на дорожке внизу не осталось. Да и произошло ли ночью что-то на самом деле? Ни в чем не могла быть уверена.
Волновалась. Если честно, очень сильно волновалась, потому что Айя до сих пор не появилась. Рассчитывала, что девчушка вернется еще вчера, но, увы, этого не случилось. Оставалось надеяться, что обида ее не будет долгой, а еще…
Что она ничего по дурости не натворит.
После завтрака я отправилась гулять. Прекрасно помнила, что герцог разрешил мне побродить по парку, но не знала, что конкретно искала. Да и искала ли вообще? Но обследовать эту часть замка точно было не лишним. По крайней мере, однозначно стоило обойти само строение, чтобы прикинуть, как в него можно попасть и какие есть варианты из него выбраться.
В конце концов, я ведь должна буду когда-то отсюда уйти. И еще неизвестно, не придется ли мне бежать. Не уверена, что смогу вынести чашу через центральный вход. Стражи здесь было столько, что ни один угол не оставался без присмотра. Даже парк весь охраняли. Почти весь.
Центральная его часть толком не проглядывалась за высокой живой изгородью. Именно туда я направилась, чтобы осмотреться без лишних глаз, и никак не ожидала увидеть массивный мраморный фонтан, чью верхушку украшала золотая чаша, похожая на широкий кубок, который я могла бы обхватить только двумя руками.
Ее украшали драгоценные камни. Они переливались, сверкали на солнце, когда на них попадала вода. Красиво, чарующе, завораживающе.
Неужели этот волшебный артефакт все это время находился у всех на виду?
– А что ты здесь делаешь?
Глава 9. А была ли совесть?
– Стою.
Это был самый логичный ответ, и я даже собою гордилась. Гордилась, потому что не закричала, не подпрыгнула на месте от неожиданности. Нет-нет, я держалась с достоинством, оборачиваясь к Ангилии, которая в это утро почему-то гуляла по парку одна.
– А ты что здесь делаешь? – решила и я не утруждать себя “выканьем”, но девочка на это никак не отреагировала. Выходит, ее все устраивало в нашем общении.
– А я гуляю. Папа, как всегда, занят, – вздохнула она.
– А разве тебя вчера не наказали?
– Наказали, но папа занят, а мне скучно. И потом, с этими “нянями” он уже наверняка о моем наказании забыл, – поморщилась Анги, но, будто что-то вспомнив, посветлела лицом. – А ты почему не на собеседовании?
– Мы с герцогом еще вчера все решили. Надеюсь, что решили, – уточнила я, но скорее для себя. – Красивая чаша… Неужели из золота?
– Из золота, – кивнула девочка, тоже любуясь явным антиквариатом. – Хочешь поближе посмотреть?
– А можно? – удивилась я.
– Сейчас, подожди.
Чашу мы в итоге доставали вместе. Сама не поняла, как так получилось. Девочка неожиданно для меня полезла прямо в фонтан, ну и я за ней, потому как до верхушки она не доставала. Платья намочили мы обе. Да и не только платья. Волосы тоже пострадали, но погода позволяла нам высохнуть на солнышке.
Для тщательного изучения кубка мы расположились на траве. Бессовестно улеглись, спрятавшись в глубине парка. Лично я искала какие-нибудь надписи, рисунки или иероглифы, чтобы убедиться, что это та самая чаша, а Анги откровенно пыталась отковырять драгоценные камни, что, впрочем, успехом не увенчалось, как и у меня.
И вот как понять, “Чаша Желаний” это или нет? Оставался один вариант – попробовать загадать желание. Да только здесь, рядом с Анги, я этого сделать не могла, а значит, либо мне нужно прийти сюда ночью, либо забрать кубок вместе с собой.
Второе я не могла сделать потому, что под платьем такую штуковину не утаишь, так что мне подходил только первый вариант.
– Анги, не ковыряй. Сломаем – и папа будет ругаться.
– Да не будет, – махнула она рукой. – У него этих чаш знаешь сколько?
– Сколько? – небезосновательно насторожилась я.
– Целая сокровищница! Хочешь посмотреть?
Она была милой. Сейчас эта девочка не казалась мне невоспитанной или избалованной. Обычная, маленькая, смешливая и любопытная. Такой она мне очень нравилась – я ей искренне симпатизировала, и оттого ее вопрос застал меня врасплох.
С одной стороны, ее предложение – это как раз то, что мне было нужно, а с другой – чувствовала я себя при этом паршиво. Будто была одной из фей, что собирались воспользоваться детской наивностью.
Не знала, как ответить. Откровенно растерялась, но, взвесив все за и против, решила согласиться. Просто потому, что “Чаша Желаний” – это мой путь домой. Да только сделать это я не успела.
– Ангилия! – прогрохотало над парком.
– Бежим! – моментально вскочила девочка на ноги, хватая меня за руку.
Но убежать не успели ни я, ни она.
– Ангилия! А ну, стой! – раздалось лишь в нескольких шагах от нас так, что мы вынужденно остановились и обернулись.
Я прижимала к себе девчонку, а она в свою очередь – золотую чашу. Вот мы и попались на краже. А ведь я ее даже за пределы парка еще не вынесла!
– Юная леди, кто разрешил тебе покинуть комнаты?! – разъярился герцог де Зентье, глядя на свою дочь как на врага народа.
Честное слово, я неосознанно спрятала девочку себе за спину. Вцепившись в мое платье, она выглядывала едва-едва, пока ее отец кричал так, что уши закладывало. И он был прав. Да, я была полностью согласна с тем, что так сбегать Ангилии ни в коем случае нельзя. Без охраны, без присмотра, без сопровождения – да мало ли что может случиться? Но вот подача…
Подача откровенно хромала. Криком навряд ли можно чего-то добиться. Ангилия просто не поймет, что ее отец кричит, потому что испугался. Нет, она видит совершенно другое.
– Простите. Я не должна вмешиваться… – попыталась я успокоить мужчину, пока он не наговорил лишнего.
– Да, вы не должны вмешиваться! – резко ответил он, сверкнув синими очами.
– Но все же я хотела бы…
Договорить мне не удалось. Себастьян так взглянул на меня, что говорить молниеносно расхотелось. Да и смысла в этом не было, пока мужчина не успокоится, а то и я под раздачу попаду, тогда как мне подобное было нежелательно. Все-таки я находилась здесь с определенной целью.
– Бегом в свою комнату! – рявкнул герцог, и Ангилию тут же сдуло ветром, но чашу она сунула в мои руки. Вот мелкая предательница!
Так я с ней в обнимку и стояла. Еще немного, и я бы буквально вспыхнула под этим взглядом, но все обошлось. Герцог просто взял да и ушел – прошел мимо меня, чеканя шаг, пока я притворялась одной из многочисленных
