Дыхание Харриет становилось все громче и учащеннее, живот и спина напряглись. Ей дьявольски хотелось прижаться низом живота к подушкам и потереться о них, но она не делала этого, боясь огорчить Льюиса.
Новые и новые волны экстаза пронизывали ее тело, наполняя его приятной тяжестью. И Льюис, оценив ее покорность, решил, что пора порадовать ее дополнительной стимуляцией. Очень медленно и осторожно он ввел головку вибратора в изголодавшееся влагалище и одновременно наклонился и начал облизывать клитор.
Харриет хотелось кричать от восторга. Льюис то уменьшал, то увеличивал скорость вращения головки вибратора, доводя Харриет до полного безрассудства. Она не могла думать ни о чем, кроме прилива возбуждения и бешено пульсирующего клитора. Перед глазами возникли радужные круги.
Живот ее напрягся настолько, что слегка занемел. Она тонким голоском стала просить Льюиса позволить ей двигать корпусом, но он снова хлопнул ее по ягодицам, и она умолкла, наслаждаясь огненными ручейками, распространяющимися по жилам. Неожиданно они слились в один поток, ягодицы ее напряглись, и Льюис, угадав приближение оргазма, быстро вынул вибратор и резко вошел в нее сам, продолжая потирать клитор.
Харриет почувствовала, что она вот-вот взорвется от переполняющей ее лавы. В промежности стало нестерпимо горячо, и она закричала, громко и пронзительно, утратив над собой контроль.
Льюис начал двигаться быстрее и напористее, совершая пальцем круговые движения вокруг влажного вздрагивающего комочка. Стенки влагалища Харриет сжали его член так плотно, что он застонал и стал двигать торсом с потрясающей скоростью и мощью, заботясь исключительно о собственном удовольствии.
Оргазм Харриет достиг пика. Очутившись на гребне блаженства, она почувствовала, как сладкая конвульсия сотрясает ее с головы до ног, проникая даже в кончики пальцев. Ощущение было столь невероятным, что ей не верилось, что все это действительно происходит с ней.
На лбу и над верхней губой Льюиса выступил пот. Он с изумлением взглянул на Харриет, содрогавшуюся в оргазме, и мысленно отметил, что видит такое впервые. Ему тоже было с ней очень хорошо, как ни с кем раньше.
Уткнувшись головой в матрац, Харриет ждала, когда он произнесет какие-то хорошие слова, выразит свои чувства после совокупления. Но Льюис лишь молча лег рядом и, обняв Харриет, привлек ее к себе, поглаживая своими большими сильными ладонями.
Крис, подглядывавший в специальный глазок, пришел в жуткое возбуждение от увиденного. Однако сегодня он не собирался идти к Ровене: ему хотелось забраться в постель и думать о Харриет. Она была чрезвычайно ласкова и мила с Льюисом, продемонстрировав удивительную покорность и одновременно редкую страстность. Крису не терпелось самому овладеть ею и посмотреть, как будет себя вести англичанка с ним.
Он живо представлял, как Харриет исполняет его приказы и как он наказывает ее за ослушание. Он не ограничится легким шлепком по заднице, его любовные игры не покажутся ей забавным развлечением. Похоже, Льюис всерьез увлекся девчонкой! Крису доводилось наблюдать, как забавлялись Льюис и Ровена. С женой он вел себя не так, как с Харриет. Половой акт с Ровеной был для него таким же удовольствием, как вкусная еда или хорошее вино, но не более. Сегодня же Льюис не совладал с собой, позволил себе утонуть в пучине сладострастия. А его последующие ласки свидетельствовали об особом, нежном и заботливом, отношении к Харриет. Этого Крис не ожидал. Ситуация складывалась прелюбопытнейшая, над ней стоило хорошенько поразмышлять.
Через полчаса, когда Харриет уснула, Льюис покинул ее спальню и спустился в кабинет, откуда позвонил сценаристу Марку. Тот отозвался раздраженным и сонным голосом.
— Я хочу, чтобы ты немедленно приехал ко мне, — сказал Льюис.
— Черт подери, Льюис! Ты знаешь, который час?
— Раз днем ты все равно бездельничаешь, это не имеет значения. Приезжай, да побыстрее!
— К чему такая спешка?! — воскликнул Марк, спустя двадцать минут войдя в притихший особняк.
— Меня посетила великолепная идея, хочу поделиться ею с тобой.
— Что ж, ты босс, — сокрушенно вздохнул Марк.
— Вот именно, — улыбнулся Льюис. — Так вот, новый поворот сюжета. Переспав с единокровным братом, героиня решила соблазнить собственного мужа.
— Зачем ей это нужно, если они женаты?
— Верно. Однако она пытается соблазнить его в кабинете.
— На письменном столе? Что ж, это забавно, хотя и не оригинально.
— Хорошо, — улыбнулся Льюис, — пусть не на столе, а в кресле, в котором он сидит. Она задирает подол платья и садится мужу на колени.
— Вот это впечатляет! — оживился сценарист.
— И когда они близки к оргазму, в кабинет врывается их новая секретарша!
— Зачем? — вытаращил глаза Марк. — И даже не постучавшись?
— Хороший вопрос! Пусть в сценарии она постучится. Но, приняв невнятное бормотание героини, находящейся в экстазе, за разрешение войти, она войдет.
— Оригинально! Мне все это нравится! — улыбнулся Марк. — И что же дальше?
— Дай подумать… Пожалуй, будет лучше, если она замрет от удивления и станет наблюдать происходящее.
— Как! Образцовая секретарша застынет на месте? Это неправдоподобно! Она должна повернуться и уйти.
— Согласен — но этого не происходит! Ей, возможно, и хотелось бы так поступить, но ее завораживает эротизм этой сцены.
— И как ведет себя в такой ситуации жена?
— По-моему, она остается весьма довольна, — ответил с улыбкой Льюис. — Девушка представляет собой угрозу для семьи, жена это понимает. А как лучше продемонстрировать сопернице, что муж по-прежнему страстно любит жену? Что послужит более наглядным свидетельством его пылкой страсти, чем соитие в его кабинете? Он не в силах совладать с собой и овладевает героиней прямо в кресле! Это апофеоз!
— Да, пожалуй… Но как смогут после этого женщины смотреть друг другу в глаза?
— Им обеим будет не по себе. Жена ожидает, что секретарша смущена и подавлена, однако все оборачивается иначе. Секретарша держится спокойно и этим выводит героиню из равновесия. Понятно, Марк?
— Не совсем, — признался сценарист.
Льюис тяжело вздохнул:
— Честно говоря, мне тоже пока не все ясно. Допустим, девушка просто-напросто смирилась с реальным положением вещей и решила сделать вид, будто бы ничего особенного не случилось. Именно это и бесит героиню! Согласись, Марк, любому станет не по себе, если его ожидания не оправдаются.
— Ты полагаешь, что наша суперсекретарша созрела для такого поступка? — вскинул брови Марк.
— Да, вполне! — кивнул Льюис. — А чтобы это вы глядело на экране более убедительно, неплохо показать еще одну сцену — страстное совокупление секретарши и мужа героини. Пусть она произойдет в тот же вечер.
