за порог, прикрыл дверь и снова запер ее. Дождавшись, когда комариный писк «клопа»-регистратора сменился таким же двойным жужжанием, Горов пошел по коридору дальше, оставив ключ в замке. Обойдя гостиницу по половине периметра, Горов спустился на лифте к другому выходу. На всякий случай он пошел к стоянке машин не прямым, а кружным путем, надеясь, что контролировался только центральный выход, - для наблюдения за всеми выходами из такой гостиницы, как «Россия», потребовалось бы слишком много людей. Прогноз его оправдался, заметили его на стоянке поздно, когда он уже подходил к своей машине и слышал, как одиночное попискивание пи-пи-пи сменяется одиночным же жужжанием. Садясь на водительское место, Горов бросил взгляд в глубь салона - на неподвижно лежащего между передним и задним сиденьем парня с пистолетом возле скрюченной кисти руки. Запустив двигатель, он резко взял с места, описал петлю и, проезжая мимо знакомого «мерседеса», вынул из наплечной кобуры короткоствольный пистолет с глушителем, приоткрыл дверцу и дважды выстрелил - по шинам передних колес. Глухого кашля выстрелов было почти не слышно, но «мерседес» сразу клюнул передком. Горов захлопнул дверцу, выжал акселератор и умчался в желтоватый полусвет подъездной дороги.
Глава 7
Деревня, где располагалась дальняя дача Славки и куда она вела сейчас «Волгу» с дремлющим справа от нее Горовым, называлась Болотками не случайно. Она стояла на плоской, песчаной по преимуществу возвышенности посреди обширного заболоченного массива, образованного и болотами в собственном смысле этого слова: мшарами, трясинами, топями и лесами со множеством мелких озер, которые постепенно превращались в болота. На рубеже двадцатых-тридцатых годов на этом массиве запланировали создание мощных торфяных разработок, а где-то неподалеку - электростанцию, работающую на торфе, подобно Шатурской ГРЭС. Позже, когда в стране начала быстро возрастать добыча каменного угля и выяснилось, что по его запасам Советский Союз занимает первое место в мире, реализовать этот проект посчитали нецелесообразным. Изыскательские работы свернули, но электрическая линия, протянутая в эту глухомань до Болоток и сделанная на совесть, так и осталась. Так была создана, так сказать, цивилизованная база для последующего преобразования Болоток в своеобразный дачный поселок. Была создана для этого и совсем другая, можно сказать, нецивилизованная база и все теми же изыскателями. Они проложили пробный осушительный канал, подобный тем, что с той же целью прокладывал в этих краях еще при Александре II генерал Жилинский, мечтавший превратить мещерские болота в зону сельскохозяйственной деятельности. Здешние болота показали свой норов, и затея Жилинского провалилась, хотя сеть каналов, пересекающих болота, в заброшенном и полузаросшем виде сохранилась как своеобразный памятник его начинаниям. А вот изыскательский канал наделал бед. Может быть, какую-то площадь он и осушил, да вот Болотки, напротив, подтопил. Некоторые мшары, по которым, пусть проваливаясь по колено, можно было все-таки, умеючи конечно, ходить и собирать на них клюкву и голубику, превратились в труднопроходимые трясины и вовсе непроходимые топи с зеркалами открытой воды. Богатейшие заливные луга, тянувшиеся по берегам мелководной, но широко разливавшейся весною речки, исчезли, превратившись в болото, в котором речное русло было еле-еле намечено. А основой крестьянствования в Болотках всегда было животноводство, а точнее - породистый крупный рогатый скот. Для товарного земледелия тут недоставало посевных площадей. Посевов только-только хватало, чтобы прокормить себя, скотину и лошадей, даже на стороне прикупать приходилось. А скот держали породистый, коровы - удойные, а бычки - скороспелые, за лето хороший вес набирали. По преданиям, небольшое стадо чернопегих коров с быком-производителем деревенская община закупила в Костромской губернии вскоре после того, как Бонапарта прогнали из России.
Болоткинские крестьяне никогда не были крепостными и по своим временам жили если и небогато, то сытно и справно. Кроме скотины, Болотки славились своими мастерами: плотниками, бочарами, колесниками, печниками. Была здесь небольшая, но добротно выстроенная кузница, которой всегда владел род Потехиных, прадед Славки был последним, владевшим ею и работавшим в ней. Когда буквально за год Болотки подтопило, разлившаяся речка так и не вошла в берега, большую часть породистого скота пришлось либо забить, либо продать. Болотки захирели, обитатели их начали разъезжаться, кто поближе, по городам, где требовались рабочие руки, а кто, согласно тогдашней моде, и подальше - на Север, на Дальний Восток, в Туркестан. Остались самые-самые стойкие, самые верные родным мещерским местам любители охоты, рыбалки и дикорастущих даров природы. Избы похуже были проданы на дрова, часть домов получше разобрали и перевезли на другие места. Деревня разрядилась, распалась на довольно далеко отстоящие друг от друга дома, население ее сократилось втрое. Так вот и были созданы специфические условия, в силу которых Болотки в шестидесятых-семидесятых годах постепенно превратились в дальние дачи разных начальников и быстро богатеющих махинаторов и местожительство тех, кто всерьез занялся промыслом грибов, дикорастущих ягод, лекарственных трав и пчеловодством, которым, как подспорьем в животноводстве, увлекались тут и прежде.
Горов очнулся от дремы, когда машина на опушке сосняка на небольшой скорости съезжала к пресловутой «щуке», показавшейся Горову похожей на длинный и неуклюжий, плохо увязанный плот. Бревна ее ходили под колесами автомобиля как клавиши рояля, поливаясь темной и грязной болотной водой. За «щукой» Славка свернула с накатанной дороги в сосновый лесок, который до настоящего бора не дотягивал ростом деревьев. Лесок покрывал вытянутую гряду песчано-наносного происхождения, отделяя деревню от обширного болотного массива и выходя прямо на ее задворки. Тут он переходил в смешанный перелесок, перемежаемый луговинами, на которых росла смородина, малина и бузина. В один из сколочков бузины Славка и загнала машину; плотная, но рыхлая зелень, украшенная красными гроздьями мелких ягод, скрыла ее полностью.
- Сюда никто не сунется, - пояснила свой замысел. - Бузина, она и есть бузина, что с нее взять?
- Это верно, - согласился Горов, - со своей задачей ты справилась вполне удовлетворительно.
- Всего на троечку? - Славка хотела обидеться, но вождение машины по бездорожью отняло у нее столько нервной энергии, что даже обижаться было лень.
- В серьезном деле удовлетворительно - это именно то, что требуется. А у нас с тобой - дело серьезное. В таком деле простое удовлетворительно нередко оказывается полезнее, чем прекрасно или превосходно. - Девушка смотрела на Горова с недоверием, и он вдруг спросил: - Ты футбол любишь?
- Не очень. Мне больше волейбол и теннис нравятся. Но международные футбольные матчи я смотрю обязательно. - Славка засмеялась какой-то своей мысли и пояснила: - Я только хороший футбол люблю, Нилыч.
Подчиняясь жесту Горова, она покинула машину. Пока девушка неспешно выполняла эту операцию (от долгого
