— Готовы?
— Он готов, — сказал Джакопо.
Ник хотел спорить. Что бы ни говорил Джакопо, рубаха, треуголка и повязка на глазу не делали его пиратом. Он не мог управляться с повязкой. Он схватил ее и сунул в карман, а Максл распахнул дверь.
Они чуть не задохнулись от запаха табака и дыма, темного запаха рома. Мужчины сидели у стола с монетами и картами. Они не сразу повернулись и заметили чужаков. Но они вдруг испуганно закричали, бросили карты и вскочили на ноги. Ник потянулся к шиварсте. Он вытащил меч из-за пояса, рассекая воздух. Максл рядом с ним был с кинжалом, Дарси — с мечом из реквизита, который выглядел опасно, хоть и сложился бы к рукояти от малейшего давления.
Самый большой из трех пиратов стал ругаться на чужом языке.
— Максл! — завопил он, снова выругался. Он поднял руки, и Ник увидел себя и друзей в зеркало напротив двери. Может, они были страшнее, чем он представлял. Максл скалился с синим лицом, махал кинжалом пиратам. Коломбо зловеще выглядели в своих костюмах — особенно Дарси, которая убедительно хмурилась и стреляла взглядом по каюте.
А Ник… едва узнавал себя. Последние дни изменили его. Его черные волосы стали длиннее, торчали из-под треуголки капитана Дельгвардино. Его густые брови были решительно сдвинуты. Несколько дней на солнце сделали его не таким бледным. Он покинул Массину мальчиком, а теперь выглядел как мужчина.
— Макака, — сказал Максл крупному мужчине, который явно возглавлял трио. Его лицо было румяным и широким, глаза глубоко сидели в черепе, словно он смотрел на мир издалека. — Рад снова тебя видеть.
— Ты вернулся? — Макака говорил на кассафортийском, отвечая Макслу. Это был не его первый язык, но акцент был слабым. — Решил превзойти меня? — он говорил уверенно, но поглядывал на Ника и Коломбо нервно.
— Это не сложно, — фыркнул Максл.
— Ты опоздал. Завтра мы поднимем парус, и я — капитан. Да, парни? — два других пирата кивнули, но невесело, хотя стояли за Макакой.
— Да, мы отплываем завтра, — сказал Максл. — Но с новым капитаном?
— Тобой? — Макака плюнул на пол. — Скелетом? Вряд ли, — Максл покачал головой. Он просто кивнул на Ника.
Ник замер, когда все посмотрели на него.
— Этот мальчик? — спросил Макака. Он рассмеялся и опустил руки. — Хорошо, Максл. Я скорее наряжу овцу в платок и поставлю за штурвал, чем стану слушаться мальчишку.
Дарси прошла вперед.
— Следите за манерами, синьор! — она встала перед Макакой, а потом ударила его по лицу изо всех сил.
Круглолицый мужчина сжался в шоке. Его рот раскрылся, ладонь потерла челюсть.
— Проклятье! Ты за это заплатишь, сволочь.
— Тронешь ее, сам заплатишь, — Ник удивился тому, как произнес это твердо, хоть и тихо. Он звучал почти зловеще. Он слышал этот голос у кого-то раньше. Дарси тоже удивилась. Она отошла к нему.
— Кто сказал? — Макака покраснел от гнева.
Ник шагнул вперед и направил кулак к лицу мужчины, но не ударил, а показал рукоять короткого меча Макаке. Он увидел, что три пирата впервые заметили кость и волосы. Он понял, что привлек их внимание. Он слабо улыбнулся. Он вспомнил, где уже слышал этот голос.
Он выпрямился, вспомнив совет синьора Артуро. Глубоко вдохнул. И стал тем, кем хотел, чтобы они его видели.
— Мое имя не важно, — заявил он. — Можете звать меня Дрейк… или капитан.
11
Говори слова из сценария и только эти. Не импровизируй. Не воображай. Не позволяй делам на сцене мешать тексту. Встань прямо и громко произнеси их, чтобы ни одно слово творца не было потеряно слушателями.
— «Совет актерам» забытого драматурга Кармины Спальди
Во время своего правления как самый плодовитый торговец украденными товарами в западном Кассафорте Дрейк развил манеры, которые говорили миру, что с ним нельзя было шутить. Хоть он не был из Семи или Тридцати, Дрейк вел себя как они — расправив плечи, высоко подняв голову, выставив чуть вперед правую ногу, словно все время позировал для портрета Буночио. Хоть он не родился богачом, он знал тайный язык богатых, знал, как сиять среди тех, кто больше всего ценил золото и вещи. Поразительно, как легко Ник это вспомнил и изобразил сам, переняв повадки самого жестокого господина. Без страха, что на него нападут, он прошел по каюте, глядя на мелкие вещицы, словно осматривал свинарник.
