Генеральной прокуратурой РФ всем прокурорам субъектов РФ 26 сентября 2001 г. за № 16-26-2001 было направлено информационное письмо «О нарушениях законности в деятельности органов внутренних дел по обеспечению охраны лиц, содержащихся под стражей».
В данном информационном письме справедливо обращалось внимание на то, что результаты анализа состояния законности в деятельности органов внутренних дел по обеспечению охраны лиц, содержащихся под стражей, свидетельствуют о наличии в ней существенных недостатков и упущений.
По сведениям ГУООП МВД РФ, в 2000 г. зарегистрировано 75 побегов подозреваемых и обвиняемых во время их охраны и конвоирования силами милиции. В I полугодии 2001 г. совершен 31 побег.
За 2000 г. и I полугодие 2001 г. было зарегистрировано 5 побегов в Свердловской области; по 4 — в Республике Дагестан, Удмуртской Республике, Оренбургской области и Корякском автономном округе; по 3 — в Краснодарском крае, Пензенской, Кировской, Камчатской, Волгоградской, Московской, Астраханской областях. В Москве, Республике Хакасия, Ленинградской и ряде других областей — по 2 побега.
В 57 случаях побеги совершены из помещений изоляторов временного содержания органов внутренних дел (ИВС); 16 — из автозаков и иных служебных автомашин; 24 — из-под охраны милиции во время нахождения в медицинских учреждениях; 4 — из помещения судов; 5 — во время проведения следственных действий.
Однако статистические сведения, представленные МВД РФ, как было установлено Генеральной прокуратурой РФ, не соответствуют данным, поступившим из прокуратур субъектов РФ, и положением дел на местах.
Так, в 2000 г. — I полугодии 2001 г. в Республике Дагестан, Удмуртской Республике, Пензенской, Иркутской и Ленинградской областях фактически было совершено по 5 побегов.
Основными условиями, способствовавшими совершению побегов подозреваемых и обвиняемых из-под стражи являлись:
1. Нерешенные вопросы реконструкции старых и строительства новых ИВС, их слабая техническая укрепленность.
Так, значительной части побегов из ИВС способствовала ветхость помещений, не отвечающих требованиям ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Например, 21 мая 2001 г. из ИВС Гатчинского РОВД (Ленинградская область) постройки 1868 г. (!) путем пролома стены совершен побег 14 лиц, содержавшихся под стражей.
Из ИВС Кулиновского РОВД (Республика Дагестан) 17 июня 2001 г. совершили побег трое арестованных, причем двое из них были взяты под стражу за совершение убийств.
Пол в этом ИВС был земляной, деревянное покрытие — ветхое. Для совершения побега арестованным не понадобились какие-либо специальные приспособления.
Аналогичные неудовлетворительные условия содержания задержанных по подозрению преступлений способствовали совершению 12 июня 2001 г. побега из ИВС г. Белова Кемеровской области 3 лиц, содержавшихся под стражей.
2. Физический износ и неукомплектованность специальных авто мобилей, для перевозки следственно арестованных.
Значительная часть побегов, совершенных при перевозке лиц, содержавшихся под стражей, из-за недостаточного количества автозаков происходит при использовании для этой цели служебного автотранспорта, не предназначенного для конвоирования следственно арестованных. Имевшиеся же автозаки физически изношены и неукомплектованы. При этом в Москве и иных субъектах РФ нормы перевозки следственно арестованных в суды превышаются в 3–3,5 раза.
3. Отсутствие надлежащей организации и контроля за охраной лиц, заключенных под стражу.
Так, 1 июня 2001 г. из Тужинской больницы (Кировская обл.) сбежал находившийся на лечении следственно арестованный Лебедев.
Условием, способствовавшим побегу, явилось то обстоятельство, что для его охраны был выделен лишь один милиционер, который на непродолжительное время отлучился из палаты, где находился следственно арестованный, который совершил побег и скрылся от правоохранительных органов.
Вследствие отсутствия контроля за несением службы сотрудниками охранно-конвойного подразделения милиции, которые «уединились» и распивали спиртные напитки, в ночь на 21 мая 2001 г. из ИВС Волосовского РОВД (Ленинградская область) совершили побег 6 лиц, содержавшихся под стражей.
В Иркутской области совершен побег из лечебного учреждения арестованных, находившихся под охраной пьяных милиционеров.
По данным фактам в отношении сотрудников милиции были возбуждены уголовные дела.
