моего мальчика. Он бежал ко мне со всех ног. Приблизившись ко мне и часто моргая глазёнками, он сказал, что на крючок попался чертёнок. Пока мы бежали к его снасти, сын торопливо рассказал, что попавшееся на крючок существо покрыто шерстью и хвостатое. Бывалый рыбак, я вздрогнул от неожиданности. Когда я попытался вытащить чудное животное, крючок высвободился из тела незнакомца и с клоком шерсти оказался на льду. А животное, обдав нас ледяными брызгами, исчезло на радостях под водой. Чертёнок сына на самом деле оказался обыкновенной ондатрой. Она, видимо, караулила мальков возле хлебных крошек и по неосторожности зацепила крючок.
За всю мою многолетнюю рыболовную практику это был единственный случай попадания ондатры на крючок. Но на свободе в летнее время я не раз наблюдал, как они плавают по озёрной глади. Иногда даже с пучком озёрной травы во рту. Наверное, для гнезда.
Ночь на рыбалке
Я, сын Юрий и племянник Сергей прибыли ближе к вечеру на противоположный от города берег Камы. Пятого сентября погода стояла чудная. Мы размотали наши любимые рыбацкие снасти – закидушки. Клевало слабо. День быстро угасал. Возвращаться домой не хотелось. Мы решили заночевать на берегу. Собрали в кучу остатки сухого плавника, чем и обеспечили себя добрым костром на всю ночь. Он и обогревал нас, и отпугивал вездесущих комаров, и как неугомонный собеседник шептался с нами напролет всю ночь.
Вот уже полностью стемнело. Было совершенно безоблачно. Над нами открылась во всей красе «бездна, звезд полна». Им действительно не было числа, как и бездне – дна. Точнее М.Ломоносова тут, пожалуй, и не скажешь. Мы невольно заговорили о мироздании, о космосе, о возможной жизни на иных планетах в других звездных системах, о летающих тарелках, об инопланетянах, тоже созерцающих яркий звездный купол неба. Каким видится им наше Солнце и знакомые нам созвездья Большой и Малой медведиц? Вопросы чередой ставились один за другим и большей частью, как всегда, безответные.
Из костра же время от времени веером разлетались во все стороны искры, дополняя звездность неба и гармонируя с ним. Взошла луна. Она в эту ночь была в фазе полнолуния. Яркость звезд и неба заметно ослабела. Чем выше поднималось ночное светило, тем все больше наша ночь становилась похожей на белую ночь в районе Северной столицы. Вода на поверхности Камы отливала чистейшим серебром и плавно качала тянувшуюся в нашу сторону лунную золотую дорожку.
Кто-то первым заметил пролетающий прямо над нами искусственный спутник Земли. Он, как маленькая звездочка, не мигая, довольно медленно двигался с востока на запад. А самолеты в ночном небе узнаются с земли быстро по прерывистому миганию проблескового маячка. Самолеты летают в нашем небе всю ночь. Мы насчитали за ночь несколько десятков.
Неожиданно Сергей воскликнул: «Поглядите-ка, ночная тарелка!». Мы разом задрали головы: прямо над нами прочертил очень яркий след большой небесный пришелец – метеор. Он за секунду раскололся на две огненные части, которые еще секунду двигались одна за другой на небольшом удалении и быстро сгорели, оставив на мгновение несколько искр, точь-в-точь как из нашего костра. Гляди, человек, задирай выше голову и любуйся нездешней чудо-красотой!
Наконец зазвенел, заливаясь в ночи, колокольчик на одной из закидушек. Юра посмотрел на часы. Они показывали ровно 3 часа. Мне почему-то подумалось, что это подобрался нас будить (и так неспящих) ночной хищник – сом. Втроем мы побежали, как по команде, к месту сигнала. Мне, видимо по старшинству, доверили выбирать в ночи леску. Где-то на полпути я ощутил живую тяжесть и знакомые толчки и подергивания лески кем-то в воде. Я успел даже прошептать ребятам, что веду к берегу сома. Каково же было наше удивление, когда на мелководье заплескалась солидная рыбина в крупной чешуе, «как жар горя» в лунном свете! Мне невольно пришлось внести поправку в прежнюю гипотезу насчет сома. Я стал утверждать, что это крупный язь либо голавль. Даже в самую лунную ночь их отличить бывает трудно. Только на рассвете мы точно установили, что это голавль весом 2 кг. Он лежал на берегу перед моими глазами, как далекий пришелец из детства. Тогда мы ловили голавлей в Кичуе, насаживая на крючки кузнечиков, дождевых червей и изредка хлеб, которого и самим не хватало.
На этот раз ночной донный охотник заглотил солидного малька. Хотя у голавля нет видимых признаков хищника: внутренность рта и глотка у него гладкие, как современные пластиковые водопроводные трубки. Во рту этой рыбы нет ни одного зуба. Тем не менее рот голавля приличного размера, что и позволяет ему в непостные дни заглатывать живцов из разряда малолетних рыбок.
С поимкой рыбины космос отступил как-то на задний план. Мы занялись совсем прозаическим делом: к утреннему завтраку решили сварить ушицу из голавля. Она удалась на славу. Да и редко случается съесть что-либо на берегу без аппетита. Тем более после ночевки у воды.
Голавли и раньше-то очень редко попадались на крючок в Каме, а теперь и подавно. Достаточно сказать, что этот рыбацкий трофей оказался на крючке у нас с перерывом в 20-25 лет. Видно, такой большой промежуток времени нужен голавлю, чтобы нагуляться вволю, превратиться в матерого и, наконец, осчастливить рыбака, подобного мне.
На утренней зорьке удалось подцепить еще две пары судачков. Их мы привезли домой к отчету. Такой трофей, почти без костей, хозяйки особенно обожают.
На рассвете довелось наблюдать повадки другого берегового охотника – цапли. С каким удивительным вниманием эта длинноногая птица высматривает добычу на мелководье. Она приглядывается к береговой кромке прямо как человек, затаив дыхание. Мгновение, ловкое движение вниз – и заметавшийся в клюве лягушонок сопровождается в желудок птицы. Изредка ей попадаются на завтрак и мелкие ужи, и ослабевшие от чего-то рыбки. Цапля – охотник тоже классный. Она вроде бы и не ловит добычу, а цапает ее. Отсюда, видимо, и повелось название за этой птицей.
Ночь на рыбалке, хотя светало только после пяти часов утра, пролетела быстро и, как нам показалось, содержательно. В меру уставшие, пропахшие дымом костра, но довольные, к обеду мы возвратились в город. Возвращение домой – не менее приятно, чем рыбалка. А каким крепким и здоровым бывает сон после ночевки на берегу! Не верите – проверьте на себе сами.
Погоня
Люблю бывать летом на рыбалке у сентяковской горы. В жаркую пору береговые камни раскаляются там как кирпичи в деревенской печке. Можно прокалить на них подошвы ног
