– Если бы эта кровать нас терпела с семнадцатого года, как мы с ней познакомились, – она бы давно развалилась, – заметил Жан. – Ей еще повезло, что нас столько времени не было. Ник, как у тебя там?
– Вот болтун, – воскликнула Ин. – Хорошо у него там. Нам помощники не нужны. А как вот у тебя там?
– Лиза, ну, скажи ты им хоть что-нибудь.
– Нет, Жанчик, я с тобой сойду с ума, – призналась Лиза, сдерживая смех.
– Поняли, да? Нам тоже очень неплохо.
– Лиза, твой мальчишка, наверное, фашистов не дождется, чтобы им кое-что оторвать. Я вперед ему это сделаю.
– Я его тебе не отдам, он мой. – Лиза прижала Жана к себе. – Это мое сокровище!
– Поняли? Вопросы есть?
– Есть, – сказал Ник. – Давайте хоть немного поспим. Дел днем много будет. Я это сейчас уже чувствую.
– Ин, спи, – тихо сказал Жан, целуя грудь Лизы. – Мы уже почти спим.
– Только в печку больше ничего не кидай. Жара невыносимая стоит, – предупредила Ин.
– Раскройся и дыши глубже, – посоветовал Жан. – Радуйся, пока есть такая возможность.
– Мы давно раскрылись.
Жан протянул руку, нащупал два обнаженных тела.
– Это вы что ли? – спросил он.
– Нет, это не мы, – ответил сонным голосом Ник.
– Совсем измучила парня, – не мог снова остановиться Жан. – Он уже сны видит, а ты со мной все болтаешь.
Лиза прижала голову Жана и своей груди и нежно погладила.
– Все, успокойся.
– Я тебя люблю, – зашептал Жан, обнимая Лизу за бедра. – Ты всегда такая прекрасная. – Он наклонился и поцеловал ее в животик. – Ты просто прелесть…
Раньше всех проснулась Ин.
На улице было уже светло и кончился дождь, который лил целую ночь.
Она открыла глаза. Рядом лежал Ник; с другой стороны Лизы под пледом ворочался Жан.
Ин окинула молодых людей взглядом, хотела прикрыть Ника, но не смогла вытянуть из-под него плед, встала и подошла к окну, раздвинула шторы.
Лиза сразу открыла глаза.
– Смотри на этих ангелочков, – сказала Ин. – Всю ночь болтали, а теперь, бесстыдники, спят хозяйством кверху.
– Не трогай их, пусть спят.
Девушки встали, оделись и вышли в гостиную.
– Приготовить даже нечего, – сказала Ин. – Ни продуктов, ни хлеба.
– Выпьем чаю и будем их будить. Жан знает, куда надо идти. Нас всех на паек поставят.
Они разогрели чайник.
– Последние дрова, – заметила Ин и снова подошла к окну, которое выходило во двор. – Смотри, вчера куча досок была, а теперь нет. Все по квартирам растащили… А мы даже не запаслись на вечер.
Лиза растерялась, окинула взглядом комнату.
– Мальчишки, что-нибудь придумают, – вздохнула она. – А если что, мебель кое-какая есть.
– Не выдумывай, – категорически запротестовала Ин. – Ничего здесь трогать не будем. Они проснутся и все решат. Я их знаю.
– Я тоже их знаю, – согласилась Лиза. – Они у нас молодцы. Ин, я хотела тебя спросить, тебе нравится Ник?
– Нравится. Я его люблю. Жаль, что у нас такие непонятные для нормальных людей встречи. Все где-то в прошлых временах.
– А ты с ним там, в вашем времени, не встречалась?
– Вот только случайно, последний раз, но отношений у нас никаких не было. Мы там чужие люди. А я его так люблю, он такой молодец. Ты, я вижу, тоже без ума от своего Жанчика. Он, и правда, такая лапочка, просто красавчик.
– Я, когда даже до него прикасаюсь, меня всю трясти начинает. А как он смотрит! Эти его глазки… Я просто не знаю… Я его, наверное, больше чем люблю, я его обожаю, я им просто живу.
– Дуры мы с тобой, – сказала Ин. – Сидим тут и обсуждаем, кто больше любит. – Ин встала и приоткрыла дверь в спальню. – Вон они, красавцы, лежат и ухом не ведут. Раскидали свои тела по всей кровати и им хоть бы что.
– Честно, я поражаюсь, они вообще ничего не стесняются, – тихо сказала Лиза, не отрывая взгляда от молодых людей. – Неужели в вашем двадцать первом веке такая молодежь?
– А чего им стесняться? И в восемнадцатом, и в двадцать первом веке все прекрасно друг о друге всё знают. Я ничего здесь плохого не вижу. Тебе же нравятся они?
Лиза улыбнулась.
– Очень.
– Ну, вот видишь. Мы такие же, и ничего тут особенного нет. Давай их будить. Хватит дрыхнуть!
Глава 13
Во внутреннем дворике, окруженном со всех сторон стенами высоких домов, душно. Спертый воздух сразу ударил в нос, и Лиза скривила лицо.
