Я отбил два рубящих удара и чуть присел, отведя назад левую ногу; остроухий танцор встал мне на сгиб колена и, легко перемахнув через головы нападающих, оказался у них за спиной. Короткий удар — и узкий меч Эландера вошел меж лопаток ближайшему врагу. Какие бы кольчуги они там ни носили — против эльфийской стали нет достойного доспеха!
Я увернулся от удара по бедру, широким махом выбил меч у ближайшего рыцаря и, высоко подпрыгнув на месте, развел ноги в шпагате! Левая нога врезала в подбородок одному, правая — в грудь другому, оба отлетели шагов на пять и больше не подавали признаков жизни. Помогать эльфу не стоило, Эландер с наслаждением пофехтовал, рисуя в воздухе замысловатые вензеля, и одним точным движением насквозь проткнул противнику грудь, отпустив рукоять. Мужчина стоял, наверное, с полминуты, так и не веря в произошедшее, потом схватился обеими руками за клинок, попробовал вытащить его… и ничком рухнул вбок.
Мы все обернулись к Эшли, он теснил своего врага, но дважды щелкнули арбалеты, и последний «черный плащ» упал с двумя короткими железными стрелами в спине. Из кустов вышли довольные собой гномы, в знак победы стукнувшись шлемами, — они честно выполнили поставленную задачу. Искать трупы арбалетчиков из тайной полиции смысла уже не имело, бородачи убрали их без лишнего шума, когда надо, эта парочка умеет подкрадываться не хуже эльфа. Все, хватит крови, пора уходить…
Переглянувшись со мной, Эландер кивнул, вытащил свое оружие из двух трупов, быстро отер клинки о траву и, махнув нам рукой, припустил вперед по малозаметной оленьей тропинке, петляющей между деревьев. Отлично, мы уже сегодня выиграли два сражения, не стоит так часто искушать капризную судьбу. Эшли, гномы и я замыкающим дружно бросились вслед за указующим направление остроухим сыном леса.
Нам оставалось лишь надеяться, что он хорошо запомнил те непонятные закорючки, что рисовала ему Верховная. А еще я думал (насколько это возможно при беге по пересеченной местности), что, быть может, и не стоило так уж безоговорочно доверять ведьме. Кто мешал ей за столько времени стакнуться с тайной полицией и просто увести наш отряд в сторону от намеченной цели? У ведьм всегда свои интересы, слово они держат лишь тогда, когда им это выгодно…
Примерно через час-полтора мы вышли к неширокой реке. Разумеется, никакого Блуждающего замка здесь не было, да и не могло быть. Берега по обе стороны поросли лесом, не на верхушках же деревьев его ставить.
— Привал, — объявил усталый Эшли. Логично: навоевались, набегались, пора хоть чем-то подкрепиться и чуток отдохнуть. Особо расслабляться, конечно, не стоит, но «черные плащи», увидев, что случилось с их разведкой, наверняка пойдут за нами уже всем отрядом. А это не быстро — провести столько людей в полном доспехе лесными тропиночками, где и врлаки водятся, и хнары, и такие вот веселые девочки-фейки…
— Малыш, разводи костер, Эландер, — племянник главнокомандующего довольно похоже изобразил охотника с луком, пугливого оленя, попадание стрелы в бок животного и вращение мяса над огнем, — гномы, мыться!
— Что гномы, сказал ты?! — Туром и Нетуром встали спина к спине, выхватив боевые секиры.
— Ну от вас же пахнет, как от сивых меринов! Всю маскировку сбиваете! А если у тайной полиции есть собаки? Хоть руки и лицо ополосните.
— Руки. Ладони только. Немного. По капле влаги противной речной, уговор?!
— Ладно, уговор, — сдался Эшли.
Эландер понял свою задачу и исчез в кустах. Оленя он нипочем не найдет, мы тут наверняка на мили дичь распугали, но какую-нибудь здоровенную крысу подстрелит запросто, они, наоборот, идут на шорох шагов человека. Раздав всем указания, наш командир обернулся ко мне.
— Ты в порядке?
Я неуверенно передернул плечами, выбрал ближайшую валежину, переломал ее на шесть удобных чурбачков, сложил их домиком, напихав внутрь мелких веточек и мха, и взялся за кресало.
— Малыш, я спросил, ты в порядке? Ходишь сам не свой, слишком внимательно поглядываешь на Эландера, о Сун вообще ни разу даже не вспомнил. Что, любовь прошла?
Убью… Но с другой стороны, как можно объяснить заблуждающемуся хозяину, что бедный эльф оглох по моей вине, когда упал с дерева, потому что я орал в голос из-за того, что он, в смысле Эшли, потерялся?! Подобные истерики не делают мне чести ни как ааргху, ни как наемнику, ни тем более как другу этого столичного зануды, севшего мне на шею и свесившего ножки!
— А знаешь, ведь буквально вчера ночью я говорил с Верховной о тебе и Сун. И кстати, заступался за тебя! Потому что чувствовал в тебе родственную душу, потому что эта девушка дорога и мне тоже, потому что я пожертвовал своими чувствами к ней ради вашего счастья. И что? Ты стыдливо молчишь, опустив голову, не смея поднять на меня взгляд…
— Гр-р-р… — честно предупредил я, потому что мое терпение не безгранично. Кое в чем я очень даже традиционный ааргх. Пришибу не задумываясь, покаюсь при удобном случае. И то если не забуду…
— Не мне тебя судить, друг мой, — Эшли распахнул объятия, словно приглашая всплакнуть на его груди, — но обещай, дай слово, клятву, обет — что, как только мы исполним свой долг, ты вернешься к ней и поговоришь, прежде чем навсегда расстаться, уходя в лесные кущи с новым стройным прияте…
Все! Я сгреб его за шкирман и понес топить. Но не успел… Не по его и не по моей вине. Просто именно в этот момент сонная речная гладь всколыхнулась, и две полуголые красавицы с длинными волосами обвили руками неохотно умывающихся гномов, в один миг утаскивая их с собой на глубину! Я даже коротенькое «гр-р» не успел сказать в ответ на их прощальное «бульк»…
— Что ты встал, как чучело огородное?! — командирским голосом взревел граф Эльгенхауэр-младший, дрыгая ногами. — Отпусти меня сейчас же и догони этих мокрых ветрениц, нагло укравших наших боевых товарищей!
— Гр-р! — опомнился я, разжал пальцы, выпуская воротник хозяина, и в два прыжка кинулся в реку.
Ааргхи отлично умеют плавать, и, будь вода хоть сколько-нибудь прозрачной, я бы догнал похитительниц, но увы… Из-за грязи, тины и ила не было видно вообще ничего дальше собственного носа. В ярости я сплавал до противоположного берега и обратно, дал пару кругов вверх и вниз по течению, но результат не радовал ничем, кроме того, что хорошо искупался в мутной водичке Слепой реки…
Я вышел на берег раздосадованный, огорченный и даже чуточку взбешенный. Эшли подал мне руку, и мы вместе уселись на травке.
— Кто это был?
— Нерейды, — сплюнув, ответил я. — Обычно мирные речные существа, людей не едят, гномов тем более.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
