные желания. Она слабо ответила на мой поцелуй. Потом, отстранившись от меня, тихо вздохнула.
Стремясь избежать новой близости, Мириам перевела взгляд на мой висок.
— У вас голова в крови.
Ей явно хотелось уклониться от разговора о наших отношениях. Я действительно чувствовал горячую влагу на виске, да и голова чертовски болела.
я, подавляя малодушный страх. — Пойдем поговорим с твоим братом.
— Похоже, нам пора поскорее закончить вашу винтовку, — заметил Иерихон, когда я поведал ему нашу историю.
— Отличная идея. А может, вы еще сделаете мне томагавк, — предложил я и тут же не сдержал стон от боли.
Мириам обрабатывала мою рану. Ее сильные руки оказались на редкость мягкими, и я чувствовал лишь легкое жжение, пока она бинтовала мне голову. Пистолетная пуля лишь оцарапала меня, но ее смертельная близость вызвала настоящий шок. По правде говоря, я также наслаждался тем, что со мной нянчатся. И вообще в отношении непосредственной близости с этой девушкой последний час превзошел для меня все четыре месяца пребывания в их доме.
— Практическая сфера применения таких топориков исключительно широка, а в Египте я лишился и подаренного индейцами томагавка. Нам необходимо подготовиться как можно лучше.
— Нужно выставить охрану на тот случай, если эти негодяи разнюхают, где мы живем. Мириам, ты больше не будешь выходить из дома.
Она открыла рот, но, подавив возражение, тут же закрыла.
— У меня появилась идея по усовершенствованию вашего ружья, если оно бьет так точно, как вы говорите, — задумчиво произнес Иерихон, продолжая мерить шагами комнату. — Вы, кажется, говорили, что издалека толком не разглядишь мишень.
— Верно, однажды я целился в одного мерзавца, а попал в его верблюда.
— Я заметил, что вы бродили по городу с маленькой подзорной трубой. Что, если воспользоваться ею для более точного прицеливания?
— Но как?
— Закрепив ее на стволе.
Вот уж совершенно нелепая идея. Она утяжелит ружье, сделает его более громоздким и осложнит процесс перезарядки. И вообще, такая идея наверняка плоха, поскольку никто раньше не пытался прицепить к стволу никаких подзорных трубок. Но что, если такое оснащение действительно поможет попасть в невидимую простым глазом мишень?
— Вы думаете, это возможно? — спросил я, осознав, что Франклин заинтересовался бы такого рода усовершенствованием: новинки, пугавшие большинство людей, привлекали его, как пение сладкоголосых сирен.
— Можно попробовать. Кроме того, нам необходима помощь, если эти бандиты еще в городе. Вы думаете, что убили одного?
— Проткнул кинжалом. Но кто знает? Во Франции я подстрелил их вожака, а он объявился здесь собственной персоной, целый и невредимый. Видимо, от этих мерзавцев трудно отвязаться.
Мне вспомнилось, с каким ожесточенным упорством преследовали меня в Египте Силано и Ахмед бин-Садр, нанося удар за ударом. Да, я не только нуждался в новой винтовке. Мне необходимо было еще успеть освоить ее.
— Я собираюсь связаться с Сиднеем Смитом, — объявил Иерихон. — Может, он пришлет нам подмогу, решив, что Британии выгодно обеспечить безопасность здешних агентов. Кстати, Мириам обмолвилась, что это нападение как-то связано с обещанным вами сокровищем. Что же вы ищете на самом деле?
Пришло время и мне довериться им.
— Здесь, в Иерусалиме, возможно, спрятано то, что способно изменить весь ход этой войны. Завершив почти безуспешные поиски в Египте, мы решили, что их нужно продолжить в Израиле. Однако всякий раз как я нахожу спуск или лестницу в подземный ход, так оказываюсь в тупике. Это не город, а сплошные каменные завалы. А теперь еще и эта банда французов наверняка начнет рыскать повсюду.
— Они спрашивали о вас, — напомнила Мириам.
— Да, но интересно, они только что узнали о моем присутствии или услышали о нем давно? Иерихон, могли ли ваши люди в Египте, пытаясь разузнать о судьбе Астизы, невольно выдать место моего нынешнего пребывания?
— Разве что невольно… но погодите. Что же составляет предмет ваших поисков? Что за сокровище вы все тут ищете?
— Книгу Тота, — тяжело вздохнув, ответил я.
— Книгу? — Он выглядел разочарованным. — Мне казалось, вы говорили, что это настоящее сокровище. Неужели я потратил целую зиму, делая винтовку ради какой-то книги?
— Книги бывают бесценными, Иерихон. Возьмем, к примеру, Библию или Коран. Но эта книга совсем иная, в ней заключена древняя мудрость и могущество… магии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
