Читаем без скачивания Огонь на поражение (Атомный шантаж) - Михаил Зислис

Наверное, такую умелую работу охранников можно объяснить тем, что товарищество «Поворот» по документам принадлежит казанской охранной фирме с тем же названием — «Поворот». И уж в охране самих себя они лениться не будут. Поэтому они не только хорошо охраняют ворота, но и не реже раза в час и днем, и ночью один из охранников с собакой совершает обход дачного поселка, да и по верху трехметрового забора расположена колючая проволка. Может даже и под током, пока еще не было желающих проверить достоверность подобного предположения.

Но вот если бы упомянутый нами ранее пытливый наблюдатель свел все эти фактики воедино, то понял бы, что разгадать все загадки можно — но только проникнув внутрь самого товарищества. Совершенно непонятно, как бы ему это удалось, ведь хозяева не только выстроили высокий забор, но и догадались срубить все близко стоящие к ограде высокие деревья. Поэтому оставим этого наблюдателя с так и неразрешенной загадкой. Уж так часто у нас в стране гибли умные люди, горюя от своего ума, пусть хоть этот проживет немножко дольше. Ведь на территории поселка он мог найти только одно свою собственную смерть.

При взгляде изнутри даже очень глупый человек понял бы, что все эти деревянные домики с шиферными крышами служат всего-лишь камуфляжем. Здесь не разводят картошку и клубнику, здесь стараются не потерять такой полезный навык, как умение убивать…

Прямо в центре поселка охранников располагался небольшой плац с флагштоком. С той стороны от него, которая была ближе к дороге — большой гараж, сверху которого были пристроены три фальшивые деревянные мансарды, чтобы с дороги не бросалось в глаза пустое место, а казалось, что здесь такие же домики, как и по периметру. Были даже винтовые лесенки, ведущие из гаража в эти мансарды, так что в них можно было и жить. Но обычно этими лесенками пользовались раз в месяц — чтобы вымыть стекла в мансардах, иначе они бы выглядели подозрительно.

Состав машин в гараже удивлял разнообразием: между роскошными иномарками вполне могла затесаться грязная «Нива» или зеленый армейский «Зил» с табличкой «Люди». Но более всего привлекали взор стоящие подряд новенькие и похожие, как близнецы, «Хаммеры».

Ровно семь штук.

Все остальные машины были абсолютно разномастными.

С той же стороны от плаца, которая находилась ближе ко въезду в поселок прилепилось большое двухэтажное здание, вмещавшее в себя две основные службы, которые есть в обычной части: штаб и кухню со столовой. Правда эти помещения не пересекались — по фасаду были расположены две двери. Левая вела в столовую, через которую можно было попасть на кухню. Войдя же в правую, посетитель оказывался в небольшом актовом зале человек на пятьдесят, который был словно перенесен сюда из недалекого прошлого: красные стулья, красная трибуна на сцене и кумачовый плакат над трибуной «Люди должны жить счастливо».

Из актового зала лестница вела на второй этаж. Там и располагался штаб этого не числящегося ни в каких документах военного формирования. Даже таблички указывали на то, что эти люди считают себя военными: «Командир», «Первый заместитель командира», «Начальник АХЧ» и так далее. Фамилии на табличках отсутствовали, были только должности. Да и зачем фамилии, если собравшиеся в этом товариществе люди отлично знали друг друга?

Противоположная же сторона от плаца была занята совершенно различными сооружениями. Тут была и совершенно стандартная полоса препятствий, и железнодорожный пассажирский вагон класса СВ, все пространство рядом с которым было засыпано битым бутылочным стеклом, и совершенно непонятного назначения деревянный параллелепипед, раскинувшийся на четыре стандартных участка по шесть соток. Его вершину так же венчали маскировочные мансарды. Чтобы понимать, для чего все это хозяйство нужно, надо было стать одним из членов охранного агенства «Поворот». И только они ведали о всех тайнах внешне ничем не примечательных садовых домиков, которые расположились по четвертой стороне плаца.

…Даже те люди, которые подъехали к воротам на «Мерседесе» и усиленно сигналили, не знали этих тайн, хотя и полагали, что должны знать все. Уже через несколько секунд около машины оказался дежуривший в данный момент в сторожке Гришка — самый молодой из всех сотрудников охранного агенства. Около машины он доведенным до автоматизма движением расстегнул кобуру и положил руку на пистолет. И не какой-нибудь там ПМ, столь любимый среди охранников за дешевизну и доступность, а «Беретту», которой предпочитают пользоваться наемные киллеры. А «Макаров» — оружие неудачников. Впрочем, и таким оружием можно очень больно убить. Насовсем.

