несправедливыми и коварными обвинениями они порочат нас, тогда как только они одни погрязли в пороке испорченности. Благоволите также, просим вас, отвратить ваш ум от их несправедливых подстрекательств; если же они будут призывать и требовать каких-либо людей из ваших владений прийти на помощь против нас и упомянутого брата нашего князя Витовта, то запретить переход туда ваших людей; ведь крестоносцы поистине вооружаются и требуют помощи вооруженной силы против верных исповедников католической веры и против тех, которые давно уже стремятся быть приобщенными к католической вере.
«Дано в Опатове в самый день святого славного мученика Лаврентия (10/VIII) в год господень тысяча четыреста девятый».
ВИТОВТ, НЕ ЗНАЯ О ПЕРЕМИРИИ, ЗАКЛЮЧЕННОМ КОРОЛЕМ С КРЕСТОНОСЦАМИ, ОПУСТОШАЕТ ПРУССИЮ И, В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ, СО СТРАХОМ НЕОЖИДАННО ВСТРЕЧАЕТ В СВОИХ ЗЕМЛЯХ РАЗДРАЖЕННОГО ВРАГА.
Еще до получения великим князем литовским Александром от короля Владислава известия о заключении этого перемирия или приостановке военных действий упомянутый князь Александр тайно отправил своего брата, князя Сигизмунда,[156] со значительным войском литовцев в прусские земли; вступив в них и предав огню и разграблению множество селений, Сигизмунд опустошает и сжигает также города Дзядлов, Тамов и Неверке и уводит в Литву большое число людей обоего пола. Это вторжение великий князь Литвы Александр предпринял, не зная о перемирии; однако это обстоятельство не помешало крестоносцам обвинять великого князя Витовта в несправедливости и злокозненности. Поэтому они поджидали лишь удобного времени, чтобы по своему обыкновению, в свою очередь, отплатить ему.
Итак, тайно собрав войско, они посылают его через безлюдные места, расположенные между Гродно и Бельском, через местечки Жебно, Стоки, Яскер и реку Нетупу; застигнув и перебив около Яскера людей князя, которые в безлюдном месте несли караульную службу, ибо их [присутствие] выдал дым, крестоносцы врываются в воскресенье на вербной неделе в Волковыск, где собралось немало литовцев прослушать богослужение; затем нападают и захватывают в плен всех жителей обоего пола, литовцев и русских; после этого, разграбив и предав огню это местечко, поспешно возвращаются с пленниками той же дорогой, какой пришли. Взволнованный этим неожиданным известием и охваченный сильным страхом, великий князь Александр, который находился в Слониме, на расстоянии семи миль от этого места, тотчас же, взяв с собой только супругу свою Анну, укрылся в густые леса, в окруженные водой и болотами убежища около Здитова; там он пребывал, пока не удостоверился в уходе крестоносцев.[157] Места же, по которым шло в Волковыск и возвращалось назад войско крестоносцев, обратились в этом захолустье в большую дорогу; и, как памятник этого события, эта дорога еще заметна и сохраняется и до сего дня. С тех пор принято было следить, чтобы караульные, дабы не быть обнаруженными, складывали костры только из дубовой коры, которая не дает дыма [...]
ПОЛЬСКОЕ ВОЙСКО РАСПУСКАЕТСЯ И СОЗЫВАЕТСЯ СЕЙМ В НЕПОЛОМИЦАХ, НА ЭТОМ СЕЙМЕ ВАРЦИСЛАВА ИЗ ГОТАРТОВИЦ ПРИСУЖДАЮТ К ВЕЧНОМУ ЗАКЛЮЧЕНИЮ И ВЫБИРАЮТ ПОСЛОВ К ЧЕШСКОМУ КОРОЛЮ, ТРЕТЕЙСКОМУ СУДЬЕ.
