достойно, только и всего? И не надо искать никого другого смысла в «высоких материях»? В общем, на этом я решил остановиться, потому как рассудил, что такой рядовой случай, как смерть деревенской козы от старости, завёл мои рассуждения, мягко говоря, далековато.
Глава 9
Возвращение в город на этот раз было как никогда нежеланным: разумеется, уехать от обучения настоящему колдовству и вернуться в занудную школу – это так себе удовольствие. К тому же, я хоть немного отвлёкся от смерти отца, а тут на меня опять напало уныние. Единственное, что радовало, так это то что я увижусь с матерью и со своими дружками: Саней и Костей. Несмотря на то, что был вечер воскресенья, я не застал мать дома, что было крайне странным. Я поспешно проверил свой телефон, чтобы убедиться, что я не пропустил звонок или сообщение, но всё было «тихо». Я даже прошёлся по квартире прямо в одежде (только обувь скинул) в поисках старомодной записки на столе или на двери, но и тут ничего не оказалось. В голову сразу полезли нехорошие мысли: ждать чего-то хорошего от нашей жизни мы, к сожалению, не привыкли. По-прежнему не раздеваясь, я позвонил матери на мобильный телефон и даже не удивился, когда услышал «вызываемый вами абонент сейчас недоступен».
– Ну отлично – буркнул я себе под нос и, наконец, начал снимать с себя одежду, в которой уже было довольно жарко. Прошло всего полчаса, а я уже передумал всё: и то, что мать, как и Лесю, сбила машина, и то что она, как и отец умерла от сердечного приступа, и даже то, что её распилили на органы какие-нибудь бандиты. Поэтому, я чуть не подпрыгнул, когда услышал, что кто-то ковыряется ключом в замочной скважине.
– Ты куда пропала? Опять у тебя телефон не работает?! – я даже не поздоровался, так уж я был взволнован.
– Возвращалась от Ленки, а автобус сломался, так я шла пешком почти полпути.
– Я звонил тебе….
– Ну нету денег, Ярослав, нету! Что ты как маленький?! – вдруг вспылила она, и на её глазах проступили слёзы.
– Прости – только и смог вымолвить я, крепко обняв маму.
– И ты меня – тоже, – сдавленным голосом ответила мать – ты ни в чём не виноват….
– Может, мне всё же, следует устроиться на подработку? – вновь начал эту тему я.
– Ничего не надо, учись! Сдюжим как-нибудь ещё с месяц-два, а там и страховая с нами расплатиться. У них просто нет причин не выплатить эти деньги, случай слишком очевидный – твёрдо сказала мать, хотя мне показалось, что в её голосе были нотки самовнушения. Ещё бы! Очевидно или нет, а они могли взять и не выплатить – вот и всё. И да, у нас есть законное право подать на них в суд и все шансы выиграть дело. Но, мы тупо умрём от голода до того, как дело будет закрыто, если начнём платить адвокату, пусть даже самому задрипанному (а самый задрипанный ещё, гляди, умудриться проиграть). Можно, конечно, попробовать взять кредит в банке по специальному тарифу для нищих граждан под названием «обдираловка». Но и тут нам его не дадут, потому что мы недостаточно платёжеспособны. Короче, всё по старой схеме.
– Будем надеяться – мрачно сдвинув брови проговорил я.
– Ладно, пойдём поедим! – бодро сказала мать – Я тут хоть и не положила деньги на телефон, зато вот – она потрясла пакетом с продуктами. Разумеется, там были пресловутые макароны и сосиски, но было и что-то ещё, а это уже успех. Я с радостью начал помогать маме разбирать пакеты и накрывать на стол. Пока мы суетились, я поймал себя на мысли, что так и не свыкся с тем, что отца больше нет. Мне казалось, что его просто как обычно нет дома, но он где-то там, на работе (собственно, как это и было почти всегда).
Как это часто бывало, я долго крутился, прежде чем уснуть, а потому едва не проспал в школу: как водится, я выключил будильник и решил, что «вот сейчас, через минутку, я встану», но открыл глаза только через полчаса. Мать ушла ещё до моего будильника, поэтому, конечно, не могла меня разбудить. Заспанный, с затуманенным взглядом, я еле поплёлся в ванную, хотя, вроде как, следовало бы поспешить. Просто, я действительно совсем не выспался, да и в школу ходил я через силу, как и упоминал раньше. Но, умывшись ледяной водой, я всё-таки взбодрился и быстренько оделся. На завтрак времени уже не оставалось, и я, закинув рюкзак на спину, поспешно вышел из квартиры и быстрым шагом направился в школу.
В школе мы занимались опять какой-то ерундой: мы делали трёхмерные макеты молекул бензольных соединений. Это, конечно, всё очень интересно, но, как вы понимаете, чтобы изготовить такую модель из пластика, бумаги и картона, нужно потратить кучу времени. Такие затраты совершенно не оправданы! Да, это здорово – визуализировать, посмотреть как выглядит и всё такое, но на сегодняшний день было полно анимационных моделей, где всё это показано, представлено в правильных пропорциях, а не как у нас – как там выйдет и какой материал под руку попадётся. Мне было бы гораздо интереснее, если бы нам объяснили, почему так происходит: чем обусловлена та или иная форма молекул, как это влияет на их свойства и так далее. Но, этому, как раз-таки, нас обучать никто не хотел. У меня вообще создавалось впечатление, что нас, в принципе, не хотели ничему учить, а лишь хотели создать видимость того, что мы что-то изучаем, что мы получаем какие-то знания. Как я уже и говорил ранее, цель тут была проста и цинична: создать электорат вместо населения и сделать вид, что это демократия. Ну, вот примерно так у нас проходила химия. С другими предметами дела обстояли не лучше: я не буду вдаваться в подробности – это уж слишком грустно и скучно.
После школы мы с Костей решили навестить Саню, который, как оказалось, умудрился заработать воспаление лёгких, пока я гостил у бабушки. Мы с Костей поехали в нашу районную больницу, где он лежал, и, подписав какую-то ооочень важную бумажку на входе, зашли внутрь. Самое интересное, что эта тётенька на входе со строгим взглядом, проверила наши документы, записала наши фамилии, дала подписать какую-то бумажку и т.п.. Но при этом, как только мы пересекли коридор, выяснялось, что с другой стороны есть какой-то служебный вход, который никем не охраняется, дверь там открыта настежь, и кто угодно может спокойно зайти внутрь. Но это всё как всегда….
Мы нашли нужное отделение, вошли к Сане в
