сильные враги. А если я с ними разберусь, то придут те, кто стоит ещё выше по уровню мощи. И так до того момента, пока перед моим лицом не окажется некто, на кого сил уже не хватит.
Да и не дело это — полностью отдавать инициативу противнику, а самому запереться в крепости. Верная дорога к проигрышу.
Но для того, чтобы выйти за пределы этого мира и нанести первый удар, требовалось разобраться, как минимум с двумя задачами. Во-первых, обеспечить безопасность на время моего отсутствия. А во-вторых, понять куда собственно двигаться? Потому как, все тропы проложенные Сетом вели к мирам, где на тот момент не имелось потенциального противника. Конечно, за это время он мог там появиться. Тем не менее, прыгать по мирам, рассчитывая на удачу — так себе стратегия.
Не говоря о том, что мне были нужны более развитые техники перемещения. Либо, хотя бы какие-то методы разведки.
Именно поэтому, как только мы разместились в башне, я заслушал полный доклад Прохора об изучении «корабля» Нньома. Рассчитывал, что в процессе они смогли отыскать плетения для анализа межмирового пространства и ближайших миров.
Такие действительно были. Но всё, что они демонстрировали — уровень условной защиты того или иного мира. Грубо говоря — показывали, способно ли пристать к нему «судно». Да и то, в деле их Нньом судя по всему, проверял не так часто. Всё же этот мир оказался первым, в который он попал. Так что реальная эффективность комбинаций находилась под большим вопросом. Сам дикий бог видимо почерпнул их у кого-то из путешественников встреченных в пустоте, которых благополучно прикончил. Но на практике использовать толком не смог.
С одной стороны, это разочаровывало. Ну а с другой — возник логичный вопрос — чем таким выделялся этот мир, что порождение Бездны выбрало именно его?
Тут помог Мьёльнир, который за счёт канала связи с Прохором впитывал всю информацию, включая обрывки истории применения плетений. Конкретики среди тех данных, которые он получил, было немного, но суть просматривалась — в какой-то момент транспорт буквально притянуло в нужном направлении. Последний отрезок пути он, судя по всему, проделал сам, но что-то вырвало его с маршрута в пустоте и направило к нужной точке.
Основных причин могло быть всего две. Либо активность тех, кто использовал князей — возможно в тот момент они как раз устанавливали связь между мирами. Либо действия кого-то ещё отсюда. И первым кандидатом, который приходил на ум, был Эшмун. Что может отвлечь меня больше, чем начавшееся вторжение?
Конечно, имелся и третий вариант — неизвестный мне игрок, который пока не показался на сцене. Такое тоже вполне могло быть.
Тем не менее, финикийца нужно было найти. Вытрясти из него всё, что тому известно об иных мирах и вместе с тем убрать мощный дестабилизирующий фактор.
Собственно это и стало той самой задачей, к которой я решит приступить немедленно. Сначала потянулся к Мьёльниру по каналу связи, но потом решил заглянуть лично и оценить, как у него идут дела. Живой камень выпросил в помощники двух Одарённых с профильными Дарами — оба могли работать с энергией каркасов. Один служил Шуйскому и был прислан незамедлительно. А второй оказался из рода, на котором висел долг жизни перед Оболенским.
Удобно, когда среди твоей свиты и соратников, имеются могущественные князья. Например, это позволяет за какие-то полчаса можно отыскать сразу двоих смертных с редким Даром, которые окажутся готовы работать под управлением божественного спутника.
Для работы Мьёльнир выбрал помещение, которое должно было служить конференц-залом. Правда наполниться мебелью не успело. А теперь стало местом размещения для саркофага с Трубецким внутри. Рюрикович тоже был здесь — распластался на одеяле, которое постелили на полу около стены.
Остановившись около дверей, я чуть приоткрыл одну из них и увидел массивного каменного ежа, который расхаживал перед парой стоявших по струнке Одарённых.
— Значит, вы ничего не замечаете и предположений у вас нет? Правильно я понимаю?
Остановившись, развернулся и чуть задрав голову, скользнул по ним взглядом. С прискорбием вздохнул.
— Как вы сс-с-столько прожили на сс-с-свете, если умеете мысс-с-слить только шаблонами? Где ваша фантазия? Куда вы дели полёт мысс-с-сли? Что сс-с-стало с воображением?
Смертные стояли не шевелясь. Выражение их лиц видно не было, но я прекрасно чувствовал смущение. А ещё — опасение смешанное с самым настоящим восторгом — похоже возможности ментора их до крайности впечатлили.
Сам же Мьёльнир укоризненно покачав головой, продолжил.
— Приглядитесс-с-сь к сс-с-саркофагу ещё раз. Обратите внимание на ключевые узлы сдерживающих плетений. Взгляните из чего сс-с-деланы их контрольные компоненты. И сс-с-соберитесс-с-сь уже! Всс-с-сё, что вам нужно — обнаружить энергию и дать мне образец!
Нить связи я намеренно ослабил — сейчас с моей стороны проходило не так много информации, как обычно. Хотел посмотреть, как спутник справляется с управлением людьми. Но вот эмоции самого Мьёльнира ощущал вполне отчётливо — он негодовал и был расстроен. Насколько я понимал, тем что не может выполнить эту задачу сам и вынужден её кому-то передоверять.
Убрав ограничения с канала связи, я распахнул дверь и живой камень кивнул Одарённым, после чего одним рывком оказался около меня. Смертные же, даже не посмотрев, кто появился в комнате, осторожно потянулись силой к саркофагу.
Я окружил нас барьером, а спутник изобразил огорчённую мину и развёл лапами.
— Пока не выходит. Найти ключ удалосс-с-сь, но сам я его не чувсс-с-ствую, а эти два осс-с-столопа упорно не желают следовать элементарной инсс-с-струкции. И так вроде разжевал дальше некуда, но всс-с-сё равно не выходит.
Глянув на парочку Одарённых, для которых сейчас не существовало ничего кроме саркофага, я разжал губы в слабой усмешке.
— Смотри не перестарайся. Их надо вернуть живыми и в здравом уме.
Тот внезапно отвёл взгляд, почему-то уставившись в пол. И задумчиво протянул.
— А можно их будет осс-с-ставить?
Мельком глянув на меня, уловил выражение лица и сразу же объяснил.
— Они не идеальны, но обучаемы. Я не всс-с-сегда могу всс-с-сё выполнить один. Иногда нужны такие вот помощники. А ещё это весс-с-село.
Забавная ситуация. Божественный спутник просит выделить ему двоих смертных, чтобы те выполняли вспомогательные функции. Хотя, в случае с саркофагом те явно пригодились.
— Я попробую поговорить с князьями. Возможно что-то получится придумать.
Тот расплылся в радостной улыбке, продемонстрировав целый рот острых каменных зубов. А я продолжил.
— Но вообще, я зашёл совсем по другому вопросу.
За следующие пятнадцать минут я изложил Мьёльниру свою идею
