Каждый раз он едва не подскакивал на месте. Само то, что она, такая, как она есть, существовала в действительности, шла к нему на встречу и хотела заговорить с ним, каждый раз было новым, потрясающим и необыкновенным откровением.
Она поцеловала его в щеку, закурила, опустилась в кресло напротив, сделала глоток пива из его стакана, поморщилась оттого, что оно почти выдохлось и стало теплым, и громко выдохнула.
— Джейми, послушай: мне нужно, чтобы ты кое-что мне пообещал.
— Только после того как ты извинишься за то, что вытащила меня сюда в такой час, а потом заставила ждать сорок пять минут.
— Это ты должен меня поблагодарить. — Она выпустила дым прямо ему в лицо. — Я стараюсь ради твоего же блага.
— В чем дело?
— Дело в том, что я хочу предупредить тебя о том, что Шелли спит и видит сны о скором замужестве.
— Иди ты...
— Джейми, пообещай мне, что ты не женишься на ней.
— Очень надо!
Он рассмеялся. Он мог понять Майка — тому было под тридцать, собственный дом и счет в банке, но им с Шелли только по двадцать два. Они оба не относились друг к другу серьезно. Правда...
Не так давно Шелли плакала, когда он уходил от нее домой. Она сказала, что он использует ее, что они почти не разговаривают и он даже не пытается быть внимательным к ней, если только они не в спальне. Это было неправдой. Джейми был всегда с ней очень добр и заботлив. Разве что они по-разному понимали эти слова. Или все время, пока они были вместе, она ждала, чтобы он выкинул что-то такое, что до сих пор не приходило ему в голову.
— Она сказала, что хочет за меня замуж?
Сара кивнула.
— Только умоляю тебя, пообещай мне, что ты не позволишь этому случиться.
— Конечно, нет! Я не хочу... в смысле, естественно, когда-нибудь захочу, но не сейчас и не... Я даже не знаю... Я ее, наверное, люблю, я так думаю, но...
— Просто пообещай мне.
Их взгляды встретились.
— Я обещаю, что я не женюсь на Шелли.
Она кивнула.
— Умница. Хороший мальчик.
5
Пять с половиной лет назад, когда Сара еще жила под крышей родительского дома, она получила почтовую открытку. Это было в первый рабочий день после рождественских праздников, а значит, спустя два дня после ее дня рождения, так что в почтовом ящике было несколько открыток, адресованных ей.
Первая была от бабушки Сары по материнской линии. На ней был изображен букет желтых цветов, а внутри открытки было стихотворение о пробуждающейся женственности. Вторая открытка была от тети Глэд и дяди Рика. На ней тоже были цветы, но, к счастью, никаких стихов. На ней просто было написано «Счастливого шестнадцатилетия!». Третья была от бабушки и дедушки по отцовской линии. Они жили в Тасмании, и Сара никогда с ними не встречалась, но каждый год получала от них поздравительную карточку и двадцать долларов. В этом году, к ее удивлению, сумма возросла до двадцати пяти.
— Эй, мам! Бабушка и дедушка Кларк прислали мне в подарок двадцать пять баксов! Они однозначно поняли, что мне уже нужно больше денег, потому что я взрослая.
Ее мать оторвалась от книги на минуту, чтобы посмотреть на нее.
— Шестнадцать лет — это еще не тот возраст, когда можно называть себя взрослой. Сара, если это приведет к очередному разговору о том, что ты хочешь пойти работать, то лучше прекратим это сразу.
— Я просто хочу, чтоб у меня были карманные деньги. Ты ведь всегда говоришь, что мы должны научиться быть ответственными и независимыми.
По правде говоря, Саре требовались деньги на выпивку, травку и одежду, которую ее мама уж точно бы не одобрила.
— Сара, я не хочу больше это обсуждать. Как только ты окончишь институт, у тебя будет работа, а до тех пор изволь об этом забыть. Все. Разговор окончен.
Она вернулась к книге.
Надувшись, Сара открыла последнюю посылку. Открытка была простым белым глянцевым листком с одной-единственной золотой розой, тисненной золотом на обложке.
Внутри элегантным почерком было написано: «Твои прекрасные шестнадцать лет... я никогда не забуду тебя».
Сара несколько секунд не могла вдохнуть. Несмотря на то, что карточка была не подписана и — она проверила конверт — на ней не было обратного адреса, Сара знала этот почерк так же хорошо, как свой собственный. Это был тот же самый почерк, которым были когда-то написаны слова «Ты звезда» и «Отличная работа, но не забывай указывать источники». Позже этот почерк все чаще появлялся на обрывках бумаги, говоря: «Я все время отвлекаюсь, глядя на твои коленки» и «Пропусти сегодня тренировку по футболу, мне необходимо еще раз поцеловать твои плечи...»
Она однажды призналась ему, когда они лежали, обнявшись, после секса, что очень боялась остаться нецелованной в шестнадцать лет. Она сказала, что боялась, что никому никогда не понравится, что ни один мужчина ее не захочет, и она станет очень умной, но одинокой ученой женщиной. У нее будет несколько образований и уйма кошек
Он ответил, что, когда ей исполнится шестнадцать, ее поцелуют столько раз, что она будет смеяться над своими былыми страхами. Еще он сказал, что, когда ей исполнится шестнадцать, она уже забудет о его существовании. Она ответила, что этого никогда не случится, и говорила совершенно серьезно.
Воспоминания о нем заставили ее лицо вспыхнуть, а взгляд затуманиться.
Она сидела, не двигаясь, изо всех сил стараясь унять дрожь в ногах, пока ее мать не отвлечется от чтения опять и не заметит, что с ней что-то не так.
Она вглядывалась в открытку до тех пор, пока слова не начали расплываться перед ее глазами. Всего несколько слов! Неужели он не мог написать еще хоть два слова? Неужели ему было трудно хотя бы написать свое имя? Не потому, что она не поняла бы, кто это, нет, просто потому, что это было его имя. Неужели он не мог подарить ей хотя бы это?
Сара встала, держа в руках поздравительные открытки и двадцать пять долларов.
— Можно мне пойти к Джейми?
Мать посмотрела на нее поверх книги и нахмурилась.
— Ты много времени стала с ним проводить в последнее время. Ты с ним встречаешься?
Сара скорчила рожицу, хоть мать все равно этого не видела.
— Ты же запрещаешь мне встречаться с мальчиками.
— Вот именно.
Сара провела пальцем по золотой розе.
— Вот именно. Так можно мне пойти?
— Да, Сара. Но, пожалуйста, переоденься. Если ты придешь к Джейми в таком наряде, он может не принять всерьез то обстоятельство, что я запрещаю тебе встречаться с мальчиками.
Сара удивлялась, как ее мать умудряется знать, во что она одета, если почти не смотрит на нее. Кроме того, Джейми никогда не относился к ней как к девушке. Она могла заявиться в гости в одном белье, а он только поинтересовался бы, не хочет ли она поиграть в «Нинтендо». В любом случае она вовсе не собиралась идти к Джейми. Она собиралась найти себе кого-нибудь для того, чтобы заняться сексом. Кого-нибудь в возрасте. Это был ее подарок самой себе на день рождения, на который ее вдохновил мистер Карр.
