После очередной неудачи решено было бойцов вперед не посылать — поберечь жизни. У федералов еще оставались козыри: вакуумные бомбы.
Те, кто хоть раз видел действие вакуумной бомбы говорят, что это зрелище страшное. Даже если наблюдать его издалека. Над местом, куда падает бомба, появляется большой огненный шар — бесшумный, потому что грохота не слышно. Оружие почище напалма. От нее не спасет ни пещера, ни броня, ни крепкий блиндаж, ни тем более окоп. Заряд несет в себе специальный горючий аэрозоль, который при первом, подготовительном взрыве бомбы проникает во все щели, растекаясь по местности. Подобный эффект происходит, когда вы брызгаете освежителем воздуха — запах распространяется по всей квартире. Потом срабатывает второй взрыватель и поджигает аэрозоль. Огненный шар — не что иное, как горящий аэрозоль. На последствия взрыва вакуумной бомбы лучше не смотреть: все живое превращается в пепел. В объеме взрыва выгорает кислород, образуется область низкого давления, в которую со всех сторон устремляется воздух. Поэтому-то у вакуумного взрыва нет воздушной волны и всего, что с ней связано.
Тогда же родился еще один миф под названием «эффект (синдром) Тандо». Суть в том, что будто бы «чехи» с тех пор стали до судорог бояться наших одиночных самолетов — разбегались как зайцы. А все из-за вакуумных бомб.
Правда это, или нет — неизвестно. Дело в том, что к утру 23 августа Тандо был пуст. С оговоркой: возможно пуст.
Вспоминает ополченец Каламуджин из Ботлиха:
Все 16 дней по Тандо работали артиллерия с авиацией, а село оставалось целым. Мы поднимались туда сразу после того, как из села ушли боевики — дома стояли целые, только окна выбиты. Допустим, плохо стреляли. Но на следующее утро прилетели, как сейчас помню, самолет с вертолетом — и буквально стерли Тандо с лица земли. Нет, жители, конечно, не пострадали, даже наоборот. Получили хорошие компенсации, отстроились на новом месте, но зачем все эти игры?
Словам дагестанского ополченца вторит сайт КавказЦентр, но это источник крайне сомнительный. Возможно, боевиков и успели предупредить — утечка информации из наших штабов шла рекой. Возможно, они понесли потери и ушли, решив не пытать судьбу. Словом, наши Тандо не захватывали: 23 августа сразу после бомбардировки мотострелки вошли в разрушенный аул без единого выстрела.
Из статьи Алексея Бабакина в «Российской газете»:
… федеральные силы в лице махачкалинского СОБРа, Новороссийской десантной дивизии, местного ополчения и милиции взяли Тандо.
Картина, которую оставили после себя частично погибшие, а частично ушедшие в горы боевики, ужасная. Первое, что обращает на себя внимание — огромное количество трупов коров, буйволов и ослов. На буйволах и ослах боевики по горным тропам привозили оружие и боеприпасы из Чечни.
Коровы же принадлежавшие ранее местным жителям частично были убиты в результате действий федеральной артиллерии и авиации, а частично зарезаны боевиками. Вернувшиеся в свои села беженцы ужасно сокрушались тому, что скотина была заколота «не по-мусульмански», дело в том, что у всех трупов буйволов и коров были отрезанны только задние ноги, остальное-же просто было выброшено на землю. «Так с мясом поступать нельзя» — говорили жители Тандо и Ансалты.
Но трупы скотины были не единственным сюрпризом, оставленным жителям боевиками. В Тандо не осталось ни единого жилого дома, разрушенны все хозяйственные постройки, селение перерыто окопами, траншеями и линиями сообщений. Не осталось ни метра земли не нафаршированного осколками снарядов, но самое неприятное заключается в том, что и развалины домов и вся земля вокруг буквально нашпигованна неразорвавшимися снарядами, и минами. Положение усложняет то, что металлоискатели не могут обнаружить взрывоопасные предметы из-за того, что всюду «фонит» от осколков, а примитивным металлическим щупом в скальном грунте не очень-то поорудуешь.
Потери которые понесли обе стороны в результате боевых действий подсчитать практически невозможно. Одно могу сказать — убитые есть, а раненых очень и очень много… По мусульманским законам умерших положено хоронить в день смерти до захода солнца, братские могилы в Тандо, и кроме того — четверых «свежеумерщвленных» ваххабитов я видел лично.