– Смотрите, помойку совсем растащили! – заметила она. – И крысы куда-то делись.
– Крысы в дома ушли, а помойка была сплошь из досок и старых рам. Ее унесли в квартиры, печки топить, – с сожалением сказал Ник. – Надо было и нам немного запастись дровами.
– Что ж вы, мальчики, раньше не додумались?
– Ерунда, – ответил Жан. – Свалим пару столбов, и все дела.
– А пилить их ножом будешь?
Жан почесал затылок.
– Идемте, нам сейчас не до этих дров, – сказал он. – Мне что-то после этого чая есть смертельно хочется. – Он задрал голову вверх и заметил снова на небе темные дождевые тучи. – Ну и город… Как он еще от сырости не развалился? Тут бывает когда-нибудь солнце?
– Бывает, летом, – ответила Лиза. – Сейчас уже октябрь – дело к зиме.
– Интересно, зимовать нам здесь придется или нет? – спросила Ин. – У меня даже вещей теплых нет.
– Ха, а ты хотела по тетушкиному велению сюда с чемоданами попасть? – удивленно произнес Жан и взял Ин под руку. – Попросишь Ника, он тебя согреет, – шепнул он ей на ухо.
– Какой все же ты, Жанчик, подковыристый, – заметила она.
– Что он тебе сказал? – спросил Ник.
– Потом скажу. Идемте быстрее, мне кажется, скоро дождь снова начнется. – Ин одернула руку и взглянула на Жана. – Иди к своей, видишь, дрожит. Тоже мне грелка в полный рост нашлась. Тебя самого отогревать сначала надо.
– Я хотел, как лучше, а ты сразу на дыбы.
Лиза взяла Жана за руку.
– Ты помнишь, куда идти? – спросила она.
– На Петроградскую сторону. Там улица есть, Малая Посадская, вот туда.
– Это на ту сторону Невы? – удивилась Лиза.
– Через Троицкий мост, если память не изменяет, – ответил Жан.
Он никогда не жаловался на свою память, все примечал основательно и хорошо запоминал улицы.
– Тебе экскурсоводом надо работать, – смеялся Ник, подставляя ладони под капли начинающегося дождя.
– А что это такое – экскурсовод? – спросила Лиза, услышав незнакомое слово.
– Это тот человек, который ведет туда, не знаю куда, – пояснил Ник.
– Да ладно заливать! Это тот, который знает, куда идет, – возразил Жан. – Не путай человека.
Лиза обняла Жана и прижалась к нему.
– У нас даже зонтика нет. А эта Малая Посадская далеко будет?
– Прилично. Надо будет хорошо пошевелить ногами.
– Сейчас заведешь куда-нибудь, да под обстрел попадем, – предостерег Ник. – Смотрите, надпись: «Эта сторона наиболее часто подвергается обстрелу». Сведущие люди написали.
На улицах было, как всегда, немноголюдно.
Они шли быстро и нагнали несколько человек, медленно идущих и тащивших на детской коляске наспех сколоченный гроб. За ним шло двое малолетних детей, закутанных в шарфы и платки. Телегу тянули мужчина и молодая женщина.
Жан взглянул на их лица, и у него снова заныло сердце. Их измученные лица выражали скорбь и негодование. Он опустил глаза и сжал руку Лизы.
– Как я ненавижу этих фрицев, – прошипел он. – Сколько горя они приносят людям…
Ник и Ин ускорили шаг, чтобы быстрее обойти эту траурную процессию.
– Самое страшное – что мы ничем и никому не можем помочь, – тихо ответила Лиза. – Неужели в будущем, в этом двадцатом веке, такое может случиться? Ладно, Петр шведов бил… То была война честная. Они пришли – они получили. А здесь? Эти город взять не могут – так решили людей просто голодом погубить, на них отыграться. Знал бы Государь, что такое когда-нибудь случится – подумал бы, строить его здесь или нет.
– Правильно сделал, что построил. А эти свое еще получат в сорок третьем и в сорок пятом годах, – не утаивая своей злости, сквозь зубы бурчал Жан.
– Не злись, тебе не идет, – успокаивала его Лиза. – Я знаю, что ты умеешь злиться.
– Я не злюсь, я их просто ненавижу. Я бы ими наши дороги устилал – была б такая возможность.
– Ну, успокойся, прекрати.
Они обошли траурную процессию, вышли на трамвайные пути и двинулись по ним дальше.
Неожиданно сзади раздался звонок трамвая. Ник обернулся. Это была самоходная платформа, которая двигалась по рельсам. На ней стояли несколько зенитных установок и с десяток солдат.
– Вот к ним надо, – сказал Ник.
– Успеешь еще повоевать. Уйди с дороги, а то на одного вояку меньше будет. – Ник схватил Лизу за руку и повел к тротуару.
Теперь они шли вдоль длинного серого дома и у арки увидели сидящую, всю мокрую, старуху с протянутой рукой. Она сидела прямо на мокрой земле, и по ее лицу струились капли дождя.
