— Понятно, госпожа… — мрачно ответил ей гвардеец, — я видел репортаж с Дорхума и знаю о Ваших разногласиях с отцом, но если мы Вас пропустим, Император казнит нас всех.
— Переходите на нашу сторону. У вас есть семьи?
— Только у двоих.
— Живёте далеко от дворца?
— Нет. Нет, — раздались тихие голоса охранников.
— Тогда живо за ними! Даю вам три малых цикла времени. Потом улетаем без вас. Время пошло.
Понимая, чем грозит им невыполнение приказа, гвардейцы ринулись к своим домам. Юлия, вместе с игритом, зашла на борт в сопровождении троих новоиспечённых сторонников и запустила все механизмы летательного аппарата, не включая внешнее освещение. Когда время, отведенное на сбор семей двоим охранников уже подходило у концу, Юля заметила приближение нескольких силуэтов к старфлаеру. Один из вернувшихся охранников держал на руках маленького ребенка, а рядом с ним следовала его жена. Другой вёл за собой юношу и супругу, крепко держа их за руки.
— Госпожа! Мы вернулись, — с надеждой в голосе сказал один из гвардейцев.
Старший выскочил к трапу и помог всем подняться. Юля встретила их наверху:
— Располагайтесь на кухне и проследите, чтобы было тихо.
— Да, госпожа.
Оба аппарата поспешно ушли в сторону парка космических кораблей. Уже на подходе к нему Юля вызвала мужа и кратко сообщила о приключении при возврате старфлаера.
— Дёшево отделались, — резюмировал Дмитрий. — Дорогая! Выгрузи семьи гвардейцев у ангара, а с остальными лети сюда. Поступила информация, что посты у площади пытались задержать наших сторонников с их семьями.
Ненадолго задержавшись с выгрузкой, оба летательных аппарата ушли к площади. При подлёте к ней Юлия увидела сбившуюся в плотную группу часть сторонников с семьями, к которой приближалось подразделение гвардейцев Императора.
— Что у вас происходит? — поинтересовалась она у мужа по коммуникатору.
— Дела плохи. Всё, что я предполагал — сбылось. Нас окружают и уже заблокировали часть проходов к площади.
На всём ходу девушка дала короткую очередь из бластера вблизи наступающих гвардейцев. Не ожидав лучевой атаки с воздуха, те резко остановились. Старфлаер приземлился на площади, решительно развернув свои бластеры в сторону нападавших. Одновременно с ним сел флаер Хадана и в распахнувшийся люк аппарата направилось с десяток женщин и детей. Мудрец быстро рассадил всех, насколько это было возможно, и, набрав скорость, улетел к ангару.
Возникшее замешательство на стороне гвардейцев на площади прервал сам Дмитрий.
— Мы не хотим кровопролития, — обратился он к ним, — но если вы откроете огонь, наш корабль уничтожит всё ваше подразделение.
— Вы не посмеете этого сделать! — самоуверенно заявил их командир, — тогда Император попросту уничтожит вас, включая свою дочь! Нами получен приказ о стрельбе на поражение по всем, без каких-либо исключений.
Из старфлаера вышли пятеро вооружённых теперь уже сторонников дочери Императора и заняли круговую оборону возле гражданских лиц.
— Дайте нам улететь, и никто не пострадает, — предложил Дмитрий.
Командир гвардейцев размышлял всего пару минут, потом отвернулся от гражданских и неторопливо пошел к своим. Почти дойдя до них, он вдруг резко развернулся и скомандовал: «Огонь!»
Всё бы закончилось очень плохо как для самого Дмитрия, так и для остальных гражданских лиц, если бы за секунду до этого игрит не совершил гигантский прыжок.
Серебристая шерсть зверя засверкала под выстрелами бластеров. Он дико завыл, но кинулся на обидчиков, и через несколько минут всё было кончено. Возвратившись к хозяйке и тихонько поскуливая, он уселся рядом с ней, начав методично зализывать раны.
Часть уцелевших гвадейцев и гражданские созерцали последствия этой короткой стычки в состоянии глубочайшего шока. Две женщины, выскочив из толпы, достали из сумок перевязочные материалы и дезинфицирующий раствор, после чего осторожно приблизились к Юлии:
— Госпожа! Мы обязаны игриту жизнью! Позвольте ему помочь. Он, наверное, истекает кровью.
