Наряду с млекопитающими в палеогене активно распространяются птицы, освоившие воздушную среду и питание чрезвычайно размножившимися насекомыми. У птиц исчезают зубы, появляются острые клювы. Огромные хищные птицы диатримы, достигавшие в высоту около 2,5 метров, бегали с бешеной скоростью, преследуя своих жертв, и заклёвывали их длинными клювами. Но нарастив значительный вес тела, они совсем утратили способность летать и соответствующее развитие крыльев. Внешне они были похожи на современных гусей и, возможно, у них с гусями были общие предки. Диатримы были широко распространены в самых различных палеогеографических областях.
В морях палеогена также возникает немало экзотических видов, особенно беспозвоночных – гигантские фораминиферы (как мы помним, фораминиферы почти полностью исчезли в конце мелового периода), очень специфические формы кораллов, моллюсков, морских ежей. Но преимущество в развитии с этого времени и до наших дней переходит к костистым рыбам.
В конце палеогена, как уже отмечалось, климат становится всё более холодным и сухим. Чрезвычайной интенсивности достиг процесс горообразования. В неогене эти процессы продолжились. Неблагоприятная для многих экзотических видов животных обстановка привела к их полному исчезновению, но им на смену пришли другие, нередко не менее экзотические и непривычные для современной зоологии виды. Эти виды были уже либо прямыми предками, либо родственными боковыми линиями в эволюции нынешних.
Разнообразные хищники, носороги, бегемоты, быки, слоны, медведи, примитивные волки, пятипалые лошади гиппарионы, верблюды, свиньи, антилопы, жирафы, гиены, олени, грызуны, приматы приходили в этот мир непохожими на нынешних, но каждый из них, стремясь в нём оставаться, становился участником единой эволюционной системы биосферы, в которой даже тупиковые линии способствовали становлению и развитию наиболее прогрессивных, а прогрессивные на данном конкретном этапе с изменением обстановки теряли свои мобилизационные преимущества и уходили из этого мира в осадочные породы, откуда их извлекают для составления палеонтологической летописи.
Эта летопись знает и своих героев. Величайшим среди хищников неогена был махайродус – первая из саблезубых «кошек», львиноподобное свирепое существо, обладавшее чрезвычайно развитой мускулатурой конечностей и спины, огромной разверстой при нападении пастью и длинными, на две трети пасти, острыми клыками, не обращёнными вперёд, а свисавшие с верхней челюсти вниз, к земле, что позволяло вонзить их в жертву, придавливая нижней челюстью захватываемый кусок плоти. В мире млекопитающих махайродуса можно считать аналогом тираннозавра в отошедшем в историю мире динозавров. Во второй половине неогена махайродусов в качестве наиболее мощно вооружённых хищников сменяют саблезубые тигры смилодоны, пасти которых с похожими на клинки клыками, торчащими уже вперёд, а не вниз, представляли собой столь совершенное орудие уничтожении, что, по мнению ряда специалистов, они сами создавали себе проблемы с питанием, уничтожая всё живое на больших расстояниях.
Для неогена характерно появление различных «экспериментальных» видов слонов, различавшихся прежде всего по форме и расположению бивней – гигантских слоновьих клыков. Так, у динотериев бивни находились на нижней челюсти, были направлены почти вертикально к земле и могли быть использованы против любого хищника сокрушительным ударом с высоты слоновьего роста. У мастодонов, напротив, бивни торчали из верхней челюсти, они были гораздо длиннее, чем у современных слонов, превосходя по длине даже хобот.
Это создавало определённые неудобства при их использовании в качестве оружия самозащиты: ими можно было, скорее всего, только держать противника на расстоянии. Впрочем, высокий рост и огромная по сравнению с другими сухопутными млекопитающими масса тела наряду с толстой кожей сами по себе служили надёжным средством защиты, связанным с длительным наращиванием размеров и массы тела как характерным признаком именно этих млекопитающих. Но и они не спасали от хищников, особенно саблезубых тигров, огромные челюсти которых были приспособлены и для охоты на слонов.
Большое разнообразие странных, экзотических, «экспериментальных» видов наблюдается в неогене и среди птиц. Возникают очень специфичные виды ворон, грифов, кондоров, гусеподобных птиц с очень большими по современным меркам размерами и массой тела. Широко распространяются виды хищных птиц, у которых такое наращивание массы и размеров тела сделало невозможным использование воздушной среды для полётов, зато они приобрели способность быстро бегать, подобно современным страусам.
