Читаем без скачивания Спрут 4 - Марко Незе

— Послушай, — обратился он к девушке, — тебе надо поехать с нами в Италию. Это очень важно. Но сначала ты должна позвонить отцу по телефону. Вызови его и назначь встречу в детском приюте Бернардо в Милане. Мы там будем его ждать.

Приехав в Милан, Каттани сразу же поручил девушку заботам монаха-расстриги, а сам вместе с Сильвией принялся ждать появления таинственного персонажа, который придет на встречу с дочерью. Было хмурое утро, над городом навис свинцовый туман.

Сильвия и Коррадо притаились на кухне. Сильвия явно нервничала.

— Что за нелепая история, — проворчала она раздосадованно.

Вскоре они услышали скрип открываемой во дворе калитки и приближающиеся шаги. Посетитель, по-видимому, был не один. Окно кухни выходило на другую сторону, и они не могли увидеть пришедших. Однако отчетливо различали шуршание подошв по гравию двора. С равномерными интервалами, не совпадая с ритмом шагов, доносилось резкое постукивание — один из пришедших, наверно, хромал и опирался на трость.

Теперь шаги звучали в коридоре. Они приближались к кухне, и вот на пороге появился невысокий тучный старик с непропорционально большой головой и лицом, заросшим трехдневной щетиной. Он тяжело опирался на палку. Это был Глава Семьи. За ним в дверном проеме вырисовывалась громадная фигура Сальери. Прежде чем впустить, Треви подверг их тщательному осмотру и обнаружил у Сальери два пистолета.

— Где моя дочь? — оглушительно громко спросил старик.

Коррадо, не отвечая, испытующе смотрел на него.

— А кто вы? — спросил он в свою очередь.

Старик слегка усмехнулся, поднял палку и, направив ее на Каттани, произнес:

— Ты же знаменитый комиссар. Неужто не догадываешься, кто я? Я Глава Семьи.

Каттани и Сильвия в замешательстве переглянулись, а старик придвинул к себе стул и уселся, вытянув больную ногу.

— Где Лорелла? — повторил он свой вопрос. — Она не моя дочь, но для нее я больше чем отец. — Он слегка откинул голову. — Она была совсем еще маленькая, когда я впервые увидел ее в приюте у монахинь. Ей было всего несколько месяцев.

— Ее зовут не Лорелла, — перебил его Коррадо, — а Паола. Ее настоящее имя и фамилия Паола Фроло.

Старик поднял руку, словно желая его остановить, и досадливо проговорил:

— Да знаю, знаю! Но для меня она Лорелла. Я ее вырастил, выучил. И считаю своей родной дочерью.

Поведение старика, строящего из себя заботливого отца, разозлило Коррадо, и комиссар прямо бросил ему в лицо обвинение: это по его приказу Тиндари убил мать девочки.

Старик вновь протестующе поднял руку.

— Да что ты об этом знаешь? Разве можешь ты что-нибудь понимать в наших сицилийских делах? Тиндари был не виноват, даже напротив; когда нападавшие удрали, он бросился на помощь, и ему удалось спасти из огня девочку. Эта история произошла в тысяча девятьсот семидесятом году. Никогда раньше Сицилия не видела такого позора. Чтоб напасть на женщину с ребенком!.. — Он провел рукой по лбу и мрачно изрек: — Во всем виноваты наркотики, это они смели все правила чести. Раньше командовало всего несколько человек, а все остальные им подчинялись. Но с тех пор как пошла торговля наркотиками, все захотели враз разбогатеть, и началась война, и все стали бороться друг против друга, не брезгуя никакими средствами. Потеряли всякое уважение друг к другу…

Старик испустил глубокий вздох, как бы признавая свое бессилие, коль на свете все пошло кувырком. И снова спросил, где Лорелла.

— Я хочу с ней повидаться, — сказал он, — а потом ее сразу надо отправить обратно в Германию.

— Нет, — возразил комиссар, — я должен отвезти ее к настоящему отцу.

Впервые за время разговора Глава Семьи, неизменно сохранявший невозмутимость и державший себя в руках, занервничал. Он не в силах был скрыть свою тревогу.

— Не делай этого, комиссар, — проговорил он, твердо глядя в глаза Каттани. — Это будет жестоко с твоей стороны. Ведь Фроло для нее чужой человек, она его совсем не знает. Ты хочешь отвезти ее к какому-то умирающему незнакомому старику и вот так лишить сразу двух отцов. — Он старался придать своему голосу убедительность. — Нет, — продолжал он, — никто не должен знать правду. Пусть девочка навсегда останется Лореллой Де Пизис. Если до моих врагов дойдет, что она моя дочь, ее без всякой жалости отправят на тот свет.

