выходит еще и Менталка в букете? Занятно… — Он удивленно качнул уродливой головой. — Ну, ты пока отдохни, доходяга — тягаться со мной тебе еще рановато!
Откуда-то из-под моего кресла в воздух взмыла змеиная голова, подобная той, что планомерно хреначила бедолагу князя по кумполу, ни на секунду не прекращая своего «увлекательного» занятия. Треугольная чешуйчатая башка зависла напротив моего лица и, сверкнув таким же, как и у белобрысого, багровым взглядом своих «стеклянных» глаз с вертикальным зрачком, распахнула пасть и злобно зашипела.
Змеиная слюна, смешавшаяся с ядом, капающим с дюймового размера клыков, брызнула мне в лицо. Кожу мгновенно начало болезненно жечь и разъедать. После этого гадина захлопнула свою клыкастую пасть, слегка отпрянула от моего лица, а затем резко бросилась в атаку, целя своей бронированной мордой прямо мне в лобешник.
Попытки отклониться и избежать удара, провалились — змей был куда стремительнее. Удар тяжелой треугольной «кувалды» вышиб искры из моих глаз, и погрузил в «блаженную» темноту, наконец-то избавившую меня от боли… [3]
[1] ВУС — Военно-учетная специальность.
[2] Отрывок из второй книги цикла «Позывной Хоттабыч. Узник Абакана».
[3] Отрывок из второй книги цикла «Позывной Хоттабыч. Узник Абакана».
Глава 12
Вновь я «пришел в себя» опять за столиком в «Палкине» все в той же компании помолодевшего князя Райнгольда, который смотрел на меня с каким-то немым восхищением.
— Мощно! — произнес он и даже хлопнул в ладоши. — Давненько я в таких Ментальных дуэлях не участвовал. А так, пусть и со стороны, но молодость вспомнил и каково это! Ну что, внушает, юноша?
— Еще как внушает! — поспешно ответил я. — Но почему эти… «воспоминания» накатывают именно на меня? Ведь я с ними никак не связан… Или все-таки связан? Но как?
— Очень сложный вопрос, мой юный друг, — ответил Мозголом. — В этих видениях слишком много нестыковок…
— Каких же? — подался я к Райнгольду.
— Вы заметили, что персонажи этих видений называют вас стариком?
— Еще бы! — усмехнулся я. — Могу сказать вам больше, многие из них называют меня Хоттабычем.
— Да, точно! Сашенька в машине называл вас именно этим именем… А ведь Хоттабыч — это же тот самый…
— Да, тот самый! — Не знаю, как это получилось, но у меня в руках оказалась газета, которую я читал в госпитале. Я немедленно положил её на стол перед Вячеславом Вячеславовичем. — Я о нем до вчерашнего дня и не знал ничего. Только в госпитале у Трофима Павловича в газете прочитал.
— Да-да-да, — подхватив газету со стола, произнес Райнгольд, — тот самый героический старик сто двух лет от роду, сломавший хребет Вековечному Рейху и лично уничтоживший фюрера и всю его свору эсэсовцев. А вы, юноша, уже вполне уверенно себя чувствуете в Ментальном пространстве! Даже газету самостоятельно реконструировали!
— Не представляю, как это получилось. — Пожал я плечами. — Само собой… как-то…
— Вам нужно учиться, молодой человек! — воскликнул князь. — Сотворить подобное в первое посещение Ментала — очень весомое достижение! Не каждому Мозголому такое под силу! Я бы занялся вашим воспитанием… Но, — он расстроенно развел руками, — боюсь слишком стар для этого… Итак, вернемся к нашим баранам…
— К кому?
— К полковнику Абдурахманову, юноша, — усмехнулся Мозголом. — К Хоттабычу. Что вас с ним связывает?
— С одной стороны — ничего не связывает, — вполне честно ответил я. — А с другой стороны — мне иногда кажется, что я — это… — Я замялся, но Райнгольд ответил вместо меня:
— Он?
— Да, но как вы?..
— Молодой человек! — укоризненно протянул Вячеслав Вячеславович. — Это же все лежит буквально на поверхности! Да и накрывающие вас «видения» идут от «первого лица». И даже мне довелось проникнуться ими. Но я сумел подметить еще кое-что, на что вы, возможно, совсем не обратили внимания…
— Да? Я вас слушаю, Вячеслав Вячеславович!
— Вы обратили внимание на свои руки? — спросил Мозголом.
— На те руки из видения? — уточнил я. — Если да — то не особо.
— А зря, — покачал головой князь. — Это руки старика — сухая кожа, морщины, пигментация. На будущее — будьте внимательнее, юноша. Мелочи, нюансы, детали — для Мозголома все это очень и очень важно! Ну, ладно, на этот счет мы с вами еще побеседуем…
— Спасибо, Вячеслав Вячеславович!
— Пока еще не за что, — отмахнулся Мозголом. — А теперь скажите, когда произошла Ментальная дуэль из вашего видения?
— А мне-то откуда знать? — удивленно спросил я. — Я ведь там по-настоящему и не был…
— Задумайтесь, молодой человек: тогда откуда это известно мне? — вопросом на вопрос ответил князь. — Ладно не буду вас долго мучить: детали, юноша, детали! И внимательность! На стене гостиной из видения висел отрывной календарь…
— Черт побери! А я и внимания не обратил! И что там было… на календаре?
— Май сорок третьего, — сообщил мне Райнгольд. — И, судя по вашей книжке красноармейца, вы в это момент были не в Москве, а на передовой.
— А откуда вы узнали, что это была Москва? Неужели залезли в голову тому… мне… Хоттабычу из видения? — Вячеслав Вячеславович вновь сумел меня удивить.
— Нет-нет! — Заразительно рассмеялся Райнгольд. — Никакого волшебства и Магии в этом нет, молодой человек! Все намного проще! Простая внимательность и наблюдательность — мне оказался знаком вид за окном гостиной.
— Действительно, просто… — Почесал я затылок.
— Развивайте свой Дар, юноша — и будет вам счастье! — И старый Мозголом вновь захохотал.
— Так что же мне со всем этим делать, Вячеслав Вячеславович? — спросил я у своего умудренного годами знакомца.
— Откушать с удовольствием в «Палкине», — ответил Райнгольд, — а затем я попытаюсь немного погрузиться в ваше подсознание. Зачастую в нем можно найти копию утраченной памяти, либо какие-то её обрывки и куски. Так что наслаждайтесь обедом юноша, такого вы еще не пробовали! Человек! Человек! — крикнул, прищелкнув пальцами Райнгольд. — Пора бы уже и подавать!
* * *
Я пришел в себя в жарко натопленном кабинете Райнгольда в реальном мире. Голова опять чудовищно разламывалась, словно какой-то гад взбивал мои мозги раскаленными металлическими ножами электрического блендера, не только стругая серое вещество на мелкие кусочки, но еще и заставляя их дымиться.
Я висел на ручке кресла безвольной амебой, пуская кровавые сопли и слюни. Проведя ладонью под носом, я увидел, что мои пальцы окрасились алым. Мыслительный процесс в моей многострадальной голове практически замер. Я даже не задумался, что же это за штуковина такая — блендер? Последнее, что я запомнил, как половой, созданный в Ментальном пространстве Райнгольдом, принялся метать готовые блюда на наш стол. А мы вместе с помолодевшим стариком их весело пожираем.
Дальше ничего не помню — словно отрезало. Сколько же я так провалялся, щедро пятная кровью и свою гимнастерку,