Тонированное стекло на правой передней двери медленно поползло вниз. Заглянувший внутрь Гришка увидел на переднем сиденье холеного господина в деловом костюме, вяло потягивающего сигарету, а на водительском месте и на заднем сиденье трех шестерок этого господина, которые с легкой руки московского мэра Лужкова теперь повсеменстно назывались лицами кавказской национальности. Сам господин не снизошел до разговора с каким-то охранником, за него заговорил шофер:

— Малчик, взрослый кто есть?

— Если пулю в лоб не хочешь, то я тебе взрослый, — ответил Гришка, незаметно для гостей отогнув на левой руке большой и указательный пальцы. То был условный знак для сидевшего в сторожке напарника Гришки, Гурда, — «неприятные гости, будь готов прикрыть огнем». Гришке даже не пришла в голову мысль, что может быть что-нибудь не так. Ситуация — стандартная, многократно обкатанная на тренировках. Стоило ему сейчас отпрыгнуть от машины и упасть, как сразу же на «мерс» обрушится свинцовый дождь. Впрочем, похоже гости тоже многое понимали и не хотели умирать раньше времени. Шофер, после того как его осадили, заговорил более вежливым голосом:

— Ну раз так, то открывай ворота, мы к Северову от Немирова.

— Ждите, сейчас разберемся, — Гришка отвернулся от машины и вскинул левую руку с растопыренной пятерней — требуется присутствие руководства. Он специально сделал это на виду у приехавших, чтоб они знали — он подал знак, но не имели бы представления, что за знак и кому предназначается. Теперь гостей проинформировали, что в случае любых действий с их стороны можно ждать выстрелов с абсолютно любой стороны.

Понять они это поняли, но решили перепроверить. Сидевший на заднем сиденье с левой, дальней от Гришки стороны, открыл дверцу.

— Куда?..

— Да мне до кустов, нужда, понял, да?

— Жить хочешь — потерпишь. Придет Михал Саныч, разберется с вами, тогда и облегчишься. Понял, да?

Кавказец с якобы слабым мочевым пузырем решил не перепроверять слова охранника повторно и послушно, но с явным недовольством закрыл дверь. В это время Гурд распахнул окно сторожки и крикнул:

— Гриш, зови их главного сюда!

— Ты главный? — Гришка ткнул стволом пистолета чуть ли не в нос холеному господину. — Иди через калитку вон в том домик. Шаг вправо, шаг влево — побег! Понял?

Мужчина неторопливо выбрался из машины, отщелкнул окурок под ноги Григория и неспеша пошел к калитке. Гришка остался охранять остальных, облокотившись руками на проем открытого окна и переводя пистолет с одного на другого кавказца. Те сидели тихо, только самый дальний немного дергался. Видать, ему на самом деле надо было по нужде. Спустя некоторое время все тот же Гурд крикнул из сторожки:

— Гришка, сопроводи машину в гараж, а людей — в штаб, к Михаилу Александровичу.

Гришка не торопясь, пародируя действия вальяжного господина, убрал пистолет в кобуру и сел на переднее сиденье.

— Поехали, шеф!

Пока он усаживался, ворота, управляемые автоматикой из сторожки, уже успели отъехать в сторону. «Шеф» медленно въехал на территорию базы и медленно повел авто по единственной дороге. Григорий молча показал на открытые ворота гаража, и машина въехала в них.

— Ну а теперь паркуйся, где хочешь, — уж больно не понравились эти люди Гришке, поэтому он не стал объяснять, что самое удобное место для парковки пустует потому, что крыша над ним прохудилась. Разумеется, гости оставили машину именно на этом месте, рядом с «Хаммерами».

— Богато живете на нашу капусту, — поцокал языком один из гостей, выбравшись из «Мерседеса» и рассматривая джипы.

— Ножками двигай, ножками, Михал Саныч ждет. Нечего чужое добро до дыр засматривать, — Гришке все больше не нравились эти куски дерьма, считающие себя здесь хозяевами. Впрочем, насчет их чувств относительно себя и своих друзей Гришка тоже не обманывался.

Поднявшись на второй этаж штаба, Гришка махнул рукой своим спутникам:

— Вторая дверь налево, вас ждут, — а сам присел на перила лестницы, рядом с постом дежурного. Сегодня дежурил по штабу Петро, двухметровый украинец, отслуживший в Афганистане два двухгодичных срока. В 83 году он впервые попал туда еще совсем зеленым лейтенантом и, как ни странно, полюбил эту страну. Может быть как раз эта его способность любить и способствовала его быстрой карьере. Командуя взводом, а впоследствие ротой, он старался заботиться о каждом своем солдате, избежать ненужных покойников. И в 85, в начале перестройки вернулся в Советский Союз уже капитаном. Тихая служба оказалась не для него, Петро начал забрасывать начальство рапортами о переводе в Афганистан. Почти два года понадобилось ему, чтобы добиться своего. Правда вместо Кандагара, куда он просил по старой памяти его направить, служить пришлось на севере, неподалеку от Файзабада.