Недавно я брал у Пагониса интервью. В своей книге «Двигая горы» он клятвенно уверяет, что о разработках Хейзера ничего не знал и сам до всего додумался.
Я ему верю.
Как показывает опыт и Хейзера, и Пагониса, когда за дело отвечают такие изобретательные логисты, они могут найти одно и то же решение проблемы. В нашем случае – это создание команд логистов, собирающих информацию об имеющихся ресурсах, то есть «охотников за привидениями».
Нисколько не сомневаюсь, что, если бы в начале XIX века существовали радиопереговорные устройства, герцог Веллингтон или же его столь же находчивый интендант Арчибальд Мюррей наверняка придумали бы что-то вроде «охотников за привидениями».
О том, как 15 годами позже он был главным логистом американской армии во Вьетнаме, Хейзер пишет без ностальгии. Командующий операцией генерал Уильям Уэстморленд допустил много ошибок. Контроля над происходящим практиче ски не было, логистике внимания почти не уделялось, и к самим логистам отношение было соответствующим, именно поэтому во Вьетнаме творился полный бардак. Хейзер был назначен во Вьетнам ответственным за материально-техническое обеспечение вскоре после Тетского наступления в январе 1968 года. Перед Хейзером стояла одна задача: разобраться в этом бардаке и все наладить, иначе он, только что получив чин генерал-майора, по словам одного его приятеля-генерала, станет последним главным логистом американской армии, поскольку репутация у этого подразделения упала ниже некуда.
При первой же встрече непосредственный начальник Хейзера генерал-лейтенант Фрэнк Милдрен, заместитель командующего сухопутными войсками США, сообщил, что специалистам по логистике особо не доверяет. Милдрен еще добавил, что «была бы его воля, он бы назначил не Джо Хейзера, а боевого офицера, потому что никаких особых знаний здесь не требуется, а нужен просто энергичный военный, который умеет делать свою работу».
Хейзер был раздосадован, но сдержался в проявлении эмоций и решительно взялся за порученный ему, по сути, сизифов труд. В числе прочего ему нужно было разобрать огромные, забитые под завязку склады в Камране и Лонгбине, ставшие к тому времени символом этой войны. Для начала новый главный логист сменил девиз своего подразделения – «Первый из больших». По-видимому, это был перифраз девиза генерала кавалерии конфедератов Натаниэля Бедфорда Форреста – «Самый первый из самых больших». Правда, Форрест под самыми большими имел в виду лучших людей, а не склады.
Люди из Первого Лога (так называлось подразделение Хейзера), будучи приверженцами старой и давно опровергнутой теории логистики количества, по-видимому, понимали девиз неправильно. «И я оказался, – вспоминает Хейзер, – среди гор всевозможного добра весом в 2 миллиона тонн, и только о трети имеющегося можно было сказать, что это такое. На первой встрече с подчиненными я заявил, что всякого, кто упомянет этот девиз, я отдам под трибунал». И девиз Первого Лога сократили до одного слова – «Первый».
К сожалению, Хейзер мало что мог поделать с огромными складами – их называли «базами боеприпасов», где все собранное оказывалось мертвым грузом, но это мало кого беспокоило: важно, чтобы все было в наличии. По опыту войны в Корее Хейзер знал, что главное – не наличие на складе, а своевременная поставка всего необходимого боевым частям.
А коммунисты вьетнамского розлива тем временем действовали хитро: они приложили немало сил, чтобы подорвать материально-техническое обеспечение американской армии. Тетское наступление, хотя и считалось психологической удачей, однако оказалось серьезной тактической ошибкой вьетконговцев, поскольку их силы были подорваны. Хейзер объективен в оценке действий северян: «Тактика была выбрана верно, поскольку поставки во Вьетнам поступали с баз, находившихся за много тысяч миль», – вспоминает он.
В результате подразделение Хейзера должно было не только обеспечивать ресурсами боевые части, но и защищать свои базы, так что Хейзер вынужден был стать боевым командиром. «Нам приходилось вести боевые действия – держать оборону наших точек», – пишет Хейзер.
В конце концов, Хейзеру удалось при помощи вычислительной техники и бизнес-стратегий хоть как-то наладить снабжение и обеспечить более рациональное использование имеющихся ресурсов.
Помогло ему и то, что Вашингтон, наконец, принял запоздалое, но мудрое решение о централизации поставок армии, авиации и флоту, и этим стала заниматься одна организация – Управление материально-технического обеспечения. Впрочем, это уже мало что изменило. Американцы столкнулись с поистине самоотверженным противником, а сам американский народ эту войну поддерживал все меньше и меньше – и тут уж бессильна любая логистика. Поэтому даже такой блистательный логист, как Хейзер, оказался, в конечном счете, бесполезен.
Когда в 1991 году началась Война в Заливе, американское командование решило не повторять ошибок, допущенных во Вьетнаме, в том числе и промахов, связанных с логистикой.
Во-первых, вспоминает в своих мемуарах «Двигая горы. Уроки Войны в Заливе» Гас Пагонис, американские военные, у которых еще были живы печальные воспоминания о жестком сопротивлении вьетнамцев, твердо решили, что, прежде чем вступать в войну, нужно добиться общественной поддержки у себя на родине. Для чего, как вспоминает Пагонис, еще в 1971 году генерал Крейтон Абрамс, начальник штаба армии, а до того – командующий театром военных действий в Юго-Восточной Азии, разработал план, известный как «концепция суммарной силы». В нем было оговорено, что в будущем в боевые части будут направлять солдат, находящихся на действительной военной службе, солдат-профессионалов, а в подразделения обеспечения станут брать резервистов.
«Рассуждение вполне здравое, – говорит Пагонис, ветеран войны во Вьетнаме. – Вести войну без тылового обеспечения невозможно, а ведь все эти специалисты в основном уволены в запас, поэтому армия может действовать только в том случае, если правительство разрешит призывать служащих запаса. Именно это и произошло, когда готовилась Война в Заливе. Она коснулась лично многих граждан США: почти у каждого кто-то из родственников, знакомых, соседей участвовал в операции в Персидском заливе».
Поэтому благодаря «концепции суммарной силы» Абрамса армия США вступила в Войну в Заливе не только с мощным боевым арсеналом, но и заручившись моральной поддержкой соотечественников. Недавно мы были свидетелями того, как ту же самую концепцию применили в войне в Афганистане, когда снова призвали на службу резервистов.