В 4 из 5 случаев побега арестованных во время проведения следственных действий вне ИВС, эти лица выдавались сотрудниками органов предварительного расследования без выделения наряда охранно-конвойных подразделений ОВД. При этом использовался служебный автотранспорт, не предназначенный для перевозки заключенных.
4. Ненадлежащее исполнение сотрудниками ИВС и охранно-конвойных подразделений ОВД своих служебных обязанностей, приводящие к тягчайшим последствиям.
Так, 5 сентября 2000 г. дежурный по ИВС ПОМ Тигильского РОВД (Корякский автономный округ) Ш. вывел из камеры обвиняемого Муравьева и стал распивать с ним спиртные напитки.
В ходе ссоры обвиняемый Муравьев отобрал у милиционера ключи от ИВС и комнаты для хранения оружия и боеприпасов, завладел автоматом и двумя пистолетами, застрелил Ш. и выпустил 8 задержанных.
Впоследствии преступник застрелил жителя поселка, второго ранил, а затем, захватив двух заложниц, скрылся вместе с ними на похищенной автомашине. В течение суток Муравьев был задержан, заложницы освобождены, а оружие — изъято.
Приговором суда рецидивист Муравьев был осужден к двадцати годам лишения свободы.
23 марта 2000 г. содержащийся под стражей Сахвадзе, по предварительному сговору с сокамерником Барбакадзе, был вместо последнего доставлен в суд, где и был освобожден в связи с вынесением приговора о наказании, не связанным с лишением свободы.
Проверка показала, что сотрудники конвойной службы милиции приняли из ИВС подсудимого, не сопоставив его личного дела со сведениями о личности конвоируемого в суд, а также не обратили внимание на его «неадекватное поведение в суде».
5. Большинство залов судебных заседаний надлежащим образом не оборудованы для содержания подсудимых. Некоторые подсудимые, доставленные конвоем милиции в суд, воспользовавшись тем, что скамья подсудимых не ограждена решетками, выпрыгивали в окна либо пытались совершить побег, применив физическое насилие к сотрудникам милиции.
6. Упущения в подборе кадров сотрудников ИВС и охранно-конвойных служб (вплоть до случаев преступного сговора сотрудников милиции с лицами, содержащимися под стражей).
Так, в 2000 г. из ИВС г. Волгограда совершила побег гражданка Оглы, заключенная под стражу за совершение преступления, связанного с незаконным оборотом наркотиков в особо крупных размерах.
В ходе расследования уголовного дела, возбужденного по факту ненадлежащего исполнения сотрудниками милиции своих служебных обязанностей, прокуратурой установлено, что арестованную Оглы вывел из ИВС милиционер конвойной службы М., который отвез ее на личном автомобиле в кафе, а после застолья — отпустил на свободу.
В ночь на 16 мая 2000 г. дежурный по ИВС Тигильского РОВД (Корякский автономный округ) Кадников с целью приобретения для него спиртных напитков освободил из-под стражи двух арестованных, которые в результате принятых оперативным дежурным РОВД мер розыска вскоре были задержаны.
Приговором суда бывший милиционер Кадников осужден к двум годам лишения свободы.
В начале XXI в. Россию потрясли побеги заключенных, имеющие большой общественный резонанс. Об этом свидетельствует правоприменительная практика.
Из спецдонесения прокурора Ульяновской области в Генеральную прокуратуру РФ от 18 января 2002 г. № 17-08-02: «Довожу до Вашего сведения, что 17.01.2002 из учреждения ЮИ-78/2 УИН МЮ РФ по Ульяновской области, расположенного в г. Новоульяновске, был совершен побег 14 осужденных к особому (!) режиму отбывания наказания. Точное время побега не установлено…»
В ходе служебной проверки было установлено, что в УИН МЮ РФ по Ульяновской области, на территории учреждения ЮИ № 78/2 строгого режима был создан изолированный участок для содержания особо опасных рецидивистов (с лимитом наполнения — 250 чел.).
По имеющейся информации, осужденные с целью побега начали рыть подкоп в октябре 2001 г., который производился в ночное время.
Оторванными уголками кроватей преступники вскрыли плитку размером 50x50 см. «Нелегально приобретенным молотком» рецидивистами в бетонном перекрытии было выдолблено отверстие. Затем произведен подкоп под фундамент здания, а в дальнейшем на глубине 2 метров, протяженностью 17 метров (непосредственно за маскировочным ограждением) совершен выход на поверхность земли.
