class="p1">– Конечно.
– Здесь потрясающие женщины. Они о вас позаботятся.
Женщина в кимоно без рукавов курила и смотрела на него. Поймав взгляд Кима-старшего, подошла к нему:
– Помнишь меня?
– Нет, – честно ответил он.
– Купишь мне выпить?
– Нет.
– Не любишь женщин?
– Женщины прекрасны.
– Если ты гомосексуалист, то не туда попал, – сказала она и отошла.
Ким-старший не был гомосексуалистом. Он просто еще не освоился в новой жизни. В тот же день он уехал на побережье. И днем уже плавал в теплом океане. Он провел там несколько недель. Утром купался, днем сидел в тени – жарко было даже для него. Ел мороженое. Смотрел американские боевики на планшете.
Вообще-то он не рассчитывал оказаться на пляже в одиночестве. Но девушка, согласившаяся поехать с ним, в последний момент передумала. Прислала на электронную почту короткое извинение.
Чон позвонил ей. Она долго не брала трубку. Он все-таки дождался ответа, но понял, что позвонил зря. Слышны были звуки музыки и мужской голос. Логично было предположить, что она предпочла ему кого-то другого. Но об этом думать не хотелось. Как и том, что она могла дать ему то, в чем он больше всего нуждался.
Каждый день Ким-старший ходил в один из ресторанов, указанных в путеводителе. И убеждался, что вкусы у всех разные. Но ел он больше обычного. Еще прибавил в весе, что его расстраивало. Напольные весы находились в ванной, можно было на них и не вставать. Но утром он упрямо взвешивался, и дурное настроение на целый день было обеспечено. Он находил местечко, где утренний бриз приносил прохладу. Пил кокосовое молоко. Рядом сидели местные полицейские в выцветшей под палящим солнцем униформе. Они ели манго, стараясь не капать соком на форму.
Вечером, когда жара спадала, Ким Чон Нам одевался и шел в город в надежде кого-нибудь встретить. Ему нужна была компания. Он пил горячий шоколад и жадно откусывал большие куски фруктового пирога. Чувствовал себя бесконечно одиноким.
В тех местах молодые женщины любили мужчин. О Фрейде и всяком таком слышали немногие. Жили по старинке, ведь женщины доставляли столько удовольствия. Знатоки делились своими открытиями:
– Нет, ноги все-таки важнее глаз.
Он мечтал встретить женщину, которая бы ему нравилась.
Как-то по дороге ему понадобился туалет. Он зашел в порнокинотеатр. Из зала доносились звуки чужого оргазма. Ким тоже присел в кресло на несколько минут. Рядом оказались какие-то девчонки. Он поглядывал на них. Но они были поглощены действием, развивавшимся на экране. Оказалось, что у порнофильма есть сюжет, и когда героиню застрелили, его юные соседки зарыдали. Он вышел.
В ресторане он уже взялся за огромный десерт, принесенный официантом, когда услышал резкий женский голос, показавшийся знакомым:
– Эй, приятель, остановись! Не ешь это. Еще больше растолстеешь!
Ким-старший увидел девушку в прозрачном платье. Они были знакомы. Смотреть на нее было приятно. Он и смотрел. Он ведь очень хотел увидеть ее вновь.
За неделю до этого они познакомились в кафе, которое оказался приличнее, чем ожидал Ким. Здесь бывали иностранцы, так что ему предложили не только палочки для еды, но и нож с вилкой.
Не спросив разрешения, к нему подсел какой-то парень. Заговорщически заметил:
– Тут самые сексуальные девчонки в городе. И женственные. Я не люблю американок или европеек. Они слишком заняты собой. Любят поговорить об умном. – Он сплюнул. – Кому они интересны? А здесь все по-другому. Девчонки понимают, зачем они нужны. И готовы ко всему. Ко всему! Понял меня?
Парень был немного странноват. Возможно, причиной была смесь выпивки с какими-то таблетками, которые, как успел заметить Ким-старший, собеседник проглотил перед ужином. Едва ли это были прописанные врачом лекарства.
Одни девушки в кафе были в мини-юбках, другие ограничились бюстгальтерами и трусиками. У буддийского алтаря горели несколько свечей.
Новый знакомый показал на стайку девушек:
– Видишь красоток? Они все на продажу. Выбирай любую! – Пояснил Киму-старшему: – Заработки здесь никакие. Им приходится подрабатывать. – И он пообещал: – Я тебя кое-чему научу. Смотри. И повторяй все в точности. Тогда больше не придется спать в одиночестве.
Он схватил за руку одну из проходивших мимо девушек. Обнял ее за талию. Попытался усадить на колени. Но та выскользнула из его цепких рук. Она была похожа на тропический цветок.
Парень предложил:
– Прогуляемся?
– Куда? Зачем?
– Я куплю тебе выпить. Как тебя зовут? Прогуляемся и выпьем?
– Мне неохота.
– А чего бы тебе хотелось?
– Ничего.
– Так давай выпьем?
– Я не пью. И вообще я не такая, как ты думаешь.
И она ушла. Ким-старший проводил ее взглядом.
Приятель куда-то исчез, не заплатив за выпитое.
И тут за столиком появилась другая девушка. Она призывно улыбалась. Спросила Кима-старшего:
– Как тебя зовут?
Он представился.
– Хочу познакомить тебя с моими подружками.
Четыре девушки смотрели на него.
Придя в бар, девушки обычно заказывали какой-нибудь напиток и бесконечно долго потягивали его. Но когда к ним присоединялся мужчина и предлагал что-нибудь заказать, их охватывала невероятная жажда.
В Киме-старшем они почувствовали дилетанта. Начали с ванильного мороженого, потом изъявили желание пообедать, затем возникла необходимость сменить колготки. Они были откровенны, но снисходительны:
– Ты не красавчик. Хотя приемлем.
Если бы его назвали красивым, он бы не поверил. А такая характеристика его вполне устраивала. Он утешал себя тем, что красивые мужчины – глупцы. Он был готов считать себя не очень красивым. Ничего страшного. Но быть глупым – нет уж, только не это!
Но и считаться уродливым не хотелось. Чон Нам слышал, что уродливые мужчины иногда пользуются особым успехом у некоторых женщин. Но поклонниц необычной внешности еще надо найти.
Зато приемлемый мужчина мог рассчитывать на вполне приличную компанию. У здешних девиц ножки, может быть, коротковаты, но аппетитны. Грудь не как у Мадонны, но Ким и не гнался за размером. Он придавал значение форме. Пусть маленькие, но вызывающе торчащие, словно рвущиеся наружу. В обтягивающей майке. Считал: это лучшее, что создано эволюцией вкупе с текстильной промышленностью.
И конечно, ему нравились вздернутые носики. Большая редкость в Азии. Потому и нравились. Поначалу Киму-старшему казалось, что носик – это главное. Но впоследствии он передумал и насчет вздернутого носика не настаивал.
Все четыре подружки носили короткие юбки, и это было прекрасно. Они не отличались особой интеллектуальностью, зато обладали полезным для Кима жизненным опытом.
Он пил только вино и коньяк – напитки, которых не было в Пхеньяне. Вернее, все это привозили со спецбазы, но редко. Пиво Чон Нам не любил. Спиртное, невиданное дома, делало молодого человека свободным. Каждый глоток подтверждал, что он свободен.
Вечер за
