ты. Как ты думаешь, ты сможешь встать?»
«Да, наверное».
«Мама сказала, что мы можем зависать в подвале столько, сколько захотим. Ларри скоро вернется. Ты можешь воспользоваться комнатой для гостей. Ларри будет оставаться столько, сколько тебе нужно, но в конце концов он отправится домой спать. Дженнифер может остаться со мной. ОК?»
«Конечно. Пошли».
Мы пошли в подвал. Когда мы проходили мимо семейной комнаты, я увидел, что мистер и миссис Спенсер сидят на диване, обнявшись, и плачут. Я знал, что они чувствуют. Ну, наверное, у родителей все по-другому, но я чувствовал себя так, будто кто-то вырвал мое сердце из моего тела.
Мы добрались до подвала и нашли кучу подушек и одеял на диванах. Я взял несколько и просто лег на диван и укрылся. В данный момент мне не хотелось ни к кому прикасаться. Мне нужно было побыть одному, но я не хотел, чтобы мои друзья уходили. Это было странное чувство.
Ларри вернулся после того, как сходил ко мне домой, и сел на диван с Мелани. Дженнифер сидела на полу рядом с моим диваном, положив руку на диван и положив голову на руку, и просто смотрела на меня. Я ни за что не собирался прогонять ее. Я просто надеялся, что моя подруга вернулась.
Некоторое время мы просто сидели в тишине.
«Когда похороны?» — спросил я.
«Скорее всего, в среду; в Стокгольме, конечно».
«И мы не можем поехать», — сказал я, когда слезы начали струиться по моему лицу.
«Нет, мы не можем поехать», — сказала Мелани, всхлипывая.
«Вот я с тремя моими лучшими друзьями. Двое из них не разговаривали со мной сегодня утром. Почему понадобилось это, чтобы мы были вместе?».
Никто ничего не говорил. Единственными звуками были тихие всхлипывания моих двух друзей и меня. Ларри был спокоен, но Ларри всегда был спокоен. Я мог сказать, что он тоже был расстроен, но это было не в его характере — показывать это внешне.
«Стив, твоя мама была очень раздражена, когда я ей сказал. Она собиралась приехать за тобой, но миссис Спенсер отговорила ее. Думаю, она не знала, насколько вы с Биргит были близки».
«Она не знала».
«Я даже не успел ничего объяснить, как твоя мама начала доставать свою сумочку. Твоя младшая сестра остановила ее. Она сказала: «Мама, Стив любил ее. Он должен быть со своими друзьями, которые ее знали». Твоя мама спросила: «Как он может любить ее? Они никогда не встречались. Они никогда не были парнем и девушкой». Стефани действительно заступилась за тебя, сказав: «Мама. Он любил. Они были намерены быть вместе всегда». Когда ваша мама спросила, как такое вообще возможно, Стефани сказала ей: «Мама, они занимались любовью». В этот момент твоя мама потеряла дар речи, к сожалению. Тогда я взял телефон и позвонил миссис Спенсер. Она успокоила ее. Но мне неприятно это говорить, но ты получишь от своей мамы только большее огорчение».
«Дженнифер, Мелани, не могли бы вы поехать со мной домой утром и поддержать меня. Я не знаю, смогу ли я справиться с ней один».
Они обе согласились.
Миссис Спенсер предложила нам поесть около 18:00, но никто не был по-настоящему голоден. Я откусил несколько кусочков от сэндвича и съел несколько чипсов. Остальные сделали то же самое. Мы начали говорить о воспоминаниях и о том, что мы делали с ней. Сквозь реки слез я говорил о наших планах и целях.
«Стив, как ты думаешь, ты еще захочешь поехать в Швецию?» — спросил Ларри.
«Да. Это будет трудно, но я должен увидеть ее, ну, ты понимаешь, о чем я. Чтобы попрощаться».
Ларри уехал около полуночи, уверенный, что со мной все в порядке, насколько это возможно. Он обещал позвонить в воскресенье и проверить, как я себя чувствую. В этот момент мы поднялись наверх. Я пошел в комнату для гостей. Дженнифер и Мелани предложили остаться со мной, но я сказал им, что хочу побыть один. Я знал, что это были предложения не секса, а просто дружбы. Но в данный момент я не хотел даже этого. Мне нужно было побыть наедине со своими мыслями.
Я лежал в постели и вспоминал последние два года. Я пытался сделать все возможное, чтобы понять, что правильно, следовать своему сердцу. Но все полетело к чертям. Я разрушил свою дружбу с Дженнифер, когда ушел к Бекки. Мои отношения с Мелани были разрушены, когда я поступил правильно. Мои отношения с Бекки были разрушены, потому что я не мог посвятить себя тому, чего хотела она. А Биргит, моя настоящая любовь, умерла еще до того, как я смог сделать то, что считал правильным. И вот теперь я здесь, в ее бывшей комнате! Слезы снова навернулись на глаза.
Дженни предупреждала меня о сексе. Как он меняет людей. Как по-разному люди реагируют на него. Секс действительно был первопричиной всех проблем. Занятие любовью с Биргит закончилось тем, что мое сердце было вырвано из тела. Занятие любовью с Дженнифер изменило и в итоге разрушило наши отношения. Отказ от секса с Мелани разрушил не только мои отношения с ней, но и дружбу с Питом. Побочный ущерб, я думаю.
Занятия любовью с Бекки сделали именно то, о чем Дженнифер знала. Это также создало ситуацию, которая, скорее всего, в конечном итоге взорвалась бы у меня на глазах, что и произошло. Если бы я отказался уступить ее требованиям, мы, возможно, все еще были бы вместе. Но я задавался вопросом, мог ли я сопротивляться дольше, даже без уговоров Дженнифер.
Была еще Бетани. Ее единственным опытом было насилие. Мне было трудно понять, что это такое. В данном случае сексуальный акт повредил ее до такой степени, что она нуждалась в терапии, возможно, до конца жизни. Для нее даже мысль о том, чтобы взяться за руки, была пугающей перспективой.
Секс с Келли был пустым и бессмысленным. Хотя это было весело, мне не нравилось, как все обернулось. Не потому, что я хотел снова заняться с ней сексом, а из-за того, что она отнеслась к этому как к деловому предложению. Хотя ситуация с Мэри была связана исключительно с физическим удовольствием, она имела совсем другой характер. В ней не было ощущения пустоты.
Что я собирался делать? Я знал, что мне нужно позвонить Бекки, несмотря на нашу договоренность. К сожалению, я боялся, что она воспримет это как возможность получить то, что она хочет. Теперь
