— У тебя есть другие предложения?
Эдриен ухмыльнулся и распахнул дверь, которая едва не ударила лорда Рэдингтона, стоявшего по другую сторону и уже протянувшего руку, чтобы ее открыть. Удивление на его лице сменилось восхищением при виде Эвелин. Только женщина, давно лежащая в могиле, не почувствовала бы себя польщенной. Лорд был дьявольски красив и отлично знал это.
— Леди Уоттерстоун. — Он поцеловал ей руку и лениво улыбнулся. Эвелин подумала, что лорд Рэдингтон чем-то неуловимо похож на мистера Сэйерса. Нового знакомого Порции она не знала, зато с этим красивым лордом была знакома не понаслышке. Его репутация повесы была хорошо известна, и в свое время он пытался испробовать свои чары на ней, хотя успеха не добился. Он, конечно, был красив, но Эвелин никогда не считала его неотразимым, как многие другие женщины. И уж точно он не был таким неотразимым, каким считал себя. Лорд положил в карман жилета сложенный листок бумаги. В его глазах мелькнуло торжество. — Какой приятный и неожиданный сюрприз! Я давно не имел счастья видеть вас. Сегодня вы выглядите восхитительно.
— Милорд, — пробормотала Эвелин.
— Рэдингтон, — резко проговорил Эдриен. Не приходилось сомневаться, что он был вовсе не рад этому Лотарио[2].
— Лорд Уоттерстоун, примите мои извинения. — На его лице отразилось разочарование, но голос остался ровным. Неудивительно. Красавчик имел богатый опыт общения с ревнивыми мужьями. — Я вас не заметил.
— Представьте себе, это я.
Эви непонимающе воззрилась на мужа. В последнее время он тоже ведет себя странно.
— Я пришел… — Лорд Рэдингтон заглянул в библиотеку. — Я хотел… — Его пристальный взгляд остановился на лице Эвелин. Ее бросило в жар. Уже довольно давно на нее так не смотрели. Лорд словно раздевал ее. Да что же это такое! — Впрочем, ерунда. Не важно.
— Возможно, вы пришли, чтобы взглянуть на коллекцию мечей? — холодно предположил Эдриен.
— Конечно, зачем же еще? — Лорд Рэдингтон бросил еще один взгляд на Эви, после чего подошел к стене с оружием. — Потрясающе, вы согласны, Уоттерстоун?
— Да. — Эдриен только теперь обратил внимание на коллекцию. — Особенно впечатляют широкие мечи. Одним хорошо поставленным ударом можно снести голову с плеч.
— Наверное, — усмехнулся лорд Рэдингтон.
Судя по выражению лица Эдриена, ему очень хотелось сделать это немедленно. Неужели он подумал…
— Хотя лично я всегда предпочитал хорошо заточенную рапиру. Прекрасная вещь для фехтования, — сообщил Эдриен. — И для дуэлей.
— Дуэли теперь вне закона, — с улыбкой сказал молодой лорд. — Хотя в ваше время они, вероятно, были обычным делом.
— О да, в мое время они считались обычным средством защиты чести или собственности. — В голосе Эдриена звучала злость, хотя это заметила скорее всего только Эвелин. — Или супруги.
Проклятие! Только теперь до Эвелин дошло, что ее муж пребывает в бешенстве и причиной тому — ревность. Он решил, что она пришла в библиотеку на свидание с лордом Рэдингтоном. Какой абсурд! Восхитительный абсурд.
— Тогда мне повезло, — жизнерадостно воскликнул лорд Рэдингтон, — что их давно запретили!
— А мне жаль, — выпалил Эдриен. — Вы фехтуете?
— От случая к случаю. — Юный лорд явно встревожился и украдкой покосился на Эвелин, словно предлагая ей вмешаться. Она мило улыбнулась в ответ.
— Возможно, мы как-нибудь сможем встретиться и продемонстрировать друг другу свое мастерство? — Вежливая улыбка Эдриена не скрывала его истинных чувств.
Несмотря на свои наилучшие намерения, Эвелин засмеялась. Оба джентльмена обернулись с выражением негодования на лицах.
— Позволь полюбопытствовать, что тебя так развеселило, дорогая? — холодно спросил Эдриен.
— Ничего, дорогой. Просто случайная мысль, ничего важного. — Она взяла мужа под руку. — Знаешь, мне здесь тоже надоело. Полагаю, еще один танец, и мы можем отправляться восвояси.
Эдриен несколько секунд молча смотрел на жену, словно пытался прочитать ее мысли. Не прочитал.
— Как скажешь, дорогая.
— Доброго вам вечера, лорд Рэдингтон. — И она послала юному лорду благодарную улыбку. Тот тоже посмотрел на нее, словно попытался прочитать ее мысли. С тем же успехом.
— Леди Уоттерстоун.
— В мое время, — пробормотал Эдриен себе под нос. — Подумать только, и это говорит человек, моложе меня лет на пять.
— Наглый выскочка, — проговорила Эвелин, изо всех сил сдерживая смех. Она и подумать не могла, что Эдриен, в котором не было ни капли тщеславия, так болезненно относится к своему возрасту. В свои тридцать восемь лет ее муж находился в превосходной физической форме, и она была уверена, что он не задумывается о возрасте. С другой стороны, она никогда не подозревала в нем ревнивца. Да, интересные вещи можно узнать о человеке, когда думаешь, что знаешь его, как себя. Она весело болтала обо всем, что ей приходило в голову, и к тому моменту, как они вошли в бальный зал, настроение Эдриена улучшилось.
Эвелин знала, что должна была огорчиться из-за ревности мужа. И в любое другое время так и было бы. Но доказать, что она не была неверной женой, если дойдет до этого, намного легче, чем объяснить, во что она впуталась. Любое объяснение неминуемо приведет к раскрытию тайны ее прошлого. Она определенно не собиралась поощрять подозрения Эдриена о том, что у нее есть другой мужчина, но и выводить его из заблуждения пока не спешила.
Его ошибка может стать ее спасением.
Селеста выскользнула из постели и, кружась по комнате, удалилась на достаточное расстояние, чтобы не достала рука, немедленно потянувшаяся за ней, желая затащить обратно.
— Не уходи, — простонал Макс. — Вернись.
— Я бы с радостью, но, к сожалению, мне пора.
— Ты никогда не остаешься на ночь. — Он сел. — Это оскорбительно.
— Не глупи. — Она оглянулась в поисках своей одежды, как обычно, разбросанной по всей комнате. Слишком уж они спешили поскорее добраться друг до друга и насладиться удовольствиями, которые испытывали вместе. — О каком оскорблении может идти речь?
— Ты приходишь в мой дом, позволяешь себе вольности со мной…
— Вольности? — Селеста засмеялась.
— Овладеваешь мною…
Селеста удивленно покосилась на любовника.
— Кажется, ты жалуешься?
Он проигнорировал ее слова.
— А потом ты уходишь, покидаешь меня. — Он испустил тяжкий вздох, достойный плохой драматической актрисы. — Я чувствую себя… проституткой.
— Проституткой?
— Да, обычной проституткой. — Макс потянул на себя простыню. — Это неприятно, и мне не нравится.
