В темных глазах госпожи Кии мелькнуло понимание и благодарность.
Больше не было загадочной двусмысленности сна и яви, а также игры лиджуан, туманящей разум. Сейчас она принесла ему четкое и ясное послание:
— Мы просим помощи мастеров сна Полиса, — сказала женщина, одетая в траурные одежды. — Я хочу убедить тебя передать послание, стать моим доверенным лицом и предоставить твой мир снов как моего связного. Как площадку встречи со старшим представителем Пятиглава.
Дэймос усмехнулся недоверчиво. Это, действительно, было слишком прямо и смело. Самоубийственно смело. Любопытно, как она себе это представляет? Танатос явится к мастерам сна Полиса с призывом о содействии Бэйцзину. Успеют ли они поблагодарить гонца за ценную информацию, прежде чем отправят на перековку?
Харита словно не замечала его выразительной ухмылки:
— Авария на заводе означает, что дэймосы начали передел собственности. Для них очень удачным оказалось убийство, которое ты совершил.…Я уже говорила тебе, что ты слишком активен. Теперь это повлекло за собой цепочку очень тяжелых и трагических событий, множество смертей. Я тебя в этом не обвиняю. Это обычное свойство сновидящих твоей природы. Но нам нужно остановить то, что происходит. Потому что будет хуже.
Три смерти в год — мелькнуло в памяти давнее наставление Нестора. А он, едва выйдя из дома, убил пятерых. Если не считать всех погибших в результате выброса. Да, Феликс не обольщался, вина в этом лежала исключительно на нем.
«Удачно» получилось: один из сильных дэймосов, держащий предприятие в своих руках и распоряжающийся прибылью, ликвидирован. Легко устроить диверсию и свалить все на покойного Лихонга. Как плохо он управлял заводом, довел до катастрофы, да еще и сам погиб. Теперь можно вынудить правительство передать миллионно-прибыльную компанию другим, более опытным и знающим. Уж они-то до такого не доведут…
Молодой танатос кивнул своим мыслям. А Киа продолжила:
— Границы закрыты. Выехать невозможно. Я не смогу никого отправить прямо сейчас. Но ты окажешься в Полисе уже в ближайшие дни. У нас есть выходы на тех, на кого надо выйти. Мы собрали всю информацию, но у нас нет сил, чтобы совладать с ситуацией. Я обещаю тебе защиту и неприкосновенность твоих интересов. Сейчас и в будущем.
Ее голос был негромок и мелодичен, но в нем звучала такая сила и несгибаемая воля, что Феликс почувствовал, как мир снов начинает плыть, словно от порыва сильного ветра.
— От тебя требуется только прибыть в Полис. Добиться аудиенции главы Пятиглава. Я закрою твой мир, они не узнают твоей истинной сути. Позже я объясню Тайгеру, что ты мой родственник. И потому у меня была возможность выйти с тобой на связь.
В размытых картинках, которые проносились мимо, он видел, как именно она может «укрыть» его. Легкие, но очень достоверные образы. И это была не только обычная уловка дэймосов — перекидывать могилы своих жертв в мир снов другого, более слабого сновидящего. Госпожа Киа меняла саму суть его мира. Делала другие акценты. Высочайшее мастерство хариты…
— Дэймосы перешли последнюю черту. Теперь и Полис пострадал. Его граждане.…твои спутники… Это дополнительная причина вмешаться. Узнав всю правду, Пятиглав не сможет не отреагировать. Мне известно, что сейчас у них тоже тяжелая ситуация, но для них недопустимо будет остаться в стороне. Пожалуйста, помоги нам, феристис.
Образ ее стал отдаляться, а черно-белую картинку постепенно заполнила белесо-сизая мгла.
— И… я очень рада, что ты выжил, сын Лиатонг, — вздохнул мир снов голосом бэйцзинской сновидящей.
«Я помогу», — не успел ответить Феликс… и сон закончился.
Домой, в Полис, они возвращались вдвоем. Мия с отеками на лице, с темными тенями под глазами, сидела в кресле вагона Гиперпетли и прижимала к себе лук в чехле. Единственное, что осталось у нее от прежней, разумной и стабильной жизни.
Остальные из команды стрелков ехали в отдельном вагоне.
