– Гениально, ваше величество! Гениальное решение, – низко склонился перед королем Хэнкс.
Генрих довольно погладил бороду и принял величавый вид.
– Да не дерзнет никто ослушаться королевского приказа! Никто! – вы слышите меня, мастер Хэнкс?
– Я вас понял, ваше величество, – сказал Хэнкс.
* * *
Сэр Джеймс боялся верить своему везению, хотя в глубине души считал, что достоин милости судьбы. Все последние годы он шел к победе; он просто не мог не победить. И вот, пожалуйста, – одно к одному все сложилось так, что лучшего нельзя было бы и желать! Раздоры в королевской семье, увлечение короля юной красавицей Энни, письмо королевы, провалившаяся миссия сэра Хью, отказ сэра Томаса признать новые порядки в государстве и в церкви, – одно к одному!
При мысли о сэре Томасе на лице сэра Джеймса невольно появилась злорадная улыбка. Выступить явным образом против короля, – такого поступка от сэра Томаса никто не ожидал. Каким идиотом оказался умный сэр Томас, – и теперь ему конец!
Сэр Джеймс хохотнул от восторга, и тут же осекся, ибо неприлично смеяться высокому государственному деятелю, даже если его не видят; впрочем, чтобы всегда быть серьезным, надо иметь большую привычку. Дабы отвлечься от веселых мыслей, сэр Джеймс отодвинул занавеску и стал смотреть в окно кареты на городские улицы. Дома в этой части города принадлежали зажиточным достопочтенным гражданам, поэтому были построены крепко, надежно и без лишних затей. Зачем тратиться на украшения, к чему выставлять напоказ свое богатство? Истинная красота спрятана в глубоких подвалах в надежных сундуках, ибо что может быть красивее золота? Красота денег – высшая красота на свете, потому что ей подчиняются все другие красоты.
Сэр Джеймс очень хорошо понимал этих достопочтенных граждан, и, слегка презирая их за скупость, чувствовал себя здесь в своей тарелке. Сколько незримых нитей тянулось в этот квартал от полей с хлебами и от лугов с овцами, и от кораблей с товарами, и от ремесленных мастерских, и от торговых лавок! Сколько жизней зависело от хозяев этих крепких домов: сколько мужчин, женщин, детей и стариков по милости их хозяев получали кусок хлеба или умирали голодной смертью! Богатые люди – соль земли, властители судеб: их отметил Господь, вознаградив и возвысив их.
Сэр Джеймс довольно потер руки и подумал, что напрасно не взял с собой секретаря: тот бы сейчас записал эти слова.
Карета, между тем, подъехала к дому сэра Арчибальда, в котором собрались друзья сэра Джеймса. Слуги сэра Арчибальда отличались редкой сообразительностью, поэтому выбежали встречать сэра Джеймса на улицу, что они делали лишь в случае приезда очень важного гостя. Их особая угодливость свидетельствовала о том, что сэра Джеймса ждут с нетерпением и придают его визиту исключительное значение.
Едва сэр Джеймс стал подниматься по лестнице, сэр Арчибальд устремился к нему навстречу, перешагивая через ступени.
– Добрый день, дорогой сэр Джеймс! Для меня огромное счастье принимать вас в моем доме! Как ваши дела? – говорил он, почтительно улыбаясь и стремясь поддержать гостя под локоть, чтобы тому было легче подниматься.
– Благодарю вас, любезный друг! Дела неплохи. Что наши приятели, собрались? – отвечал сэр Джеймс, позволяя увлекать себя наверх.
– О, да, все собрались! Какая радость для меня видеть столько уважаемых джентльменов в моей гостиной! – с восторгом сказал сэр Арчибальд.
– У вас сегодня собралась компания не хуже той, что собирается в парламенте, не правда ли? – пошутил сэр Джеймс.
– Гораздо лучше, милорд, гораздо лучше, поверьте мне! – сэр Арчибальд для убедительности приложил руку к груди.
Сопровождаемый радушным хозяином сэр Джеймс в одну минуту добрался до большой гостиной, где томились в ожидании его друзья. При виде сэра Джеймса они так дружно бросились к нему с приветствиями, что чуть не повалили его на пол.
– Спокойнее, джентльмены! – отчаянно вскричал сэр Арчибальд, прижатый к дверному косяку. – Позвольте нам войти!
Сэр Джеймс продолжал улыбаться, потирая ушибленное плечо.
– Итак, джентльмены, – сказал он, убедившись, что порядок восстановлен, – король разорвал отношения с его святейшеством и в самое ближайшее время провозгласит себя главой нашей церкви!
– Сэру Джеймсу – ура, ура, ура! – воскликнул сэр Арчибальд, и все собравшиеся грянули «ура» вместе с ним.
Сэр Джеймс поклонился им и поблагодарил:
– Спасибо, друзья, но вы несколько преувеличиваете мое участие в решении этого вопроса.
– О, нет, нисколько! Без вас ничего бы не было! – запротестовали его приятели.
– Благодарю вас. Но вы меня не дослушали, джентльмены, а у меня есть еще новости. Вы знаете, что как только король объявит себя главой церкви, он немедленно разведется с королевой, чтобы жениться на леди Энни. Так вот, участь королевы решена! Сегодня утром по приказу его величества ей сказали, что она должна покинуть Лондон сразу после развода, и обязательно до женитьбы короля. Принцесса Мария останется с отцом и будет воспитываться при дворе его величества в качестве наследницы престола.
– Наследница престола? Лишь выжившие из ума старики, вроде сэра Гуго, могут полагать, что она имеет хотя бы один шанс из тысячи стать нашей королевой, – усмехнулся сэр Арчибальд. – Леди Энни молода и здорова, и его величество полон сил, да продлит Господь его дни, – разве возможно, чтобы у них не родился сын?
– Будем молиться, чтобы он родился! – воскликнул сэр Джеймс. – Но до его рождения наследницей престола по закону, действительно, является принцесса Мария, и ей полагается соответствующее содержание. Придется вводить новые налоги, дабы набрать необходимые деньги, но что поделаешь?
Сэр Джеймс вздохнул и с сожалением покачал головой под завистливыми взглядами своих друзей. Хозяин дома сглотнул слюну и спросил:
– Но что скажет император о нашем разрыве с единой папской церковью и о расторжении королевского брака? Не грозит ли нам война?
– Нет, будьте спокойны, войны не будет. Император по уши увяз в европейских делах, – ему не до нас! – ответил сэр Джеймс.
– А наши внутренние враги? Клянусь Юпитером, сэру Томасу не понравится такой поворот событий! – на лице сэра Арчибальда отразилась тревога.
– Сэр Томас, вы