Юля обняла зверя и прислонила свой лоб к его голове.
— С ним всё в порядке. Есть только две серьезные раны, но он справится сам.
— Вы с ним говорите?! — удивилась одна из подошедших.
— Обмениваюсь мыслями.
— Великие Предки! Да Вы, госпожа, наверное, из Рода пилигримов Великой Пустоши?
— Совершенно верно.
— Как же нам повезло с правителями! Никто так о нас ещё не заботился и не защищал, рискуя своей жизнью!
— А вы, наверное, лекари?
— Нет, госпожа, только помощницы, но мы многое умеем! Мы обе работаем в одном лечебном пункте. Если бы была возможность сдать экзамен на лекаря, мы бы его сдали, но родовое ограничение не позволяет нам это сделать.
— С сегодняшнего дня ограничения отменяются. Вы обе становитесь полноправными специалистами и, в случае ранений граждан, выполняете все обязанности, связанные с вашим положением.
— Да, госпожа! Спасибо! — обрадованные женщины вернулись к общей группе людей.
Вернувшийся на своём на флаере Хадан, принёс Дмитрию дурную весть. Он сообщил, что в район парка космических кораблей выдвинулись значительные силы гвардейцев Императора.
— Плохо дело, — сказал Дмитрий, — воевать на два фронта нам не удастся. Здешние войска, скорее всего, уже доложили руководству о вооружённой стычке. Жди подмоги в их лагерь. Сколько у нас летательных машин?
— Сорок восемь, — доложил стоящий рядом Осим, — за один раз смогут увести всего семьдесят человек.
— А если посадить с максимально допустимым перегрузом?
— Около ста.
— Тогда больше ждать не будем. Делаем несколько вылетов и перемещаемся к ангару. Там сейчас тоже будет жарко, но это лучше, чем воевать на два фронта. Макс! Забери бластер у гражданского, который он подобрал у убитого, и займи позицию около северного входа на площадь!
— Хорошо, брат!
Через двадцать минут первая партия эвакуированных улетела к новому месту дислокации. Оставшись с ожидающими эвакуации сторонниками, Дмитрий внимательно следил за силуэтами, то и дело показывающимися из темноты на окраинах площади и примыкающих к ним улочках. Гвардейцы, получившие отпор, пока не решались на новые провокации.
Всё шло своим чередом, пока не осталось последние две партии людей для отправки к ангару. После того, как флаеры улетели, с северной стороны, через две примыкающие к площади улочки, ворвалась крупное подразделение гвардейцев. Они без всяких церемоний начали стрелять по оставшейся части сторонников Юлии. Стоны раненых заполонили центр площади, но Дмитрий и пятеро охранников открыли ответный огонь на поражение, и Зимин, боковым зрением заметил, как бластер его брата тоже заработал короткими очередями. Потеряв около двух десятков убитыми, гвардейцы откатились назад.
— Какие потери? — спросил шёпотом Дмитрий у подползшего к нему Осима.
— Трое ранены серьёзно, двенадцать легко. Погибших нет. Лекари оказывают помощь.
— Дорогой! — коммуникатор Дмитрия ожил голосом его супруги, — на подступах к площади вижу колонны марширующих гвардейцев.
— Юля! У нас только что был бой, — в свою очередь проинформировал он жену, — пятнадцать раненых, потерь пока нет.
— Что-о-о?!
— Да. Твой отец окончательно обезумел и отдал приказ о начале вооружённых действий против нас.
— Меня только что атаковали! — донеслась прерывистая речь Юлии, — открываю ответный огонь!
Коммуникатор замолк. Через несколько минут флаеры снова сели на площадь и люди, напуганные недавним сражением, стали усаживаться них, стремясь побыстрее покинуть этот ад.
Скоро прилетел и старфлаер. В открывшийся шлюз оставшаяся часть измученных недавними событиями сторонников дочери Императора хлынула уже толпой. Через несколько минут, после отбытия летательных аппаратов, на площади осталось около трёх десятков человек, способных держать оружие и оба лекаря, которые принципиально решили остаться до конца.
— Флаеры больше не прилетят, — оповестил всех Дмитрий— за нами вернётся только самый большой корабль.