Соглашаясь в мыслях с такой возможностью, Коррадо молча смотрел на старика. А тот добавил:

— Если ты выполнишь то, о чем я прошу, я расскажу тебе всю историю мафии за последние тридцать лет.

Каттани не успел ему ответить. Внимание всех привлекли какие-то крики в коридоре. Каттани узнал голос Лореллы — она требовала пустить ее к отцу.

— Где он? Я хочу его видеть!

Она рывком распахнула дверь и бросилась в объятия Главы Семьи.

— Папа, наконец-то!

В эту минуту во двор въехала машина. Комиссар выглянул проверить, кто приехал. Он увидел, как из машины выскочили четверо вооруженных мужчин и рассыпались по двору. В ворота следом влетела вторая машина. Комиссар попятился, сжимая в руке пистолет.

— Надо уходить! — закричал он. — Они приехали за ним.

Коррадо схватил старика за лацкан пиджака и приподнял со стула.

— Твои люди хотят тебя освободить, — свистящим шепотом произнес он, — но живым они тебя не получат. — Он приставил к его затылку ствол пистолета. — Я тебя прикончу!

— Ошибаешься, комиссар, — задыхаясь, сказал старик. — Они приехали не для того, чтобы меня спасти. Они хотят меня убить: я конченый человек, мафия решила от меня избавиться.

Каттани, никак не ожидавший такого поворота дела, колебался. Неужели в верхах мафии произошло землетрясение, и старик стал его жертвой? Он опустил пистолет.

— Все живее выходите, — решительно скомандовал комиссар. Таща за руку Главу Семьи, он первым бросился в коридор и побежал, увлекая всех за собой.

Пытаясь задержать приближавшихся с угрожающим видом бандитов, во двор вышел Бернардо.

— Стойте, остановитесь, — произнес он умоляющим голосом. — Уберите ваше оружие. Никого здесь, кроме детей, нет…

— Где старик? — прорычал в ответ один из мафиози, державшийся главарем. Он был одноглаз, ноги колесом, в руках «Калашников».

— Не знаю, о ком ты говоришь, — сказал расстрига.

Тогда киллер взял свой автомат как дубинку, размахнулся и изо всех сил стукнул Бернардо, сломав ему ногу. В ярости прошипел:

— Сейчас увидишь, что будет с твоими детками!

Он опрокинул на землю канистру с бензином, стоявшую в сторонке у входа в часовню, рядом с бутылями с растворителем и горой банок с краской. Чиркнул спичкой и бросил ее на разлившуюся жидкость.

То, что за тем последовало, не поддается никакому описанию.

В то время, как Бернардо, волоча сломанную ногу, старался отползти от пламени, Коррадо и все остальные метались внутри здания в поисках спасения. Но все выходы были блокированы бандитами. Тогда Каттани с отчаянной решимостью вытолкнул вперед старика и закричал:

— Вот он, берите его! Он ваш, но только не трогайте детей!

На дьявольской роже киллера, который перебил ногу Бернардо, появилась торжествующая усмешка.

— Давай и второго, — прошипел он. — Вы должны выдать нам Сальери!

Но Сальери был не очень-то сговорчив. Его уродливое лицо перекосилось от злости. Он неожиданно вырвал у Треви автомат и выскочил во двор, захватив всех врасплох. Он поливал бандитов огнем со всей переполнявшей его яростью. И под его пулями пали трое противников.

Оставшиеся в здании тотчас попытались воспользоваться замешательством бандитов. Каттани стремглав бросился к часовне, где укрылись дети. Им уже угрожало подбиравшееся все ближе пламя. Треви побежал к автобусу, в котором Бернардо возил детей на прогулки. Ему удалось запустить мотор, он подогнал автобус к дверям часовни, а Сальери, укрывшись за поленницей, продолжал вести огонь, прикрывая остальных.

Красные языки пламени поднимались все выше. Края у них поверху были черные. Воздух был пропитан удушливой гарью, становилось все труднее дышать.

— Все в автобус! — крикнул во все горло Коррадо перепуганным детям, сбившимся в кучку в глубине часовни. Среди них была и Грета с побелевшим от испуга личиком.

Автобус оставался единственным средством спасения также и для всех остальных. Поддерживаемый Лореллой, по направлению к автобусу заковылял и старик, а Сильвия с трудом тащила Бернардо. Треви бросился ей на помощь, взвалил расстригу на спину и занес в машину.

Теперь все уже были в автобусе. Дети спрятались под сиденья, старик стоял на коленях, прикрывая своим телом Лореллу. Не хватало только Сальери. Краем глаза он увидел, что автобус готов тронуться. Теперь ему надо было покинуть укрытие. Он пригнулся, поднял автомат на уровень плеч и выскочил на открытое пространство, дав при этом длинную очередь.