этом думала, тем сильнее начинала болеть голова. Я разволновалась, сердце было не на месте. Ну еще бы, не каждый день раскрываешь чей-то страшный и давний заговор. Возможно, это только моя разыгравшаяся фантазия, но что-то подсказывало: не все так кристально чисто в той давней истории.
Почему в моей жизни все так непросто? Тайны, тайны, тайны… Чем глубже я погружаюсь во все это, тем больше загадок появляется. Нужно обо всем рассказать Рэю, может, у него получится выяснить правду?
Граф Стеркит, кем бы он ни был, занимает непростой пост в империи. Все ищейки и шпионы под его личным контролем. Если это Вефер, то он не позволит к себе приблизиться, не позволит отобрать ту жизнь, которой добился нечестным путем.
А если я ошибаюсь, и граф — это Ариус? Я вспомнила эмоции, которые почувствовала в кабинете ректора, когда разговаривала с графом Стеркитом, невозможно так изобразить боль. Он действительно тосковал по женщине, которую любил. В моей голове все запуталось.
Читать дальше дневник я была сейчас не в состоянии, но хотелось разобраться еще с одной загадкой — семья моей мамы. Кто мои предки? Пришло время это выяснить, пусть даже у меня никого не осталось. Достав книгу, замаскированную под обычный учебник, я начала листать страницы, не вчитываясь в заголовки. Меня интересовала печать, которая была у меня на спине, точно такое же изображение имелось на кулоне, что висел у меня на груди, в виде кольца, которое я получила от неизвестного в день своего восемнадцатилетия.
Взгляд застыл на первом же гербе, который был изображен в книге на сорок второй странице… Гербе королевского дома. Мой дед Орий Клеус был королем асар. Моя мама — младшая дочь короля — Ания Клеус. Здесь были портреты, которые я любовно гладила подушечками пальцев — портреты бабушки и дедушки. С бабушкой мы были очень похожи. Слезы капали из глаз, когда я читала общие биографические сведения о своей семье. Некогда такой большой и дружной, а теперь я одна…
Нетерпеливый стук в дверь отвлек от разглядывания изображений, вытерев слезы, я пошла открыть дверь Рэю. В том, что это Тетстен, я не сомневалась, чувствовала его присутствие. Сердце начинает по-другому биться, когда он рядом.
— Что сказал император? — меня действительно волновал этот вопрос, но также я хотела скрыть от Рэя, что я плакала, поэтому голову не поднимала. Притянув к себе, он обнял меня и замер. Ощущая его напряжение, я поняла, что мне не понравится то, что он собирается сказать. Набрав в грудь воздуха, Рэй выдохнул вместе со словами:
— Лариана, мне придется уехать.
— Уехать? Куда? Надолго? — выдавала вопросы с той скоростью, с которой они рождались в моей голове.
— На границу, к разломам. Не знаю, как надолго, — сжал так сильно, что у меня кости затрещали. — С Иганом и другими ледяными драконами нам придется заново укрепить стену, потому что прорывов стало слишком много.
— А если это не поможет?
— Я почти уверен, что не поможет. На границе постоянно дежурят ледяные вместе с сильнейшими магами, а прорывов меньше не становится. Люди нервничают, император теряет свою популярность, слишком много недовольных среди аристократии, потому что растет число погибших магов. Но император хочет пустить пыль в глаза, послать на границу племянника и принца драконов, чтобы создать иллюзию, что мы все контролируем, и бояться нечего.
— Это не может быть ловушкой? — появилась мысль, что император таким образом хочет избавиться от конкурента. Я чуть не подняла к нему лицо, чтобы заглянуть в глаза, но вовремя себя одернула.
— Нет, Лариана. Мой дядя не такой бесстрашный. Вряд ли у него получится мне навредить, а вот последствия он приблизительно представляет и к ним не готов, — на самом деле меня слова Рэя мало успокаивали. Я уже поняла, что многие аристократы не отличаются порядочностью, когда дело касается власти, влияния и денег.
— Если тебя не будет, я хочу вернуться в Академию, — предстоящая разлука меня очень сильно расстроила, я переживала, что с Рэем может что-нибудь случиться. Он очень сильный маг, но и его при желании можно уничтожить.
— Нет, — жестко и категорично. — Сейчас в Академии не будет ни меня, ни Игана. Линдсу одному я не могу доверить охрану.
— А кому можешь?
— Никому, — после продолжительной паузы. — Только себе. Я не могу тебя потерять, моя лисичка. Я попрошу Руфуса с тобой заниматься, пока буду занят на границе. Буду стараться появляться каждый день, благо, портал я могу открыть в любое время и в любом месте. Мои родители и Филлиус за тобой приглядят, — при упоминании домовика голос Рэя изменился. Если бы не напряженная ситуация, которую создал император, я бы, наверное, хихикнула. Филлиус — мой неофициальный защитник, и защищает он меня в первую очередь от излишнего внимания Рэя, что очень сильно раздражает самого Рэя.
— Мне будет неуютно здесь без тебя, — я ведь до сих пор даже не знакома с его отцом.
— Лисичка, это почти признание в любви, — довольный голос растекся диким медом, можно брать и черпать ложкой. Смутил так, что я глубже зарылась в сюртук лицом. Никакое это не признание… просто я действительно стала к нему привязываться.
Обхватив пальцами мой подбородок, Рэй поднял вверх мое лицо. В глазах обжигающее пламя, которое резко потухло. Его брови нахмурились. Я и забыла, что прятала лицо все это время из-за припухших от слез глаз.
— Ты плакала, Лариана?!
Глава 27
Лариана
Я не стала рассказывать Рэю о семье моей мамы, о том, что мой дед был королем. Не сейчас, придет время, он все узнает. Пока я хотела предупредить, что Стеркит может оказаться лжеграфом. Рэй внимательно меня выслушал, не перебивал.
— Тебе не о чем было переживать, — поглаживая подушечками больших пальцев мои щеки. — На данный момент граф Стеркит — Ариус. Я не знаю точно, был сговор между Вефером и маркизом или нет, но долгие десять лет Ариус провел в тюрьме вместо брата. Об этой истории Стеркиты не любят распространяться, подробности я узнал от Криса, но, как видно, даже он не был в курсе всех хитросплетений, которые, как я подозреваю, провернул его дед — маркиз Орбсен.
Взяв меня за руку, подвел к кровати и заставил присесть, после чего продолжил:
— Эстер наверняка знала, кто на самом деле был возле нее эти десять лет, не могла она спутать мужа с его братом, но если молчала, значит, на то были причины. Маркиз хотел тихо поменять местами братьев, но не получилось.
