ему что-то обещали. Возможно даже корону. Но переиграли, как только член императорского рода выполнил нужную им задачу.
Артефактов внутри его тела не было. Зато имелись подсаженные энергетические паразиты, которые и пожирали каркас. Причём идентифицировать их у меня не получалось.
Подошедший Шуйский тихо хмыкнул.
— Ему можно помочь?
Я отрицательно качнул головой.
— Сам же видишь, от каркаса почти ничего не осталось. Всё в лохмотья.
Отступив на шаг назад и пару секунд подумав, я озвучил своё решение.
— Заберу его для исследования. Спасти уже нельзя, но возможно получится понять, как они это делали.
Алексей недовольно нахмурился. Но возражать не стал. Зато комнату наполнил звучный голос Мстиславского.
— У тебя же места тут нет своего, правильно? В Москве? Или в Петербург его повезёшь?
Мгновение я подумал. Организовать транспортировку царевича в столицу, безусловно было возможно. Но критичной разницы не имелось — там у меня тоже не было подготовленного места, куда вышло бы сразу заехать. Здесь имелся дом, недалеко от Кремля, когда-то выделенный Дарьей. Но сложно сказать в каком он сейчас состоянии.
Оглянувшись, ответил.
— Пока нет. Но что-то подберём.
Тот махнул рукой.
— Не надо тебе подбирать ничего. Бизнес-центр у меня почти достроенный есть, этажа три только отделать осталось, остальное готово. Забирай. Он как раз около старых казарм.
Момент помолчав, добавил.
— Может и храм там свой откроешь.
Я представил храм Меркурию в здании бизнес-центра. С одной стороны, Юпитер бы за одну такую идею принялся бы грозить исключением из совета Старших богов, а то и годовой прогулкой в Бездну. Ну а с другой — какие времена, такие и храмы. В конце концов, в нашем Риме никаких бизнес-центров вовсе не было.
Чуть смутила фраза про три этажа, где нужно закончить отделку, но рядом тут же загудел Оболенский.
— Это ты высотку ту на тридцать два яруса подарить хочешь? Самое высокое здание Москвы? Туда же твой средний целую уйму денег вбухал.
На лице Мстиславского появилась лёгкая улыбка.
— А ещё мой средний сегодня здесь был и всё чувствовал. Нам почти всё защита перекрывала — её на максимум вывели. Но сыновья говорят, той силы, которой по вам ударили, на всю Москву бы хватило.
Повернувшись к Ратибору, добавил.
— Жизнь, это жизнь, Твоё Сиятельство. А здание, что? Его и новое построить можно.
Алексей покосился на говорившего князя. Глянул на Ратибора. Скользнул вниманием по Шуйскому. И коротко кивнул мне.
— Разбирайтесь. А я пойду. Дела государства не ждут.
Когда император сделал несколько шагов к двери, я на всякий случай напомнил.
— Высочайшее повеление о храмах.
Обернувшись, тот на момент опустил веки. Потом усмехнулся.
— И пресс-релиз о поддержке Рюриковичей.
Настроение у него вроде немного улучшилось. То ли так быстро свыкся с мыслью, что у него теперь роль второго плана, то ли не смотрел дальше того, чтобы удержать за собой империю и роль обычного монарха его вполне устраивала.
Через пару секунд после того, как Алексей покинул комнату, раздался голос Шуйского.
— Не боишься, что кровь его заговорит, да на рожон полезет? Власть утвердить и показать, кто главный медведь в этом лесу?
Посмотрев на князя, я отрицательно качнул головой.
— Сомневаюсь. Он видел на что способны враги. И не дурак — понимает, что совсем скоро на пороге объявятся новые. Не будь тут сегодня меня, империя бы продержалась ещё сутки. Может быть двое — пока его выковыряли бы из Кремля и прикончили.
Момент подождав, добавил.
— К тому же, выбора всё равно нет. Я не лукавил — новый противник может объявиться в любой момент. Да и старые не все мертвы.
Сибирский патриций с мрачным видом кивнул. Бросив взгляд на Иоанна, качнул головой и снова посмотрел на меня.
— Раз я теперь среди…
На момент замявшись, хмыкнул, после чего продолжил.
— Среди божественных избранных, то значит и распоряжения какие-то будут?
От Оболенского с Мстиславским дружно потянуло изумлением, а я на мгновение заподозрил, что Шуйский всё же пытается вести свою игру. Уж больно неожиданно звучали его слова.
Но стоящая на его разуме божественная печать, показывала, что князь говорит вполне серьёзно. Возможно осознал угрозу. Или его настолько вывела из себя гибель правнука.
— Для начала помочь с организацией процессов в Москве. И сообщить всем губернаторам за Уралом, что теперь там разрешено строительство моих храмов. С остальными будем разбираться потом.
Тот потянулся к дарфону и спустя несколько секунд мы уже наблюдали за бурными «переговорами», которые в основном состояли из отрывистых приказов и прямых угроз — в дипломатию могущественный Одарённый играть явно не умел. Или просто не считал нужным — в конце концов речь шла о государственных чиновниках, а не иных князьях, которые хотя бы формально были ему ровней.
На то, чтобы уладить все дела и переместиться в предложенную Мстиславским башню, у нас ушло почти два часа. В основном из-за кавалергардов, которых Оболенский собирался расквартировать поблизости — в тех самых старых казармах, о которых говорил князь. Да и морских охотников Билли, я разместил там же.
К тому же к месту событий прибыли Трубецкие и состоявшийся тяжелый разговор занял ещё около получаса. Всего их было пятеро — все, кто смог добраться до Москвы за столь короткий срок. Но с учётом дарфонов, в беседе принимали участие почти все старшие члены рода. Не сказать, что идея отдать тело князя мне, оставив его в таком же виде, их сильно порадовала. Но в итоге, это предложение победило. Причём с солидным количеством голосов — осознали, что попытка самостоятельного вмешательства не приведёт ни к чему кроме гибели патриция.
Потом на саркофаг с князем, снова водрузили крышку, блокирующую мощный фон, из-за которого к нему практически никто не мог подойти и он отправился в ту же самую башню.
У меня же за это время сформировался определённый план действий. Вернее его наброски — с учётом обстоятельств, продумать какую-то конкретику было невозможно.
Основное изменение, которое претерпел старый концепт было очень простым — настоящая схватка развернётся вовсе не здесь. Теперь я понимал Сета, который отправился в путешествие по мирам вместо того, чтобы сосредоточиться на каком-то одном. Нельзя противостоять божественному Дому, под крылом которого сотни или тысячи обитаемых планет, когда у тебя самого всего одна. Раздавят без всяких шансов на победу. Пока противник предпочитал орудовать чужими руками и у меня выходило справляться. Но рано или поздно сюда явятся по-настоящему
