но сердце отказывалось верить в это.
Хуже всего было по ночам, когда в её незащищённый разум проникали сны о нём. Сны, в которых она желала быть с ним рядом.
Ещё немного и она точно сойдёт с ума.
Возможно, Паломе и удалось бы излечиться от своей «болезни» (иначе это не назовёшь), но Паркер постоянно был рядом.
Ей приходилось изо дня в день внушать себе, что этот человек монстр и его нужно бояться. Она хотела ненавидеть его, ведь так было бы легче. Прошёл не один месяц, прежде чем Палома, кажется, смогла принять правду.
По крайней мере, теперь она больше не видела снов, наполненных желанием к своему бывшему.
Палома почти излечилась, хотя её всё ещё изредка посещали кошмары. Сегодня была одна из таких ночей.
Проснувшись посреди ночи, Соммерс уже не могла уснуть. Ей нужно было чем-то занять себя, и девушка решила заварить себе травяной чай. В последнее время он помогал ей успокоить расшатавшиеся нервы.
Сегодняшний сон не был похож на остальные. Но в нём снова присутствовал Паркер. Он говорил ей что-то, пытался достучаться до неё, но Палома почему-то не могла разобрать ни слова. Всё, что она могла чувствовать, это дикий страх, пронизывающий каждую клеточку её тела. Эти ощущения казались странными, ведь девушка никогда не боялась Тони. Несмотря ни на что, она не испытывала страха перед ним. Сейчас всё было иначе.
Паркер больше ничего не говорил. Он яростно прижал девушку к себе и впился в её губы жадным поцелуем.
— Отпусти, — Палома начала вырываться.
— Прекрати сопротивляться, сладкая.
— Ты получишь всё, что ты хочешь. Я обещаю. Пожалуйста, отпусти меня. Просто отпусти, — Палома всё ещё пыталась вразумить своего мучителя, но безуспешно.
— Я и так получу желаемое, — чуть отстранившись, и, глядя ей в глаза, произнёс Энтони, — потому что я хочу тебя, сладкая.
Он вновь попытался завладеть её губами, но Палома смогла его оттолкнуть. На месте Паркера стоял Коул и целился в неё.
Как можно тише, чтоб никого не разбудить, Палома пробралась на кухню. Оказавшись внутри, она замерла на месте. Там за кухонным островком сидел Паркер. Он не сразу заметил её. Погружённый в свои мысли, он наливал себе в стакан янтарную жидкость. Таким способом парень пытался заглушить чувство отвращения к самому себе. Подняв голову, Тони встретился со взглядом Паломы. Так напугана. Очевидно, девушка не думала, что застанет здесь кого-то (особенно, его) и теперь планировала сбежать отсюда.
Именно об этом и подумала Палома, увидев Энтони. Она видела, как он жадно рассматривал её тело. Чувствовала, как кожа покрывается мурашками от этого взгляда, полного похоти. Сейчас, стоя перед ним в одной полупрозрачной ночной рубашке, она чувствовала себя слишком незащищённой. И почему ей не хватило ума надеть сверху халат?
Их молчание длилось слишком долго, и в итоге парень не выдержал первым.
— Давай убегай. Ты же это собираешься сделать, — одним глотком он осушил стакан.
— Вовсе нет, — солгала Палома, и нерешительно направилась к шкафчику, где лежала коробка с чаем. — Я собираюсь заварить себе чай.
— Тогда ладно, — Паркер вновь наполнил стакан виски, но пить не спешил.
Последние месяцы Тони чувствовал себя будто в аду. Он медленно сгорал, находясь рядом с ней и видя её ненависть. Но ещё хуже было, когда не было сил совладать с желанием обладать ею. Даже сейчас он всеми силами пытался держать себя в руках, чтоб не наброситься на неё, как дикий зверь. Паркер сидел здесь в одиночестве, надеялся просто выпить и немного расслабиться. Он никак не ожидал встречи с ней. Тем более он не ожидал увидеть её в подобном виде. Чёрная ночная рубашка была почти прозрачной, и это окончательно лишало рассудка.
И кто, блядь, спит в таком белье?
Она же, в свою очередь, будто и не замечала его состояния. Хотя на деле было совсем иначе.
— Не слишком ли ты увлёкся? — Палома указала на практически пустую бутылку виски.
— Волнуешься за меня, Голубка? — иронично спросил Паркер, пытаясь скрыть своё напряжение.
— Не особо, — она присела рядом, делая глоток дымящегося напитка. — Можешь выпить хоть весь бар, — говоря это, Палома старалась не смотреть в его сторону. Если она ещё раз взглянет в его глаза, то её самообладанию придёт конец.
— Рад, что мы честны друг с другом, — теперь и у него появилось желание сбежать отсюда как можно дальше. — Выпьешь со мной?
— Если я захочу выпить, то найду себе компанию поприличнее.
Ох, и зря она это сказала.
В одну секунду он навис над ней, поднимая её лицо, заглядывая в глубину её глаз.
— Не играй со мной, Голубка.
Паркер выглядел как охотник, поймавший свою жертву. Но Палома не испугалась. Наоборот, звук его голос пробудил в ней какие-то первобытные инстинкты. Сделал её смелее. Паломе и вправду в пору замолчать, пока не случилось непоправимого. Но она не могла.
— А иначе что? Снова подстрелишь меня?
— Ты же не хочешь, чтоб я потерял над собой контроль? — охрипшим голосом спросил парень. — Или хочешь?
От этого вопроса Палому будто током пронзило. Он ведь не шутил. Она видела это. Видела желание в его глазах. Видела через ткань его брюк, каким твёрдым он стал.
Голос разума твердил Паломе бежать. Бежать как можно быстрее. Но её тело не подчинялось доводам разума. Оно жаждало этого мужчину. Его прикосновений и всего того, что он может ей предложить. Её трусики моментально пропитались влагой, а соски затвердели, выделяясь через тонкую ткань.
— Вижу, что хочешь, — самодовольно произнёс Энтони.
— Тони…
Но договорить она не смогла. Парень впился в её губы жадным поцелуем, за что заслужил громкий стон из уст девушки. Она больше не могла мыслить трезво. Окружающий мир перестал иметь какое-либо значение. Остался только он. Паркер воспламенял её кожу своими прикосновениями. Каждая клеточка её тела трепетала от близости с ним. Но и этого было мало.
Как же ей не хватало его всё это время. Сейчас это казалось таким правильным. Было так комфортно, будто они являлись двумя половинками одного целого. Будто они, наконец, нашли друг друга после долгих поисков и не могут насытиться этой близостью.
Внутри бушевало столько эмоций, что Палома даже не могла описать половину из них. Ещё крепче прижавшись к твёрдому телу парня, она позволила углубить поцелуй.
Поцелуй, который напрочь лишал Паркера рассудка. Он так безумно хотел эту девчонку, что желание причиняло боль. Подхватив девушку под ягодицы, он переместил её со стула на столешницу.
— Чёрт, ты сводишь меня с ума, Голубка, — голос прерывистый, а
