образованная рядом досок в полторы ладони шириной с набитыми на нее поперечинами. Вова не знал, что эту лестницу, как и само гнездо, сделал для Славки, обожавшей в детстве лазать по деревьям и смотреть оттуда на деревню и окружающие леса, ее отец, и сам сиживавший там вместе с дочкой. Обзор оттуда был прекрасный, только самый дом оставался вне поля зрения. Но дом и дорогу возле него взял под наблюдение временный шеф Вовы - Игорек, а сам Вова с его благословения расположился на липе, как на вышке. Честно говоря, он не очень старательно вел наблюдение за окрестностями, но и не задремывал, хотя ночью он толком не спал, а так - покемарил, сначала на базе, а потом в машине, на которой их сюда забросили. Машина сейчас стояла через четыре дома отсюда - во дворе за крепким забором, а шофер, которого Игорек называл Гриней и у которого в этой деревне были знакомые, сидел сейчас небось за праздничным столом, тянул водяру, закусывал солеными рыжиками и пиво трескал с вяленой рыбкой и вареными раками вприкуску. Шофер не был посвящен в их дело, он был человеком со стороны и просто выполнял просьбу всесильного хозяина, которого Вова не знал ни по имени, ни по внешнему виду. Вова не проявлял особой старательности, потому что считал всю эту историю с засадой у деревенской избы где-то «у черта на куличках» блажью, дурацкой затеей, хотя придерживал эти соображения при себе и благоразумно помалкивал. А не дремал он по той простой причине, что Игорек заставил его проглотить две тонизирующие таблетки, после которых и в удобной постели не заснешь.
Не прекращая наблюдения за парочкой, Вова достал из нагрудного кармана «воки-токи» японского производства и нажал кнопку вызова. Когда Игорек откликнулся, он сказал:
- Из леса по тропе идут мужик и девка. Девка споткнулась, сидит и жалуется на природу.
В это время Горов, придерживая Славку за локоть и помогая ей подняться, выпрямился и поднял голову… Вова сразу узнал его, такого трудно не узнать, даже издали, и торопливо добавил:
- Мужик - тот самый, что за столиком с тобой калякал!
- Уверен?
- Железно!
- Тогда действуем по плану.
По плану Вова должен был осторожно спуститься с липы и ползком пробраться в кусты смородины, что справа от тропы. Но ему не хотелось покидать свое гнездо - уж очень удобная позиция! Отсюда Вова мог из своего «магнума» с глушителем не двоих, а пяток людей уложить, оставаясь незримым и недоступным, как сам Господь Бог.
- Может, остаться на подстраховке? - рискнул предложить он.
- По плану.
Игорек-то он Игорек, а человек он авторитетный, к хозяину приближен. То, что он здесь на мелочевке, в засаде этой дурацкой, на роли боевика - эпизод. Проштрафился вчера, дал маху с этим самым Ником, вот хозяин и турнул его сюда - самого расхлебываться с наперекосячкой. Игорек теперь землю рыть будет, чтобы прощенье заслужить. Исходя из всех этих соображений, Вова спорить не стал и выполнил приказ. Игорек уже занял свое место слева от тропы - за кустами шиповника. Вова не знал, что этим он спас себе жизнь.
- Как только к кусту татарника подойдут - поднимаемся. Не забыл?
- Помню, - пробурчал Вова.
- Теперь молчок.
Игорь смотрел на медленно приближающуюся пару. Дама, одетая в шикарный костюм (толк в одежде Игорек понимал), слегка прихрамывала. Неужели это одна из дочек Когана? Не подходит под их описания! Ладони у Игоря вспотели, он вытер их о куртку и снова взялся за «узи». Разве операция захвата - его дело? У него другой, тонкий профиль деятельно-сти, где нужно умение разобраться в людях, где нужна выдумка и фантазия, а не нож и пуля. Но что поделаешь? Неисповедимы пути Господни!
Вручив Нику кейс с крупной суммой деревянных рублей и получив взамен портсигар черного дерева с монограммой, Игорь открыл его и убедился, что драгоценные камни чистой голубой воды лежат на месте. Правда, вторичной проверке на ощупь он их подвергать не стал - в туалете был не только свой, страховавший операцию обмена человек, но и посторонние люди. К тому же, невзлюбив Ника за его комплекс превосходства и нежелание идти на дружественные контакты, Игорь помимо воли своей испытывал по отношению к нему то самое безотчетное почтение, которое слуги всех рангов испытывают по отношению к господам. А Игорь по своему нынешнему положению, да и по жизненному призванию, был именно слугой, холуем. Слугой с достаточно высоким положением среди приближенных хозяина, сиречь Виктора Эдуардовича Вербы, слугой высокооплачиваемым, но все-таки слугой. Холуйское почтение к необычному контрагенту невольно вылилось у Игоря в несколько повышенный уровень доверия по отношению к нему, о чем Игорь позже горько пожалел.
Получив бриллианты, Игорь, как и было ему велено, отправился на машине в сопровождении шофера-телохранителя на деловую квартиру хозяина. Охрана, знавшая его в лицо, препятствий ему не чинила, но на последнем рубеже в гостиной, которая вместе с тем играла роль и роскошной приемной для важных гостей и доверенных людей, его остановила Илочка - ночная секретарша Вербы.
- Занят, велел подождать. - И, доверчиво понизив голос, уведомила: - У него Семен Григорьевич.
Раз Семен Григорьевич, значит, хозяин проигрывает какую-то очередную хитрую комбинацию, как говорится висит на телефонах, и действительно занят по-настоящему. Игорь вручил Илочке шоколадку, не какой-нибудь бросовый, крикливо рекламируемый «Марс» или «Сникерс», а настоящую шоколадку фабрики «Красный Октябрь», которую ценили зарубежные гости, а в ответ получил предложение воспользоваться услугами богатого хозяйского бара. Вообще-то он мог воспользоваться баром и без разрешения секретарши, но обычно предпочитал его получать. Помимо симпатичной мордашки и приличной фигуры, Илочка обладала цепкой памятью, умело пользовалась компьютером, неплохо печатала, была далеко не дурой, а главное - имела определенное влияние на хозяина, об уровне которого среди его приближенных не было единого мнения. В общем, с Илочкой следовало дружить, а не ссориться, и Игорь дружил, старательно соблюдая ту дистанцию, что отделяет такую дружбу от интрижки. Дело в том, что некоторые признаки позволяли опытному в амурных делах Игорю думать, что сама Илочка не прочь бы эту дистанцию нарушить. Да он и сам бы не прочь, но считал, что не должен рисковать, и старательно играл роль почтительного бескорыстного ухажера. Куда безопаснее найти приличную телку на стороне! Тем более, что они сами липли к Игорю, как мухи к меду.
Игорь смешал себе свой любимый «Дайкири» и с бокалом в руке утонул в кресле. Покончив с ним, хотел смешать второй,
