Илья Усоскин,
заведующий станцией мониторинга космических лучей
Геофизической обсерватории Соданкюля (Университет г. Оулу, Финляндия)
Сразу оговорюсь: я не климатолог. Моя тема — космические лучи, атмосфера и солнечно-земные связи. Но с климатическим сообществом я часто пересекаюсь, дважды был приглашенным экспертом на климатических дебатах — во Французской академии (в 2006 г.) и в Японии (в 2008 г.).
Рис. 1. Кривая эволюции глобальной температуры за последнюю тысячу лет, известная как «клюшка», по данным Третьего обобщающего доклада IPCC в 2001 г. (рис. SPM-10b там). До 1860-х годов использованы прокси-данные, с 1860 по 2000 г. - инструментальные данные, после 2000 г. - модельный прогноз для разных сценариев выброса парниковых газов. Серым цветом показаны неопределенности.
Об алармистах, мэйнстримерах, скептиках и денайерах
Несколько слов о названиях группировок, более напоминающих религиозные течения и секты, чем научное сообщество. Мэйнстримеры и алармисты проповедуют, что глобальное потепление, наблюдавшееся в XX в., является антропогенным потеплением (АГП) и вызвано в основном деятельностью человека через производство парниковых газов, в первую очередь углекислого газа. При этом алармисты предлагают страшные сценарии дальнейшего развития ситуации, вдохновляющие Голливуд на фильмы-катастрофы. В СМИ часто говорят о скептиках, записывая сюда всех, кто не верит в АГП. Это не совсем верно. Следует разделять денайеров (deniers), которые отрицают сам факт потепления, и собственно скептиков. Скептики не отрицают потепления, но сомневаются в доказанности доминирующей роли человечества в этом потеплении и в обоснованности прогнозов алармистов.
Видимость «консенсуса»
Насколько реален «научный консенсус» по вопросу АГП? На первый взгляд, позиция IPCC (Межгосударственной комиссии по изменению климата) является единственно верной. Серьезных статей, ставящих под сомнение идеи АГП, мало, а основная критика идет на уровне блогов. Но если рассмотреть проблему глубже, то заявленный «консенсус» становится менее убедительным. Действительно, критические статьи, особенно идущие против «мэйнстрима», тяжело проходят в печать в любой области науки по понятной причине — среди рецензентов больше мейнстимеров. Однако в случае с АГП все идет гораздо дальше. Очень опасными являются (успешные) попытки давления даже не на отдельных ученых, а на редакции журналов. Ранее ходили слухи о том, что алармисты «ушли» некоторых редакторов серьезных журналов, которые позволили публикацию статьей, оспаривающих достоверность выводов об АГП. Жертвами стали Ганс фон Шторх (Hans von Storch), главный редактор журнала Climate Research, и Джеймс Сайерс (James Saiers), редактор журнала Geophysical Research Letters (GRL). Если в первом случае журнал действительно был известен как либеральный и лояльный к скептикам (в знак солидарности с главным редактором добровольно ушли еще четыре редактора), то GRL трудно обвинить в сочувствии к скептикам. Редактор был уволен за публикацию одной статьи скептика Стива Макинтайра, критикующей обоснованность «клюшки» Манна. Поскольку редакция GRL не нашла никаких нарушений в рецензировании статьи тремя рецензентами (все рекомендовали публикацию) и не отозвала статью, алармисты воздействовали на редакцию через Американское геофизическое общество, которому принадлежит журнал. Провинившийся редактор был уволен. До последнего времени это были всего лишь слухи. Теперь, после публикации Климатгейта, стало очевидно, что алармисты действительно использовали свое влияние на высшем уровне, чтобы убрать неугодных редакторов. В частности, выяснилось, что следующим кандидатом на увольнение был редактор британского журнала Weather.
Я не согласен с уважаемым Алексеем Ивановым, что этот процесс «не выходил за рамки повседневной практики... в других областях», ибо было организовано беспрецедентное, противоречащее установившимся нормам научной этики давление на редакции журналов с целью недопущения публикации оппонентов.
Мы и сами испытали подобное давление, только в легкой форме. При принятии в Nature (2004 г.) нашей статьи об аномально высокой солнечной активности в XX в. редактор настойчиво рекомендовал вставить в абстракт фразу «хотя это и могло бы свидетельствовать в пользу существенного вклада Солнца в потепление климата в XX веке, мы заявляем, что солнечная активность вряд ли является причиной необычного потепления в последние десятилетия». Этой «политической» фразой, не имеющей отношения к содержанию статьи, редактор предпочел обезопасить себя и нас.
В чем заключалась знаменитая «уловка» Майкла?