По заключении перемирия (которое все же вызвало большое недовольство и огорчение простого люда и неосведомленных людей, которые клеветали на советников, будто те заключили перемирие, будучи подкуплены) Владислав, король польский, распустив войско, выезжает из Быдгощи и через Жнин направляется в Познань; оттуда, объявив о созыве общего сейма в селении Неполомицы, король следует в Краков, и в день святого Мартина (11/XI) проводит общий сейм в Неполомицах. Перед собранием епископов и вельмож королевства учреждается грозный суд над Варциславом из Готартовиц, который, поступая как предатель, не будучи вынужден к этому никакой крайностью, сдал замок Бобровники крестоносцам. Варцислав в оправдание своего преступления ссылался на то, что передачу упомянутого замка он произвел с ведома Миколая Куровского, архиепископа гнезненского, и по его поручению; было представлено для тщательного рассмотрения письмо по этому предмету; в конце концов, однако, открылось, что этот Варцислав действовал нечестным образом и обвинен по заслугам. В силу этого, как виновный и преступник, заслуживающий наказания, он был передан королю Владиславу, который распорядился отправить его на вечное заключение в замок Хенцины; в следующем же году, когда была одержана победа над крестоносцами, король освободил его, как и всех других заключенных. Этот Варцислав прожил, однако, недолго после освобождения.
На этом же сейме были намечены и выбраны знатные послы, епископы и вельможи, для поездки в Прагу к воскресенью первой недели великого поста (9/II), чтобы заслушать третейское решение о споре между Владиславом, королем Польши, и крестоносцами; и им были даны тогда все указания но этому делу [...]
КОРОЛЬ ВЛАДИСЛАВ, СОВЕЩАЯСЬ [С КНЯЗЕМ ВИТОВТОМ] О ПОДГОТОВКЕ ВОЙНЫ ПРОТИВ КРЕСТОНОСЦЕВ И О СООРУЖЕНИИ МОСТА НА ЛОДКАХ, ВМЕСТЕ С ТЕМ ОТПРАВЛЯЕТ В ПЛОЦК, ЗАСОЛИВ, ПОЙМАННЫХ НА ОХОТЕ ДИКИХ ЖИВОТНЫХ, КАК СЪЕСТНЫЕ ПРИПАСЫ ДЛЯ БУДУЩЕЙ ВОЙНЫ; ЗА ОДИН ДЕНЬ ОН ВОЗДВИГАЕТ ХРАМ В ЛЮБОМЛЕ.
Покинув Неполомицы, Владислав, король польский, спешит в Литву, чтобы провести свидание в Бресте-Русском[158] с Александром, великим князем литовским, о котором король известил князя заранее. Справив праздник святой Екатерины (24/XI) в Люблине, король прибыл ко дню святого Андрея (30/XI) в Брест, где литовский князь Александр принял его величество с должным почтением, выехав навстречу за милю. Там король Польши Владислав с Александром, великим князем Литвы, в строжайшей тайне определяют весь ход будущей войны против крестоносцев при участии одного только Миколая Тромбы, подканцлера королевства Польского. На помощь себе в предстоящей войне они привлекают даже татарского хана[159] с татарским племенем, которого Александр, князь литовский, привел в Брест. Здесь же они, кроме того, устанавливают, в какой день и в каком месте польским и литовским войскам соединиться и каким способом перейти Вислу. Кроме того, они решают построить никогда еще не виданный навесной мост на лодках; сооружение этого моста поручено было королем Владиславом Доброгосту Черному из Одживол, старосте радомскому, шляхтичу герба Наленч. Строился же этот мост в Козеницах на королевские средства тайно неким искусным мастером Ярославом, потратившим на его постройку всю зиму. Распорядившись обо всем нужном для ведения будущей прусской войны, Владислав, король польский, направляется из Бреста в Каменец-Русский[160] в сопровождении великого князя литовского Александра [...] Из Каменца король Владислав отправляется на охоту в Беловеж, на другую сторону реки Льсны; между тем Александр, великий князь Литвы, отъезжает в Литву с татарским ханом, которого всю зиму и почти до праздника святого Иоанна Крестителя (24/VI) удерживал в своей стране со всеми его людьми и женами. Владислав же, король Польши,
