Ужас парализовал Миранду, когда она прочла название песни, выведенное аккуратным детским почерком. Она сначала побледнела, потом залилась краской.
— Нет! — вырвалось у нее. — Только не эту, Грег! Это… глубоко личное. — Она попыталась схватить листок, но брат отдернул руку. — Умоляю тебя, отдай. Это не для… Придется сжечь ее.
— Через мой труп! — подал голос Фил.
— И мой тоже, — присоединился к нему Дилан.
— Вам она только кажется удачной, — настаивала Миранда. — Это совершенно сырой текст.
— Бывает, что и с первого раза получается. Но ты права, Анди, — заключил Грег. — Это действительно никакая не удача. Это сенсация, говорю вам!
Миранда снова покраснела.
— Я не могу… Этого вообще никто не должен слышать!
— Кажется, я тебя понимаю. — Дилан хрюкнул. — Довольно бесстыдное произведение для такой тихони, как ты.
Лицо Миранды стало совсем пунцовым, и ребята расхохотались.
— Где только ты собрала такой великолепный материал? — поддразнил ее Генри.
— Ну, ладно вам, ребята, — вмешался Грег, вызвав новый взрыв смеха.
— Миранда, прости наши незамысловатые шутки, — добродушно сказал Дилан. — Но эта песня может стать настоящим хитом.
— Хитом?.. — еле выдавила она, призывая на помощь всю свою выдержку. — Грег?!
— Дилан хочет сказать, что лучшего блюза для записи нам не найти, — отозвался тот.
— Но я не хочу из личного делать публичное. Это все равно как раздеться на сцене, — еле слышно пробормотала она.
— Это эротика высшей пробы, я такого никогда не слышал, — продолжал Грег. — И мы подумали, не спеть ли тебе ее сегодня для проверки? Уверен, все просто попадают со стульев.
— Я — сегодня?! — помертвела Миранда. — Вы с ума сошли! Забыли, что я вас выручаю только до будущей недели?
— Ты же знаешь слова, солнышко, а отрепетировать мы можем прямо сейчас, — произнес брат как можно убедительнее.
— Нет. Ваши шутки зашли слишком далеко, — отрезала она.
— Но альбом с этой песней и всеми остальными, — он показал на тетрадь, — пойдет нарасхват. Говорю тебе, победа никогда еще не была так близка!
Миранда раздраженно мотнула головой.
— Вы стреляете наугад, мечтая попасть в десятку!
— Не попасть, а возглавить, детка! — воскликнул Грег. — Ведь это звучит феноменально. Публика будет рыдать. — Он выпятил нижнюю губу. — Впрочем, записи действительно подождут возвращения Софи. Но ты позарез нужна нам сегодня вечером.
— Ты для нас не просто меццо-сопрано, — добавил Дилан, ухмыляясь в рыжую бороду. — Давай посмотрим, как это звучит!
— Ладно, хватит подлизываться, — вздохнула она. — Но вы все равно преувеличиваете.
К удивлению Миранды, ей даже не пришлось заглядывать в текст. Слова легко всплывали в памяти, а музыка, заполнившая кухню, казалось, звучала внутри нее. Она сохраняла хладнокровие, но в душе оплакивала влюбленную девочку, сумевшую найти такие точные, яркие, нежные слова.
— Что я говорил? — ликовал Грег. — Мы произведем фурор!
— Только петь ее на сцене я все равно не буду, — твердо заявила Миранда.
Музыканты взвыли от досады.
Она спустилась по черной лестнице, и ноги сами понесли ее на задний двор к изгороди. С усилием отворив калитку, висевшую на ржавых петлях, Миранда побрела по тропке, змеившейся среди низкорослых акаций, и дошла знакомой дорогой до ручья. После дождей его заполнял мутный поток, но большую часть года это была просто цепочка луж и заиленных промоин. Старый мост бесследно исчез, и на его месте красовался крепкий пешеходный мостик. Папа с дядей Дугласом расстарались. Крепки задним умом…
С растущим волнением Миранда скользнула взглядом по травянистому склону. Их заветное место. Скривив губы в циничной улыбке, она вдруг начала карабкаться наверх, пока не остановилась в изнеможении под тенистым навесом. Как все это знакомо — ручей, редкие рощицы акаций, пасущийся в отдалении скот и… тропа. Тропа, ведущая к Стивену.
О, Стивен… Молодая женщина медленно опустилась на песок, покрытый остатками выгоревшей за безводный сезон травы. Сосущая пустота вновь шевельнулась внутри, заставив ее сжаться в комочек. Почему он пошел на это? После всего, что они испытали вместе. Особенно после ночи, вдохновившей ее на эту злосчастную песню.
И теперь она должна петь на публике о самом сокровенном! Впрочем, почему сокровенном, с издевкой спросила себя Миранда. Доверяя тогда бумаге слова и ноты, она просто витала в облаках, а теперь стыдится признать собственную наивность.
И стихи, и музыка были продолжением любви Стивена. Его прикосновений. Его губ, скользящих по телу. Она протестующе тряхнула головой. Какой же детской была ее мечта покорить мир своими песнями!
На губах дрогнула горькая усмешка. «Глядите, да это же знаменитая Миранда Бейкер!» Только в своих грезах она примеряла к своему имени совсем другую фамилию…
Миранда попыталась рассмеяться, но смех перешел в удушливый кашель. Вот и не зарекайся. Живи одним днем!
Как стремительно все полетело тогда вверх тормашками. И какая чудовищная работа потребовалась, чтобы разгрести завалы прошлого! Если бы не злая шутка судьбы, разве одолевали бы ее сейчас мучительные сомнения? Эта песня была бы для нее рядовой работой, просто словами, положенными на музыку.
Миранда решительно вскочила на ноги. Довольно! Хватит киснуть. Появление Стивена разбудило в ее душе шаткую надежду. Но нельзя поддаваться иллюзиям.
Сбежав с крутого берега, молодая женщина заторопилась домой. А этот фарс, разыгранный перед Стивеном, чтобы досадить ему? Она — солистка «Кантри Блюз». Это же курам на смех! Стивен не будет страдать. Да и бог с ним, в конце концов.
Что ж, осталось одно выступление. Потом вернется Софи, а сейчас нужно использовать свой шанс.
Она появилась из-за деревьев в тот самый момент, когда ее брат уже заносил ногу, чтобы перелезть через ограду, а следом дожидались своей очереди Дилан и какой-то очень знакомый брюнет.
— Вот ты где! — выпалил Грег. — А мы уже беспокоились. Ты ничего не сказала…
— А между тем пора обедать, — закончила за него Миранда.
— Ребята отправились домой перекусить и собраться, а мы позвали Стивена отведать твоих яств, — учтиво доложил Дилан.
— В знак благодарности за транспортные услуги, — торопливо вставил Грег.
— О! — Самообладание Миранды пошатнулось, но на сей раз она справилась с волнением. — Захотелось острых ощущений, Стивен? — съязвила она, дерзко прищурившись.
— Блаженны алчущие, ибо насытятся, — прогнусавил Грег и, обняв сестру, развернулся, чтобы дать хорошего пинка калитке. — Чертова хреновина! Опять заело. Придется перелезать. — И он проворно перемахнул через ограду.