— Отвратительно, — заявил он. — Но для моих целей сойдет.
— Для твоих целей? — Макака оскалился, но голос был уже не таким уверенным. Он оробел.
— Да, — Ник задрал нос, глядя на мужчину, а потом кончиком шиварсты надавил ниже пояса Макаки, разворачивая его, словно разглядывал мясо.
— И что это за цели? — спросил Макака.
Он не был рад отношению как к скоту, и это веселило Ника. Дрейк радовался, когда относился к окружающим как к грязи?
— Мои цели? — Ник повернулся к Макаке и пошел по комнате снова, в этот раз разглядывал товарищей Макаки. Один из них был темнокожим мужчиной с приятным лицом, наверное, из Далекого Востока. Другой уже не был юным, но возвышался на голову надо всеми в комнате. Мышцы были словно вылеплены из гипса, ожившие для разрушений, словно голем из детской сказки. — Слава, — сказал он, не повышая голоса. Пусть пираты прислушиваются. — Богатство, — темнокожий мужчина облизнулся и почти кивнул. — Как и у вас.
Максл молчал пару мгновений, потрясенный, как и все, превращением Ника в существо, каким его не видели. А потом он обрел голос:
— Слушайте его, этого Грейка, — согласился он. — Вы дураки, если не слушаете.
— Дрейк, — процедила Дарси.
— Я так и сказал, — отозвался Максл. — Дрейк.
— Дрейк как кряква? — Макака не был рад унижению. — Утка? Кря-кря?
Ник изящно описал дугу шиварстой в воздухе и убрал меч за пояс.
— Дрейк — дракон, — объяснил он тихо, обходя Макаку медленно, как пантера. — Огнедышащий… опасный… голодный, которого редкие видели, но все боятся, — Джакопо приподнял брови и моргнул. Даже Дарси, хоть выглядела строго, была потрясена.
Важны были реакции Макаки и его людей. Макака громко сглотнул после речи Ника. Теперь он смотрел на короткий меч на его боку.
— Ты и твои люди. Вы убили капитана Кси?
— Я один убил Кси. Мы бились один на один, и я превзошел его, — сказал Ник. Он постукивал пальцами по костяной рукояти шиварсты. — Мои ребята и я… — он кивнул на Дарси, чтобы она знала, что он признал ее пол. — Мы пришли забрать свое.
Макака изобразил улыбку, хоть и не дружелюбную.
— Да? И кто сказал, что мои люди не перережут ваши белые горлышки?
— Кто сказал, что мы уже не разобрались с другими? — Ник сохранял спокойствие Дрейка. — Тех, кто остался. Я так понимаю, синьор Макака, что вас тут около пяти. Этого хватит на управление кораблем?
Макака посмотрел в сторону Максла.
— Предатель, — прорычал он. — Ты все ему рассказал, да?
Максл пожал плечами, Ник склонил голову.
— Не вини человека за то, что он знает, что лучше, — сказал он лидеру пиратов. — Он действует, как для него лучше. И ты так должен.
Напряжение в комнате было осязаемым. Максл все еще был готов напасть, как и товарищи Макаки. Коломбо не убрали сценическое оружие. Только Макака и Ник изображали спокойствие. Ник не удивился бы, если бы Макака вдруг приказал мужчинам напасть. После долгой паузы он скрестил руки.
— Что ты предлагаешь? Если ты думаешь…
Как много раз делал Дрейк, Ник поднял ладонь, чтобы Макака умолк.
— Я предлагаю, чтобы ты ради себя и своего экипажа принял меня, как своего капитана, — Макака поджал губы, словно попробовал лимон. — И я предлагаю, чтобы мы встретились с остальным флотом. Как только мы объединимся, вы увидите, что такое пиратство и настоящие богатства.
— И где флот?
— Ждет в Кассафорте, — ответил Ник. Он не мог давить дальше. Если Макака станет искать флот пиратов дома, то… стражи города разберутся с этим.
— Кассафорт? — Макака приподнял брови. — Нужно тогда запастись в Галлине, чтобы добраться так далеко.