В связи с Климатгейтом сейчас активно обсуждается «уловка» Майкла Манна с целью «спрятать спад». Однако она не стоит поднятого шума. Судя по всему, это не подтасовка данных, как многие СМИ пытаются представить, а достаточно распространенный фокус с картинкой. Вкраце, знаменитая кривая «клюшка» (см. рис. 1) не однородна, а состоит из двух частей: достаточно гладкая «рукоятка» до 1860 г., составленная из многочисленных косвенных прокси-данных (усредненных как по времени, так и по ансамблю), и собственно «крюк», представляющий собой инструментальные данные. Фокус заключается в том, что кажущаяся гладкость рукоятки противопоставляется резким изменениям в несглаженном крюке. Эта уловка хорошо известна в научном мире и обычно легко вылавливается квалифицированными рецензентами.
Рис. 2. Изменения глобальной температуры, основанной на прямых инструментальных измерениях, за последние 160 лет, согласно данным CRU (www.cru.uea.ac.uk/cru/data/temperature/nhshgl.gif).
Прозрачность данных
Одним из основных критериев научного подхода является возможность независимого воспроизведения результатов и прозрачность данных и методов. Этот критерий оказался нарушен в случае с IPCC. Скептики давно били тревогу по поводу того, что оригинальные данные и методы их обработки, используемые в IPCC, нигде детально не опубликованы. Они пытались получить оригинальные данные, посылая официальные запросы разным людям и в разные организации, ссылаясь, в частности, на Британский акт о свободе информации. Как показал Климатгейт, все эти запросы обсуждались ядром IPCC, которое привлекало юристов для формального обоснования отказа в выдаче данных. Хотя истинная причина отказа ясна из ответа директора CRU Фила Джонса на один из запросов: «Мы вложили в эту работу 25 лет. Почему я должен предоставить вам эти данные, если вашей целью является найти в них ошибки?». К тому же выяснилось, что оригинальные данные, собранные в течение 20 лет по всему миру, были уничтожены «в связи с недостатком места для хранения», а сохранились только обработанные данные. Однако известны неувязки с использованием IPCC оригинальных климатических данных (см., например, документальный фильм http://dotsub.com/view/19f9c335-b023–4a40–9453-a98477314bf2 ) — тут и перевернутая вверх ногами кривая донных осадков из финского озера Корттаярви, и непонятная выборка деревьев по дендрохронологии Ямала. А недавно появилась новая история — с подкорректированными новозеландскими данными ( nzcli-matescience.net/images/PDFs/global_war-ming_nz2.pdf ). Очевидно, что все данные и их обработка должны быть независимо перепроверены, следуя примеру новозеландцев, используя исходные «сырые» данные.
Считается, что в IPCC включены разные группы и таким образом достигается независимое подтверждение результатов. Однако Климатгейт показал, что это не совсем так. Различные группы совещались между собой и ядром IPCC и принимали совместные решения в вопросах, касающихся данных и результатов. В таких условиях результаты не могут считаться независимыми.
Можно ли верить долгосрочным прогнозам?
Все выводы об АГП и прогнозы на будущее основаны исключительно на модельных расчетах и не могут в настоящий момент быть доказаны или опровергнуты напрямую. Поэтому ключевым моментом является проверка предсказательных способностей моделей. На рис. 1 показан прогноз глобальной температуры с 2000 г. по данным IPCC (2001 г.), где доминирует монотонное возрастание, зависящее только от уровня выброса парниковых газов. Поскольку эти выбросы продолжали расти после 2001 г., мы могли бы ожидать существенного роста температуры в начале XXI в. Однако после 2001 г. глобальная температура начала снижаться (см. рис. 2, взятый с официального сайта CRU), чего модели 2001 г. предсказать не смогли. Как явствует из Климатгейта, ядро IPCC это понимало и даже рассматривало возможность пересмотра данных за последние годы, чтобы избавиться от проблемы. Задним числом снижение температуры было объяснено снижением солнечной активности и ростом содержания аэрозолей в атмосфере, но оно не было предсказано модельными расчетами. Давайте вспомним последовательность развития сценариев АГП в рамках IPCC: 15–20 лет назад считалось, что АГП началось в начале XX в., если не раньше, а естественные вариации климата малы (см. «клюшку» на рис.1). Затем, после включения в модели естественных внешних факторов (вулканы и изменения солнечной постоянной), начало АГП было отодвинуто на 1970-е годы, а потепление в первой половине XX в. объяснялось уже естественными причинами (в основном солнечной активностью). При этом считалось, что процесс АГП скоро станет необратимым и требуются срочные политические меры. Теперь мы узнаем, что, казалось бы необратимый процесс оказался в течение последних 10 лет скомпенсированным, даже при усиливающемся антропогенном воздействии, другими факторами, ранее не учтенными в моделях. А ведь есть еще много процессов, которые пока не могут быть промоделированы в деталях, — динамическая связь стратосферы с тропосферой и океана с атмосферой, атмосферное электричество, космические лучи и т.д. Можем ли мы при этом верить сценариям до 2100 г.?
