решил, что четыре десятилетия в Северной Корее – хуже наказания не придумаешь. Он уехал в Японию к жене и детям. Работал в местном музее и продавал туристам печенье.
ПХЕНЬЯН,СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ
Когда Ким Чон Нам решил остаться за границей, в его распоряжение перешли особняки в Пекине и Макао. Взамен он должен был ведать семейными счетами в иностранных банках. Это строжайший секрет государства. Речь идет о миллиардах долларов, которые зарабатываются различными путями, но не поступают в страну, а остаются в распоряжении династии Кимов.
Ким Чон Наму поручали присматривать за сомнительными сделками, хотя при неблагоприятном раскладе это могло закончиться арестом и судом. Сам он, разумеется, не занимался торговлей наркотиками или оружием. Но должен был пристраивать вырученные от продажи деньги в разные банки. По этой причине он неустанно путешествовал по азиатским странам с либеральным финансовым законодательством. Для поездок в Китай, Малайзию и Сингапур виза ему не требовалась.
Параллельно он расслаблялся. Ни в чем себе не отказывал. Предпочитал казино. Недостатка в наличности не ощущал. В деловых кругах Кима-старшего называли тусовщиком. В Джакарте он заходил в полюбившийся ему японский ресторанчик и даже сфотографировался с его владельцем. Бывал и в Европе.
Он точно ничем не напоминал других Кимов. Чувствовал себя свободным в любой среде. В отличие от всегда строго одетых соотечественников ходил исключительно в джинсах, кожаных пиджаках и в черных очках.
Отец его напутствовал:
– Иностранцы, которые суют нос в наши дела, должны все видеть в тумане.
По этой причине Чон Нам пользовался паспортами на чужое имя. Всем это было известно, но в мае его внезапно остановили в токийском аэропорту. Японская полиция заявила, что паспорт, выданный в Доминиканской республике на вымышленное китайское имя Пан Сюн (с переводе с китайского Толстый Медведь), – поддельный.
Так оно и было, только прежде его не останавливали.
Что же случилось на сей раз?
Чон Нам объяснил иммиграционному инспектору, что намеревался посетить Диснейленд. А что еще он мог придумать?
Его развернули и выслали в Китай…
То ли японские власти были крайне недовольны очередными акциями Пхеньяна и искали способ доставить великому вождю неприятность. То ли их уведомил кто-то из Северной Кореи, желая окончательно подорвать репутацию старшего сына Ким Чен Ира.
Японские власти сообщили об инциденте прессе. История прозвучала на весь мир.
В Пхеньяне мачеха Кима-старшего торжествовала. Внушала мужу:
– Чон Нам опозорил и себя, и отца, и страну! Он недостоин оказанного ему высокого доверия!
Говорили, что скандал невероятно огорчил отца, и в результате Ким Чон Нам перестал считаться преемником. На самом деле выбор уже был сделан. Ким Чен Ир предпочел младшего сына по иной причине. Он пришел к выводу, что из всех его наследников он единственный способен твердой рукой управлять страной, проявить настойчивость и необходимую жестокость. И в этом очень походил на своего отца.
Средний и младший сыновья, Ким Чон Чхоль и Ким Чен Ын, одинаково любили баскетбол. Но между ними была принципиальная разница. После игры Чон Чхоль расслабленно уходил в раздевалку. А младший, Чен Ын, не спешил покинуть зал. Вместе с командой разбирал ход игры, наставлял игроков:
– Тебе следовало передать мяч, а тебе надо было прорываться…
Отец оценил амбиции, настойчивость и целеустремленность младшего сына: Чен Ын был из тех, кто пленных не берет. Ким-младший выглядел не по годам внушительно, мог много выпить и никогда не признавал поражений.
Бывший личный повар Ким Чен Ира, вернувшийся после его смерти в Японию, без удовольствия вспоминал младшего сына вождя:
– Он злобно поглядывал на меня. Я не могу забыть этот взгляд. В нем читалось откровенное презрение: «Жалкий япошка». Младший очень напоминает своего отца – особенно по характеру.
Когда подошло время, Ким Чен Ына срочно вернули из Швейцарии и отправили на учебу в военную академию имени Ким Ир Сена в Мангёндэ под Пхеньяном. На третьей конференции Трудовой партии Кореи его ввели в состав ЦК. Присвоили генеральское звание.
Отныне отец ласково именовал наследника «мой молодой генерал». Ему нравилось так говорить.
Ким Чен Ир умер – как объявили в Пхеньяне – от сердечного приступа 17 декабря 2011 года, в субботу утром, во время поездки по стране.
Средства массовой информации Корейской Народно-Демократической Республики сообщили о кончине любимого руководителя только через два дня. На экранах телевизоров северокорейцы рыдали навзрыд. Эта весть стала полной неожиданностью для всех, кто по долгу службы следил за событиями на Корейском полуострове.
Северная Корея настолько отгородилась от всего мира, что ни американские разведывательные спутники, ни южнокорейские станции прослушивания не могли уловить сигналы, которые позволили бы понять, что в Пхеньяне происходит нечто важное, и заставили мир насторожиться.
Старший сын, Ким Чон Нам, прилетел в Пхеньян, чтобы попрощаться с отцом. Его поездку организовали китайцы. Младший брат не пожелал увидеться со старшим.
Траур по Ким Чен Иру продолжался почти две недели. Церемония прощания завершилась исполнением «Интернационала» и артиллерийским салютом. После завершения церемонии страна поклялась в верности новому вождю.
Председатель Верховного народного собрания Ким Ён Нам, один из ветеранов партии, чье благословение преемнику символизировало преемственность власти, провозгласил на митинге:
– Уважаемый товарищ Ким Чен Ын теперь является высшим лидером нашей парии, армии и народа… Он унаследовал идею, лидерские качества, храбрость и смелость товарища Ким Чен Ира.
На заседании политбюро Трудовой партии Кореи Ким Чен Ына утвердили верховным главнокомандующим Корейской народной армией. Телевидение Пхеньяна смело назвало «великого наследника» еще и военным гением. В воскресный день зрители могли наблюдать нового верховного главнокомандующего во всех видах – и верхом на белом коне, и в люке танка, и в кабине самолета.
Он откровенно наслаждался жизнью – все стало возможным! Отныне он мог удовлетворить любое свое желание. В отличие от отца, всегда стоявшего в одиночестве, отдельно от своих подданных, Ким Че Ын ездил по стране и весело пожимал руки бойцам и офицерам. Он вообще бесконечно веселился. Возможно, хотел походить на своего улыбчивого деда.
Виталий Шувалов полагал, что власть свалилась на Кима-младшего раньше, чем тот успел свыкнуться с ролью наследника престола. И сильно ошибся. Да и не он один…
Ким Чен Ын удивил всех.
Через полгода ему присвоили звание маршала Народной армии Кореи. За день до этого он отправил в отставку начальника Генерального штаба вице-маршала Ли Ён Хо. Диктор телевидения объяснил стране:
– По состоянию здоровья.
Товарищи по службе знали, что начальник генштаба на здоровье не жаловался. Он был очень близок к отцу свежеиспеченного высшего руководителя и взялся помогать сыну освоиться на новой должности. Но
