идея?»
«Да, мам. Я ему доверяю. Кроме того, мы все время будем сидеть в ресторане. Мы останемся в нашей кабинке, пока ты не придешь за нами».
«ОК, милая».
Она высадила нас и вошла вместе с нами. Мы заняли кабинки, и она ушла. Я полностью понимал реакцию ее мамы. И я был совершенно уверен, почему Бетани это делает. Шаг за пределы ее зоны комфорта. Шаг к укреплению доверия. Мне было интересно, предложила ли это доктор Мерсер. Я уверен, что они обсуждали это. Я сделаю все, что в моих силах. Я надеялся, что этого будет достаточно.
Ужин прошел нормально. Мы говорили о том, что будем делать этим летом, о свиданиях и о том, что я буду ужинать у нее дома. Когда мы закончили ужин, она положила свою руку на стол и попросила меня положить свою руку на ее. Я положил. Она дрожала как лист, и я почти отстранился. Мне стало интересно, в чем разница между этим и объятиями на танцах. Теперь она дрожала сильнее.
Затем меня осенило. Раньше она не задумывалась о том, к чему это может привести. Теперь, когда я поговорил с ее психотерапевтом, это может привести к каким-то физическим отношениям. Держание за руки, объятия, один медленный танец, даже быстрый поцелуй в щеку были другими. В них не было ни обещаний, ни угрозы.
Она была до смерти напугана такими возможностями. Это напомнило мне Бекки, но у Бекки не было изнасилования, которое нужно было преодолеть, только нервы. Сможет ли Бетани пережить это? Сможет ли она когда-нибудь заняться с кем-то любовью? Я понятия не имел.
Бесполые отношения с ней меня не беспокоили. Я был другом Биргит в течение года, без какого-то обещания, что отношения изменятся. Я был другом Дженнифер до того, как мы совершили роковую ошибку. Я знал, что смогу это сделать. Мне просто нужно было убедиться, что я не переступлю черту, как это было с Биргит и Дженнифер.
«Бетани, что бы ни случилось, к чему бы это ни привело, я прежде всего твой друг. Я буду с тобой, когда я тебе нужен и так, как тебе нужно. Я услышал твоего доктора громко и ясно. И это соответствует моей собственной философии. Просто скажи мне, что тебе нужно, и позволь мне помочь тебе».
Я увидел, как слеза скатилась по ее лицу и упала на блузку. Она повернула руку ладонью вверх, сжала мою ладонь и сказала: «Спасибо».
Приехала ее мама, чтобы отвезти нас домой. Когда я вышел из машины, она попросила меня позвонить ей. Я пообещал, что позвоню.
Я написал несколько страниц в своем дневнике. Зашла Стефани, и я дал ей почитать, чтобы наверстать упущенное. Она только покачала головой.
«Конечно, я буду встречаться с вами в любое время, даже если Эда не будет рядом. Я рада, что ты помогаешь этой девочке».
«Я тоже, Стеф, я тоже».
Той ночью мне снова приснился мрачный сон.
Книга 1 - Биргит. Глава 40: Помутнение
Май–июнь 1978
Я позвонил Бетани в пятницу, чтобы коротко поболтать и узнать, как у нее дела. Она спросила, можем ли мы повторить ужин в среду, после Дня поминовения. Я сказал ей, что все в порядке. Я спросил, не хочет ли она предварительно поплавать, но она, как я и ожидал, отказалась. Я спрошу еще раз через несколько недель.
Я позвонил Анне, чтобы узнать, как у нее дела. Она сказала, что ее сестра готова приехать за мной, когда их родители уедут из города, примерно в конце июня, так что, похоже, это будет самое ближайшее время, когда мы сможем увидеться.
Я поговорил с Бекки и запланировал встретиться с ней в воскресенье. Я был уверен, что в воскресенье, а если нет, то в следующее воскресенье, все встанет на свои места. Ей нужны были обязательства. А я не мог ей этого дать. Я надеялся, что с ней все будет хорошо. Было грустно, но ее требования изматывали меня. Я хотел бы дать ей то, что она хотела, но не мог. Я любил ее. Она любила меня. Но, похоже, судьба, или, возможно, ее желание заставить судьбу сделать то, что она хотела, была против нас.
В субботу я поговорил с Андреасом о своем летнем рабочем графике. Я буду работать большую часть дня, либо утром, либо днем, с поправкой на мое летнее школьное расписание. В этом году я не собирался ехать в Мэридейл из-за работы. В остальном, суббота прошла нормально.
Воскресенье прошло нормально. Бекки, казалось, была в хорошем настроении. Конечно, секс всегда улучшал ее настроение. Мы должны были решить эту проблему в ближайшее время. Все время ощущалось подспудный поток ее требований, только усилившийся с появлением ожерелий.
В первую неделю после окончания школы я просто расслабился. Я общался с Ларри, занимался домашними делами и катался на велосипеде. У меня было свидание с Бетани за ужином, которое прошло точно так же, как и предыдущее. После еды мы держались за руки, и она уже не так сильно дрожала. Хороший знак.
В пятницу я поговорил с Джойс, и мы договорились поужинать через пару недель. Как обычно, она приедет ко мне домой. Мы поужинаем и решим, что делать дальше. Все было совершенно непринужденно.
Бетани позвонила мне в пятницу и пригласила на ужин 6 июня. Я сказал ей, что с удовольствием приду. Похоже, этим летом я буду очень занят.
Но самое главное, что произошло в ту пятницу, — это то, что Ларри получил водительские права. Он приехал ко мне домой на своей Мазде около 18:00. Мы поехали кататься и отлично провели время, просто катаясь по Милфорду и разговаривая. В последнее время наши отношения немного пострадали, и это была в основном моя вина. Мне нужно было возродить их, и я начал работать над этим.
Суббота началась обычно на работе. Мы с метлой проводили время вместе, также как и с тряпкой для стола и холодильником с запасами. В обед я сделал одну доставку адвокатам, которые делали заказы довольно регулярно. Вернувшись, я взял свой обед и сел за стол.
Я стоял лицом к задней части здания, когда услышал, как открылась дверь. Я повернулся посмотреть, кто пришел, и увидел Мелани Спенсер. Она выглядела великолепно, как обычно. Она подошла к моему столику и спросила, можно ли ей присесть. Я с полным ртом съел сэндвич и помахал ей рукой, чтобы