В надежно запечатанных гробах. Феликс и Мия сопровождали тела соотечественников домой.
Бэйцзин принес Полису глубочайшие извинения и соболезнования в связи с произошедшей трагедией.
* * *
Глава 5
ОЧЕНЬ ДОЛГИЙ СОН
Картинка поплыла, начала смазываться, словно мир, в котором я был только что, поглотила глухая тень Танатоса. Не убийцы-дэймоса, а бога смерти.
Еще пара мгновений парения в пустоте, и я снова стоял в гостиной своего надежного, таинственного убежища. За распахнутыми окнами пели птицы, пролетали, бархатно гудя, пчелы, стрекотали далекие кузнечики на берегу.
«Обгоняя сон», — мелькнула чужая полумысль-полуощущение. Он учил меня погружаться в тот мир так быстро, чтобы обойти всех возможных врагов. Чтобы они не могли даже уловить этот переход из одной реальности в другую. Значит, изначально это было умение Феликса, и он дал мне возможность перенять его… А вот убивать с такой же легкостью так и не смог обучить.
Безмятежный летний зеленый день разрушил тихий скрип отворяемой двери.
— Аметист… — прозвучал за спиной знакомый до последней интонации голос.
Можно было не оборачиваться. Я и так знал, что он стоит, прислонясь плечом к дверному косяку, и насмешливо смотрит на меня. Точно такой же, как прежде. Если считать тело сновидения копией реальной оболочки.
— Здравствуй, Феликс… Феникс.
— Хорошо, что ты нашел дорогу сюда.
— С твоей помощью.
Я все же обернулся.
Он стоял там, где я вообразил. Светлые глаза на загорелом лице смотрели на меня внимательно и напряженно. В темных кудрявых волосах застрял клок паутины, точно дэймос только что спустился с чердака, где искал что-то в пыли и запустении. Хотя и вернулся, видимо. Только с чьего? Серые брюки и черная рубашка с закатанными рукавами, которая была на нем в последний раз в реальности.
Это снова напомнило мне о том, что мой учитель мертв.
— Что это за место?
— Тайник. Убежище… — улыбнулся Феникс многозначительно, — фрагмент моего подсознания, вплетенный в канву мира снов.
«Как запись на пленке? — подумал я. — Как… беседа с программой искусственного интеллекта? Визуальный образ тела сновидения, словно трехмерная голограмма… Стандартный набор фраз, с возможностью изменения в зависимости от моих ответов… Вроде типового завещания-последнего напутствия для детей от умерших родителей? Когда можно побеседовать с видео- голограммой: близкий человек, которого давно нет рядом, тебе ответит — если произнесешь конкретную фразу, слово, или задашь правильный вопрос. Это будут его истинные мысли, его совет тебе, его рассуждения. А запись была сделана, естественно, при его жизни и он хотел оставить такой вариант посмертной беседы. Чтобы как можно сильнее уменьшить чувство потери. Это возможно?.. В мире снов реально сделать такое же, как и в реальном?»
— Он закольцован сам на себе. Здесь я могу говорить с тобой свободно. Все, что ты увидишь и услышишь, останется тут, и никто не сможет вытащить воспоминания об этом из твоего подсознания. А если попытается, его просто выкинет из твоего сна.
— Как выбросило Амину, исцеляющую моего дэймоса?.. Ты знаешь про нее?
— Конечно. Я же у тебя в голове. — Он улыбнулся как тогда, десятки лет назад, когда выволакивал меня из моего персонального кошмара.
Нереально было стоять рядом с учителем, считать его давно погибшим и видеть вновь вернувшимся… живым. Пытаться разделить с ним свое прошлое, которого для него не существовало.
— Я тоже скучал, когда он умер, — произнес Феникс тихо, явно читая мои мысли.
— Твой наставник? Нестор? Отчего он умер?
— От старости. Представь себе, Аметист, иногда дэймосы умирают от старости.
— И где…?
— Ты был на кладбище. Рядом с моей могилой — старый холмик, поросший травой. Он лежит под ним. Ты похоронил меня рядом с моим учителем.
Было дико слышать эти слова о смерти и похоронах, стоя рядом с так похожим на живого Феликсом… Фениксом.
