вечером Ким-старший теперь убивал в кафе. У девушек оказалось столько друзей, что кто-нибудь из них постоянно претендовал на их внимание. И он старался быть конкурентоспособным – насколько позволяла его кредитная карточка. Хозяйственное управление Министерства охраны безопасности государства, которое ведало его счетами, установило строгий лимит. Стоило его превысить, и карточка оказывалась бесполезной. Хорошо еще, если в кармане находились наличные.
Если его знакомые не появлялась, вечер был потерян. Он шел домой совершенно несчастный. Однажды его повели к подружкам играть в карты. Две девушки сидели на кровати, третья в единственном кресле. Самая юная устроилась на чемодане. Они сели играть. Его чем-то угощали, что-то наливали в бокал… Больше он ничего не помнил. Когда проснулся, в комнате никого не было.
Он с трудом встал, плюхнулся на стул и обхватил руками голову. Она страшно болела. Он слышал, как стучит сердце. Бумажник исчез. Но это было самое малое, что его тревожило. Завтра он позвонит, и ему пришлют новую карточку. Не в первый раз.
Он пошел в кафе, где уже был. Пил горячий шоколад и чувствовал себя бесконечно одиноким. Ничего не помогало. Официант порадовал его десертом, когда он услышал резкий женский голос:
– Эй, приятель, не ешь это. Еще больше растолстеешь!
Он увидел ее.
На ней было белое платье, колготки в сеточку, высокие красные сапоги. Она изучающе смотрела на него. Осталась довольна увиденным. Улыбнулась ему поощрительно:
– Я серьезно. Нельзя есть все, что хочется.
Спросила:
– Как тебя сюда занесло?
Удивилась:
– И не боишься ходить тут один? Ты совсем безбашенный? Или не понимаешь, куда попал?
Наконец она присела рядом:
– Иностранцы не рискуют являться сюда в одиночестве. Сколько тебе лет?
Ким-старший честно ответил.
– Столько же моему брату, – заметила она доверительно. – Чем-то похож на тебя. Ни о чем не думает. Делает что хочет.
Он чувствовал себя совершенно уверенно рядом с ней.
– Я не замужем, – зачем-то сообщила она. – Куда торопиться? Здесь столько красивых парней. Заметил?
Он покачал головой. И не соврал. Парни-то его совершенно не интересовали. Он больше глазел на девушек.
– Я хочу тебя еще увидеть, – признался Ким-старший.
Она сообщила адрес. Это оказался бордель.
Он пришел. Назвал ее имя. Его провели в маленькую комнатку.
Девушка сразу стала расстегивать платье пуговица за пуговицей.
В комнате ощущался сладковатый запах освежителя воздуха. Радиоприемник. Коробка с салфетками. Маленькая бутылочка масла. Кровать застелена покрывалом с изображением панды. Стул, на который он сложил свою одежду.
Ким-старший включил радио. И лег, ожидая, пока она выйдет из ванной.
Она появилась, завернутая в простыню. Села рядом. Посмотрела на него. Ее большие глаза были очень серьезны.
– Часто сюда приходишь?
Он неопределенно пожал плечами.
– Что я должна делать?
Он удивился вопросу.
– Ты мой первый клиент, – объяснила она.
– Ты раньше этим не занималась?
Она покачала головой.
И в следующий раз он снова выбрал именно ее.
– Я рада тебя видеть, – сказала она. – Вчера мне достался полный идиот.
– Он с тобой грубо обращался?
– Нет, просто идиот. – Она не стала развивать эту тему. – Они думают, что если заплатили пару сотен, то мы должны пылать от страсти. Они просто не понимают, что нужно женщине и как ее можно завести… – Она посмотрела на него: – Надеюсь, ты не обиделся? Я не имела в виду тебя. – Потом спросила: – Почему ты опять пришел?
– Ты мне понравилась. Ты не играла. Была искренней, смущалась, говорила со мной не как с клиентом.
– Ты меня не знаешь.
Он ушел только когда зазвонил телефон, напоминая, что оплаченное им время закончилось. Он боялся ей надоесть и пришел через несколько дней.
– Ты болел? – спросила она.
– Нет, были дела… Скучала без меня?
– Да.
Она начала расстегивать платье.
За секс платят. Любовник делает подарок любовнице. Муж – жене. Мужчина платит женщине. Активный партнер поощряет пассивного. Желающий платит желаемой.
– Хочешь выпить? – спросила она.
– Конечно. Но я плачу тебе за то, что ты делаешь в постели, а не у барной стойки. – Он встал: – Мне пора. Я пошел.
Она сделала вид, что не обиделась:
– Иди. Я посплю.
Ким-старший вернулся на следующий день. Предложил:
– Может, встретимся в другом месте?
– Например?
– Поужинаем вместе. Или сходим в кино.
Она молча смотрела на него.
– Я понимаю, что ты не можешь просто так тратить время… Я заплачу.
– Сколько?
– Шесть сотен.
Она рассказала ему о себе. Ей обещали работу в городе. Она собрала вещи и приехала. На вокзале поставила чемодан на пол и достала кошелек. Еще раз прочитала адрес человека, который ее пригласил. Она поймала такси. Усевшись поудобнее, почувствовала себя совершенно комфортно. Ее ждала работала в уютном отеле в парке.
– Тебе понравится, – обещали ей.
Когда она вылезла из такси и позвонила в нужную дверь, открыл человек, который никогда не слышал ее имени. Он сказал ей, что отеля здесь нет и она, очевидно, ошиблась адресом. Работу она нашла в борделе.
Она была очень красивая.
– Я люблю тебя, – шептала она.
– Да? Что именно ты хочешь, чтобы я тебе купил?
– Ничего! Я люблю тебя!
Ким-старший не поверил.
Ему самому хотелось испытать это чувство. Но что-то мешало. Она была очень дружелюбна. Отвечала «да» на всякое его предложение. Она была очень хороша в постели. О многих вещах он просто не подозревал. Она открыла ему глаза на мир.
Однажды он сидел на краю постели, размышляя, будить ли ее. Ему было не по себе. Депрессия вернулась. Он понимал, что и его подруга, собственно, очень несчастная девушка. Но о чужих горестях думать не хотелось. Ким не желал, чтобы она открывала глаза. Они были слишком печальны.
Однажды она долго на него смотрела и наконец сказала:
– У всех свои секреты. Каждому есть что скрывать. Почему ты мне ничего не хочешь рассказать? Боишься быть откровенным? Тебя часто обманывали?
Глава 7
Младший сын
ПХЕНЬЯН, СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ
Вот что бесило Ким Чен Ына! Ну почему, если он появился на свет всего на несколько лет позже, кто-то смеет считать, будто это лишает его трона? Да он же создан для того, чтобы управлять страной! Он – и никто другой! Когда ему было восемь лет, ему сшили маршальскую форму. На пышном празднике в честь дня рождения северокорейские генералы козыряли ему всерьез. Его воспринимали как бога.
И еще его злил старший брат. Ким-старший наслаждался жизнью.
– Плейбой! – возмущался Ким-младший. – То он в Пекине, то в Макао, то в Сингапуре, то в Гонконге… У его просто страсть к развлечениям и путешествиям. Кто еще может