Разнообразие мелких мобилизационных инноваций в неогене было связано с интенсификацией геологических, палеографических и климатических процессов в этот период, которые начались ещё в палеогене, а в неогене ускорились и стали завершаться. Образование Великого горно-складчатого пояса Евразии, включавшего Альпы, Апеннины, Балканы, Кавказ, Памир, Гиндукуш и Гималаи, которое проходило в это время, вызвало глобальные климатические и физико-географические сдвиги. По мере поднятия горных цепей от Гибралтара до Японский островов на рубеже палеогена и неогена, усиливаются и различия между зоогеографическими регионами, всё более обособляющимися друг от друга, образуя отдельные комплексы.
Глобальное распространение холодного сухого климата отозвалось в относительно тёплых климатических зонах широким распространением степей, саванн, пустынь и полупустынь, которые были образованы уже в палеогене. В саваннах неогенового периода развивались гиппарионовые фаунистические комплексы, названные так по их наиболее часто встречающемуся представителю – гиппариону – древней трёхпалой лошади. Наряду с гиппарионами в этих комплексах проживали носороги, олени, газели, антилопы, жирафы, свиньи, бывшие объектами охоты саблезубых тигров, медведей и других хищников.
В конце неогена постоянно усиливавшееся похолодание стало приводить к распространению ледников от Северного Ледовитого океана по северным регионам континентов северного полушария и прилегающим к ним островам. Приближалась эпоха великих оледенений антропогена. В результате теплолюбивые растения и животные не выживают, а им на смену развиваются холодостойкие виды. По мере смещения климатических зон на континентах северного полушария Земли распространяются тундровые и таёжные растения, а из животных – покрытые шерстью мамонты, медведи, волки, большерогие олени, шерстистые носороги, зубры, туры и другие окутанные естественными «шубами» млекопитающие.
В отличие от динозавров, более гибкие приспособительные механизмы млекопитающих выдержали испытание холодом. Они позволили не только преодолеть последствия ухудшения природной среды, аналогичные тем, которые привели к тотальному вымиранию динозавров, но и обрести новые мобилизационные стимулы к дальнейшей эволюции, в ходе которой сформировался человек. Животные же, выдержавшие глобальное похолодание и развившие в себе приспособления, помогающие выжить в условиях низких температур и промерзания почв, стали окружением человека, объектом его охоты и средством выживания. В такой сложной и неблагоприятной обстановке закончился неоген и начался антропоген – период формирования, распространения и прогрессивного развития человека.
Антропоген подразделяется на две эпохи – плейстоцен и голоцен. Плейстоцен характеризуется сменой периодов оледенений и потеплений, обусловливающих радикальные изменения климата и природной среды в целом. Колебания природно-климатической среды выражались в смене трёх основных стадий: предледниковье, оледенение, послеледниковье. Эти стадии могли быть длиннее или короче, но в целом их продолжительность охватывала жизнь очень большого числа поколений животного и растительного мира, вынужденных приспосабливаться к стойко изменившимся условиям.
Это стимулирование приспособительных процессов приводило к интенсификации развития, формированию гибких приспособительных механизмов, отсеиванию как чересчур специализированных, так и недостаточно специализированных форм. Бросая свои создания то в жар, то в холод, земная природа закаляла их мобилизационные структуры, побуждала к использованию всё новых форм биологической работы, результатами которых становились всё более сложные поведенческие стратегии. Полезные приспособления физиологического характера в антропогене уже не давали прочной гарантии выживания, на ведущую роль выходили формы биологической работы сами по себе. В антропогене выжили не те медведи, которые имели самую густую шерсть, а те, которые научились оборудовать берлоги.
Основой своеобразной тренировки млекопитающих для подготовки к смене стадий ледниковых периодов стала смена времён года. С наступлением тёплой поры у многих видов происходила линька шерсти, а с наступлением холодов отрастала новая густая шерсть. Широко распространилась «строительная» деятельность различных видов, сооружение нор, настилов, всякого рода укрытий, многие виды стали совершать далёкие миграции регионального масштаба, переселяясь на другие континенты через межконтинентальные ледяные «мосты». Так, мамонты и шерстистые носороги, распространившись по Евразии, через Берингову сушу поселились и в Северной Америке.