Зеленый коридор
23 августа пресс-атташе ваххабитов Магомед Тагаев сделал заявление, что в Ботлихском районе не осталось ни одного моджахеда, и федералы ведут войну с тенями. Сергей Ястржембский немедленно опроверг эту информацию. Действительно, Шамиль Басаев накануне отдал приказ своим отрядам отходить от Ботлиха, но этот приказ нужно было еще выполнить, а любой, кто воевал знает, как нелегко оторваться от вцепившегося в тебя противника. Ситуация в стане ваххабитов осложнялась еще и тем, что российская авиация господствовала в воздухе, минировала дороги и тропы, и днем любое передвижение граничило со смертельным риском. 23 августа боевики ушли только из Тандо, Рахата и Ашино, но в других аулах, — Шадрота, Зиберхали, Ансалта, — они все еще присутствовали. При этом на путях предполагаемого выдвижения федералов боевики ставили растяжки и мины, устраивали пулеметные и снайперские гнезда, — словом делали все возможное, чтобы замедлить наступление наших войск.
Шодрота «зачищал» 20-й отряд спецназа. Это была первая в его недолгой истории боевая операция. В сильно разрушенный аул заходили на рассвете 24 августа. По дороге к селу сняли 25 «монок». Впереди — взвод лейтенанта Игоря Головатюка. В разведке отряда только профессионалы.
По дороге в село их ждали, боевики намеревались дать бой. Тактика старая. Они рассчитывали встретить колонну, заблокировать ее и расстрелять. Но спецназ выдвигался рассредоточенно, выслав вперед саперов и разведку, занимая по пути все высоты. И басаевцы ушли.
Вскоре над аулом взвился триколор. Поднял его заместитель командира первой группы старший лейтенант Дмитрий Артеменко. В селении из местных жителей оставалось всего человек десять. Они провели отряд по улицам, показывая дома, в которых сидели боевики.
Первая операция спецназовцев завершилась полной победой. Этот день отвоевали без потерь. Вечером спецназовцы вышли из Шодрота, заняли господствующую высоту, где и устроились на ночлег.
В тот же день отряд ульяновских десантников занял Зиберхали.[25]
Вспоминает рядовой Сергей Кузнецов, 31 бригада ВДВ:
…Трое суток марш-броском, при полной боевой выкладке мы шли и шли, а на четвертый день в шесть утра вступили в бой. Деревня находилась в горах, на высотке, а мы подходили с низины. Но уже часам к десяти Зиберхали была нашей, причем без потерь. Не знаю, были ли погибшие с их стороны, потому что обычно трупы они уносят с собой. Конечно, в первый раз было страшно, но недолго, может быть, всего несколько минут. Потом как-то перестаешь обо всем этом думать, смотришь на остальных — все идут, значит, и мне идти надо.
Сбив боевое прикрытие боевиков, десантники расположились в Зиберхали — точнее в том, что осталось от Зиберхали. Деревня стояла почти полностью разрушенной, дома — без крыш, окон и дверей. Местные жители расположились лагерем километрах в двух, дожидаясь, когда им разрешать вернуться в свои дома. Сергею пришлось наслушаться разных слов, одни русских солдат благодарили, другие с ненавистью спрашивали: зачем вы сюда, на свою смерть, явились?
На 25 августа планировалась зачистка аулов Рахата и Ансалта. Она должна была проводиться силами Пермского ОМОНа и спецназовцев из 20-го отряда. Неизвестно по какой причине омоновцев и «спецов» перемешали, создав из них около десятка подразделений по 10 человек. На «боевое слаживание» отвели пару часов. А тут выяснилось, что и танков не будет. В результате утром пермяки поднесли командирам сюрприз: сразу девять человек отказались идти на зачистку. Среди них — командир роты и командир взвода. Им предложили положить рапорты на стол, что и было исполнено по возвращению в Пермь.
По рассказам участвовавших в зачистке, по правилам тактики обследовали только первые дома, а дальше шли как попало — время поджимало. В дома просто заглядывали. Никакого выравнивания. Кто-то ушел вперед, кто-то где-то отстал. Да и в «разгрузках», которые весят килограммов по пятнадцать, не очень-то попрыгаешь.
К счастью, обошлось без стрельбы. Прикрытие боевиков ушло ночью на пяти КаМАзах.
Операция подходила к концу. Но несмотря на официальное окончание боевых действий в Ботлихском районе, люди продолжали погибать. В основном на минах, в изобилии натыканных повсюду. 25 августа в Тандо на противотанковой мине подорвался танк: экипаж получил контузии. Были и другие инциденты — например, с подрывом в тех же краях милицейского «уазика».
