— Что вы делаете, дяденьки-и?!
— Бей-руби-руби-бей! — мудро рычали бородачи.
Главное — ни за что не вступать с ней в беседу. Достаточно всего один раз ответить по теме и осмысленно, и…
— За что вы со мной так?
— За него! Бей-руби-руби…
И все. Туром с Нетуромом одним махом угодили в ловушку и замерли с секирами на взмахе, как две грозные бронзовые скульптуры. Отвечать невпопад очень трудно, а у гномов самый практический склад ума, лингвистические игры им абсолютно не даются.
Лесная фея, удовлетворенно потянувшись, выросла еще, теперь она походила на неокрепшую шестилетнюю кроху. Черный язычок уверенно облизал пухлые губки, теперь мяса и крови ей хватит как минимум на месяц. Зеленые-презеленые глаза с козлиными вертикальными зрачками матово блеснули в мою сторону…
— Ничего не знаю, моя ааргх, туплю и рычу. — Я отложил меч и топор, достал из-за пазухи начатую книжку, сел и, привалившись спиной к стволу сосны, Углубился в чтение.
Нет, сначала, конечно, порыскал в оглавлении, но там чары лесных фей даже не упоминались. Злая девочка хищно улыбнулась и сделала ко мне первый шаг.
— А ты не хочешь со мной поздороваться?
Я не ответил, молча перевернул страничку, попытавшись уйти в книгу с головой.
«Первое и надежнейшее средство при встрече с колдуном или ведьмой — это арбалет. Как только вы убедились, что ваш собеседник хоть как-то связан с черной магией, недолго думая стреляйте! Волшебники и чародейки настолько самонадеянны, что редко заботятся о защитном заклинании заранее, а значит, им всегда нужно некоторое время для произнесения магической формулы или соответствующего жеста. Железный болт, пущенный с близкого расстояния, в упор, не даст им возможности так уж вам навредить. Цельтесь в горло, в глаз или в солнечное сплетение. Если же вы боитесь посмертного проклятия, то стреляйте издалека, лучше в затылок или под левую лопатку…»
— И что, такая интересная литература? — Фея присела рядышком на корточки, пытаясь заглянуть между страниц.
Конечно, она была совсем близко, но у меня хватало мозгов не строить на этот счет иллюзий — девчушка играючи упорхнет прежде, чем я хотя бы замахнусь. Поэтому ограничился простым кивком, благо такой ответ параличом не карается, и вновь нырнул в текст. Не может быть, чтобы там совсем ничего не было по этой теме…
«Конечно, всегда есть риск нанести вред доброму магу или скромной травнице, но пропорционально злых волшебников подавляющее большинство, так что вряд ли вы очень уж ошибетесь. А вот по кому точно стоит стрелять без предупреждения, так это по ученикам и студентам магических школ! Ибо безответственная молодежь, выучившая пару-тройку непроверенных заклинаний, всегда готова их применить при первой же возможности. Там, где опытный маг попытается уклониться от проблемы или решить ее мирным путем, недоучившийся волшебник сразу кидается колдовать. Поэтому разумнее, не дожидаясь выплеска магической энергии самого грязного толка, успеть пустить в ход любое подручное оружие первым! Старый добрый удар палкой по маковке юного чародея избавит вас от многих проблем…»
— А почитай вслух, мне тоже любопытно…
Вслух? Почему бы и нет?! Но с другой стороны, кто его знает, сколь долго еще могут идти в зачет логичные действия вместо ответа по существу. Не буду рисковать, почитаю еще немножко и, может быть, за это время хоть что-нибудь соображу. Фея обошла меня сзади и, вытянув шею, снова заглянула в книгу уже через плечо. Ой, не думаю, что она совершенно не умеет читать…
Я чуток подвинулся, чтоб девчушке было получше видно, и продолжил чтение: «Если же вы столкнулись где-нибудь в харчевне с опытным и агрессивным магом или же недалекой злобной ведьмой, то честно признайте свое поражение, выложив на стол всю наличность. В то, что вас защитят купленные на рынке амулеты, не верьте — их делали еще большие шарлатаны. Истинный добрый волшебник вообще не станет испытывать ваши нервы мелкими бытовыми чудесами, а от предложенных денег откажется. Злой же — и деньги возьмет, и нашлет на вас какую-нибудь лишаистую гадость, просто так, теша свою черную Душу. Покоритесь ему, улыбайтесь с заискиванием, лебезите, кланяйтесь каждую минуту, это ваш единственный шанс уцелеть — волшебники любят лесть и презирают трусов. Неплохо также упасть ему в ноги, целуя сапоги… А потом резко дернуть на себя и, пока не опомнился, табуретом по сверху!»
— И ты в это веришь?
Я молча перевернул страницу, не решаясь даже пожать плечами. В общем, мы развлекались в эту «непонимайку» довольно долго, ей не надоедало играть, а мне читать. Но все резко прекратилось, когда из-за орешника осторожно выглянул Эландер. Как вы помните, он ушел в другую сторону, широким обходом на разведку, дабы мы случайно не нарвались на тайную полицию раньше, чем сами того захотим.
— Что случилось, ааргх? — Он в мгновение ока вскинул лук и натянул тетиву. — Кто околдовал наших друзей?!
Я молча указал глазами на девочку. Фея радостно захлопала в ладошки и засмеялась.
— Настоящий лесной эльф! Мне еще ни разу не доводилось такого попробовать. Говорят, вы невероятно вкусные?
Глухой Эландер оттопырил ухо:
— Что шепчет это дивное создание?
Я хлопнул себя книжкой по лбу. Как я могу ему объяснить, кто это, если он ни шиша не слышит?! И хуже всего, что по моей вине! Жестами или пантомимой попытаться, что ли…
Отложив на пенек занимательную литературу, я встал, крепко зажмурился, дабы не умереть со стыда, и начал представление. Изрядно приподнял пальцами килт, поклонился, чуток раздвинув колени, попрыгал туда-сюда, изображая маленькую девочку, нюхающую цветочки на лугу, и… крепко треснулся башкой об ту же сосну, под которой читал!
Задница Берлобогова-а… Как больно! И ведь это именно в тот самый момент, когда я только-только собирался показать ее перевоплощение в жутко опасную тварь! Гр-р-р…
Эландер с феей переглянулись и дружно ударились в хохот! Нет, ну совсем обидно же…
— Он плохо слышит, — сжалилась надо мной коварная девчушка. — Скажи ему погромче.
— Это лесная фея! — рявкнул я.
— Чего? — не понял эльф.
— Лесная фея!
— Громче, — улыбнулась злодейка.
— Лесная фея!!!
— Еще громче. Так, раз-два-три, кто я?
— Лес-на-я фе-я-а-а… гр-р?! — Я не сразу понял, что дал ей прямой ответ. Тело одномоментно налилось страшной свинцовой тяжестью, жутко холодной и неприятной до омерзения. Я почувствовал себя какой-то перепуганной ласточкой гигантского размера, случайно залетевшей зимой в наши горы и проснувшейся под утро в толстой корке льда. Сердце билось с затаенной осторожностью, словно боясь, что его услышат. В мозгу трепыхалась всего одна мысль — каким образом эта мелкая гадина намерена нас убивать? Загрызет хрустальными зубками, или у нее в кармашке короткого платьица есть опасная бритва…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
